Во все Имперские (СИ)

— Прыгунов, — безжалостно подтвердил особист, — Ваш дед и отец вашей матушки, в девичестве Прыгуновой.
Вот это поворот.
— Эм… — я даже растерялся, но только на секунду, — Сказать по правде, я уже и запамятовал, что моя матушка была из Прыгуновых. Честно признаюсь, я сейчас в довольно плохих отношениях с Прыгуновыми.
— Знаем, — отрезал особист, — А значит, вы не откажете мне в небольшой услуге.
Ну дожили, блин. Я еще не успел поступить в Лицей, а меня уже вербует Охранка.
— Услуге?
— Услуге, — кивнул особист, — Барчук Прыгуновых учится здесь. Он поступил на так называемый «тёмный факультет». Вы попадаете туда же, если успешно пройдете магические испытания.
— Тёмный факультет?
— Да. Это неформальное название. Так что не вздумайте упоминать его за стенами школы. Официально у нас никаких тёмных факультетов нет. Но реально они существуют.
— Понимаю, — кивнул я, — Тёмный факультет — это как суслик, он как бы есть, но его нет. А что это за темный факультет, товарищ… то есть, господин…
— Подполковник, — подсказал особист, — А тёмные факультеты были учреждены упокоившимся вчера Императором Павлом I. Вон его портрет на стене. Поглядите, если не видали, барон.
Дело в том, что покойный государь был большим либералом. В хорошем смысле, а не как ваш дедушка. Раньше мы вообще не брали в Лицей отребье, вроде вас, барон. Потому что таких, как вы, здесь били. Или убивали.
Знатные магократы полагают оскорблением для себя учиться в одном здании с барчуками из худых, нищих или имеющих дурную репутацию кланов. Поэтому — то Павел Петрович и постановил создать отдельные факультеты, куда мы стали набирать обнищавших дворянчиков, магов аборигенных народностей Империи, отпрысков изменников, членов кланов — парий или просто неблагонадежных или отмороженных на голову.
Эти специальные группы и получили название «тёмных факультетов».
Не думайте, что на них изучают тёмную магию, пожалуйста. Нет, программа обучения там такая же, как и на других факультетах. Просто на тёмных факультетах мы собираем весь шлак магократии, чтобы вы не смущали взор благородных магов и не провоцировали их на насилие в отношении себя.
— Понятно, — вздохнул я, — Что — то вроде гетто для негров во времена расизма. Или спецшкол. Что вы собственно от меня хотите?
— С вами будет учиться наследник Прыгуновых, как я уже сказал, — спокойно сообщил подполковник, — Но он нам тут не нужен. Хотя формально мы ему отказать в обучении не можем. Поэтому вы должны его убить.
— Отличная идея, — поддержал я, — Только одна проблемка. Прыгуновы меня тогда тоже убьют. Кровная месть, вот это всё.
— Не убьют, — успокоил меня особист, — Если вы убьете Прыгунова на честной дуэли, то это будет полностью законно. И смерть на дуэли не предполагает никакой кровной мести со стороны семьи погибшего. Прыгуновым придется это сожрать, чтобы не потерять лицо.
— А почему вы сами его не убьете?
— Я не отвечаю на вопросы, я их задаю, — отрезал подполковник, — И ставлю задачи.
Но я проигнорировал эту постановку положняка и задал очередной вопрос:
— А что вам собственно сделал наследник Прыгуновых? Слишком высоко прыгнул, простите за каламбур? Или прыгнул не туда?
Подполковник засопел, как молодой медведь во время спаривания:
— Это вас волновать не должно. В общем, я сейчас отмечу, что вы прошли проверку. Мы вас принимаем. На тёмный факультет. Но в случае, если наследник Прыгуновых будет еще жив через три дня — я аннулирую свое разрешение. И вас отсюда вышибут. Более вас не задерживаю, барон.
— Ага, и вам не хворать.
Из кабинета особиста я вышел в тяжких раздумьях. Мда, хорошо будет начать свое обучение с убийства человека, пусть даже и столь мерзкого, как Прыгунов.
Но ладно, это я обмозгую потом, сейчас главное — вообще поступить.
Я прошел в конец коридора и открыл дверь, за которой мне предстояло последнее испытание — экзамен по магии.
В принципе я был настроен оптимистично. Я уже сажал магией падающие самолёты, хоть и не без помощи алхимических пилюль, а еще бил в бою третьекурсника Мартыханова, хоть и тоже не без помощи, на этот раз Царя в голове.
 
Так что какой — никакой магический потенциал у меня определённо имелся.
За последней дверью оказался огромный и роскошный, по — настоящему дворцовый зал. Громадные окна наполняли помещение солнечным светом, а все пространство стен между окнами было покрыто золочеными панелями и лепниной.
На полу здесь лежал паркет из нескольких элитных пород дерева, а вот людей тут совсем не бы…
Впрочем, додумать эту мысль про отсутствие людей я не успел.
Дело в том, что неожиданно некто все же появился. Точнее, появился его кулак, объятый огненно — рыжей магией и летевший мне прямо в рожу.
Увернуться я не успел, атака была настолько скоростной, что тут вряд ли уклонился бы даже сам Мэнни Пакьяо, самый быстрый боксёр в мире.
В воздух взлетел сноп оранжевых магических искр, а вместе с ним — два моих напрочь выбитых зуба.
Вот блин. Хороший Лицей. И экзамены интересные.
Я очень надеялся, что зубы регенерируют, поскольку с деньгами на стоматолога, как вы понимаете, у меня была некоторая напряженка.
Впрочем, сейчас мне было не до зубов. Нужно было достойно ответить этому атаковавшему меня человеку — молекуле, кем бы он ни был.
От удара, которым можно было бы убить наповал быка, я пролетел метра три и рухнул на деревянный паркет. Не теряя времени зря, я перекатился и вскочил на ноги.
Ударивший меня маг оказался неожиданно щуплым и тщедушным мужичонкой. Безбородым, в огромных очках и желтом мундире. Он был ниже меня раза в два и похож на мелкого — во всех смыслах этого слова — клерка. В любом случае, со способностью наносить такие мощные удары этот мужик ну никак не ассоциировался.
Я окончательно убедился, что по внешности о мощи мага в этом мире судить было нельзя.
— Плохо! Медленно! — взвизгнул очкастый и рванул ко мне.
Разделявшие нас метры он преодолел за долю секунды, он даже не бежал, а просто летел в чистом потоке рыжей магии, как натуральная комета.
Но на этот раз я был готов. Сместившись в сторону, я попытался встретить человека — болида красивым апперкотом, чтобы сразу продемонстрировать, что и я кое — что умею.
Но не тут — то было, мужичок перехватил мою руку и швырнул меня, на этот раз метров на шесть в сторону.
Но я не упал, а оперативно перекатившись после приземления, быстро развернулся в сторону противника.
— Не впечатляет, — сообщил очкастый, взлетел в воздух и стремительно ринулся в мою сторону.
Он начал раскручиваться в полёте, явно намереваясь дать мне в рожу ногой с разворота, причем не с обычного разворота, а с летучего, проведя нечто типа метафизического маваши гери.
Но я уже более — менее проникся бешеным темпом этой схватки, так что смог пригнуться и даже провести очкастому прямой кулаком в живот.
Впрочем, впалого пуза экзаменатора мой кулак все равно не коснулся. За несколько миллиметров до цели мою руку остановил барьер из рыжей магии, сжегший мне до мяса всю кожу на костяшках.
Я вскрикнул от боли, а очкастый, не теряя времени даром, схватил меня за уши и натурально оторвал от пола, сам бешеный мужичок уже и так парил в полуметре над паркетом.
Я ударил еще раз, тем же сожженным магией кулаком. На этот раз магия меня не остановила, но удар вышел слабым и смазанным, хотя мой соперник наконец — то впервые за драку получил по роже.
Так что на мой взгляд хоть одно очко в этой схватке я взял.
Но человечек был со мной не согласен.
— Слабак! — заявил он, — Плохо!
После этого очкастый начал раскручивать меня, держа за уши. Уши пронзила боль, ощущение было таким, что они сейчас оторвутся. Золоченые стены зала и окна завертелись перед моим глазами, сливаясь в один сплошной поток.
Я догадался, что вероятно план очкастого в этом и состоял — раскрутить меня так, чтобы мои оторванные уши остались у него в руках. А сам я при этом полечу прямо в окно, выбью его и вывалюсь аккурат в парк, с высоты второго этажа.