Путь Хранителя. Том 4 (СИ)

В этот момент в воздухе раздался свист летящих стрел, но это не имело уже совершенно никакого значения. Через астрал я нащупал оставленную нить и дернул изо всех сил.
Тело пробило электрическим импульсом и на один короткий миг звуки стрел и визгов Морозова пропали, исчезло давление зеленой ауры Вельяминова, ушла боль и всепоглощающая усталость.
Чувство спокойствия и умиротворения наполнило разум. И тут же все вернулось на круги своя. Ощущение легкости и покоя сменилось болью, слабостью и напряжением. Аура Вельяминова начала давить с новой силой, к животным воплям Головина добавился разрывающий барабанные перепонки рев Салтыкова.
Но интересовало меня вовсе не это. Я открыл глаза и увидел перед собой костлявую уродливую спину Морозова. Выставив руки вперед, хаосит всеми силами поддерживал черную пелену, висящую перед ним.
Вблизи боярин выглядел не так впечатляюще, как раньше. Его потоки подрагивали и были напряжены, сердце стучало так часто, что казалось, что оно вот-вот разорвется.
Все-таки даже у хаосита есть сердце, подумал я, перед тем как сжать в кулаке вырванный клык Салтыкова. Морозов услышал хруст позади и дернулся, но было уже слишком поздно. Техникой преобразования я превратил частицы клыка в метровое энергетическое лезвие и одним движением рассек тело Морозова пополам.
Еще секунду назад мысленно праздновавшее победу чудовище рухнуло к моим ногам. Его черные как сама смерть глаза потеряли свою насыщенность, став серыми. Морщинистое бледное лицо пыталось что-то сказать, но начало беззвучно тонуть в луже собственной хаотической энергии.
Из разрезанного на две части сердца вытекала вязкая черная жидкость. Со смертью Морозова густая пелена осыпалась вниз, открыв обзор на тупик, из которого я телепортировался за спину хаосита.
Создать полноценный астральный маяк мне все еще не удается, но благодаря Морозову я придумал новый трюк.
Установка астрального маяка, которым я активно пользовался в прошлом мире требует одновременного пробития пространства и времени в одной точке тонкого мира.
Так, создается якорь, к которому можно вернуться. Однако, когда Морозов материализовался мне за спину, используя хаотическую метку как маячок, я быстро понял принцип действия его техники, потому что она поразительно похожа на астральный маяк.
Только вместо пробития в тонком мире времени и пространства, требуется пробить только пространство, не затрагивая течение времени. Если сделать так, то при активации маяка, твое физическое тело принудительно перебросит в точку пространства к твоему якорю.
Так я и сделал, предварительно пробив пространство тонкого мира и оставив маяк перед совершением лобовой атаки ногой на Морозова. Оказаться у бля*кого хаосита за спиной и было моей изначальной целью, ради которой я и загнал себя в угол, попутно вооружившись заемной энергией.
Только так я мог избежать заражения своего боевого потока. Все как учил Конь, в лучших традициях.
Получилась чистого рода телепортация. Сказал бы Морозову спасибо за идею, но мертвецы не разговаривают.
— Пора закончить то, ради чего я сюда пришел, — сказал я сам себе и перевел взгляд на Вельяминова.
Старый жирный хряк, тяжело дыша, сидел на полу около стола. Уперевшись спиной в стену, Вельяминов наблюдал за происходящим одним приоткрытым глазом. Второй же накрылся слоем жировой ткани, которой за эти короткие минуты Вельяминов обзавелся в достатке по всему телу.
И так массивную тушу боярина разнесло куда больше, чем способен расширяться человек. Если раньше Михаил Вельяминов, пусть и отдаленно, но напоминал человеческое существо, то сейчас это был гигантский покрытый зелеными язвами кожаный шар.
В отвратительном силуэте лидера боярского совета с трудом угадывались конечности, а единственное что еще хоть как-то выделялось, это голова с приоткрытым глазом и широким звериным оскалом.
Смерть всех членов совета очевидно катастрофически отражается на лидере совета. Через десятикратно разбухшие энергоканалы Вельяминова сейчас проходило невероятное количество чуждой ему зеленой энергии. Насыщенность и сила зеленого потока была куда большее, чем способно выдержать тело любого одаренного.
 
Это и послужило источником его деформации.
Будь это обычный одаренный, он бы уже давно погиб, но первый боярский контракт не позволял телу Вельяминова умереть. По контракту он обязан оставаться вместилищем дарованной ему энергии вечно.
Надо поторопиться, такими темпами идеальный, как часы, план Коня по направлению Мишеньки на путь истинный с треском провалится.
Я уже сейчас плохо представляю, как вести разговор с этим позеленевшим куском мяса, и не только потому, что я не вижу у него ушей. А потому, что плотность разъедающей энергии вокруг тела Вельяминова постоянно растет.
Убедившись, что после смерти Морозова лужа истинного хаоса не представляет опасности, я шагнул в безопасную область. Именно сюда мечтали попасть подохшие члены совета, чьи тела расщепили тиски массивных стен, сжавшиеся за моей спиной.
Только вот, они надеялись, что к этому моменту Вельяминов прекратит испускать свою смертоносную ауру. Я же такой привилегии лишен. Стоило мне окунуться в плотный боевой поток-тень Вельяминова, как мое тело парализовало.
Весь мой защитный конструкт вспыхнул, оказавшись под беспрецедентным давлением. Меня бросила в жар, потом в холод. Тело зачесалось и начало болеть одновременно. Я не слышал ничего кроме нарастающего стука тысяч молотков. Я не мог пошевелить даже пальцем, отбивая одну атаку за одной.
Переливаясь сотнями оттенков зеленого, аура производила одну атаку за одной. Физический удар. Техника плавления. Охлаждение, электричество, яд, гниение, расщепление, вновь физический удар, взрывная волна, вновь расщепление…
Атаки лились на мое тело непрекращающимися волнами, но пока единственная техника ауры, которая на меня подействовала это паралич. Точнее это не совсем паралич…
Я мог шевелить кончиками, пальцев, глазами, укрепленные потоком мышцы отзывались на зов и пытались привести тело в движение, но ничего не происходило. В итоге я застрял в вязкой зеленой ауре словно в куске желе.
Желе, которое каждое мгновение пытается меня убить. Выйти назад я не мог, да и было уже некуда. Стены сомкнулись по всему периметру, оставив лишь маленькую область со деревянным столом по центру, в которой я оказался заперт один на один с Вельяминовым и его кровожадной аурой.
Лидер совета был в трех шагах от меня, но это расстояние казалось мне непроходимой пропастью. Ни о каких бесконтактных техниках не могло быть и речи. Враждебная жаждущая моей смерти аура ни на миг не прекращала попытки преодолеть мой специально разработанный защитный конструкт, поэтому все внимание было сосредоточено на ней.
Секундная потеря концентрации обернется мгновенной смертью.
Меня спасало только то, что скорость сотворения новых техник и типов атак была такой же низкой, как и скорость перемещения самой ауры. Мой родовой взор успевал читать тип атаки и мне удавалось подпитывать защитный конструкт вовремя.
Однако Конь был прав. Эта тварь будто живая и способна учиться. За неполную минуту моего заточения, аура Вельяминова перешла из простого перебора вариантов атак, к использованию многоуровневых комбинаций, предугадывать которые становится все сложнее.
Но моя главная проблема в том, что я до сих пор не могу пошевелиться, а мой и так чрезмерно истощенный боем с Морозовым источник стремительно иссякает, и я не имею ни малейшего понятия что делать.
Расклад хуже не придумаешь, но я должен найти выход. Просто обязан. Я ни за что не сдамся, оказавшись так близко к цели.
— Умри, — неожиданно раздался скрипящий словно тысяча костей низкий голос.
Давление ауры многократно возросло по всему телу и мой защитный покров впервые дал трещину.
  
Глава 37