Настоящие мужики детей не бросают

И опрос соседей ничего не дал. Днем большинство отдыхающих загорали в солярии, торчали в бассейне, в сауне, проходили процедуры, и в спальных корпусах почти никого не было. Получается, что Власов встречался с убийцей практически наедине, а учитывая, что техничка, сидевшая внизу, в тот день заболела гриппом, то киллер вошел и вышел из его семнадцатого номера беспрепятственно. Оперативник даже не нашел того, кто долбанул его дверью, хотя голосок воришки до сих пор звучал в ушах. У двоих подозреваемых, чьи голоса походили на того, кто пытался обчистить Власова, эксперты взяли отпечатки пальцев, якобы для того, чтобы не спутать их с отпечатками убийцы. Может быть, это что-то даст?
Кое-какие отпечатки пальцев эксперты сняли, но Кравец был уверен, что они принадлежат тому воришке, который приходил позже, а не убийце. Все доказывало, что тот, кто расправился с Пашей, обладал умом и хорошей фантазией и вряд ли оставил на трупе или рядом с ним свои визитки.
Так всегда: чуть что-то блеснет и, кажется, что удача у тебя уже в кармане, необходим лишь еще один шажок, еще одно усилие, и ты в дамках, ты победитель, но на следующий день все летит к черту и надо начинать сначала.
Кравец поел, выпил чаю и поехал на работу. Но перед этим заехал к Людмиле Захаровне. Начальство обязало сказать ей несколько теплых слов соболезнования.
Он позвонил, она открыла дверь и долго, не понимая, зачем он снова здесь, смотрела на него.
— Я войду? — строго спросил он.
Власова вздохнула и позволила ему войти. Она сидела на кухне и докрашивала второе веко, изредка попивая кофе.
— Будете?
— Можно.
Людмила Захаровна налила ему кофе в большую чашку, достала сырокопченой колбасы, сыра.
— Я сама сижу на диете, хотя есть жутко хочется! — нанося на веко зеленые тени, пояснила хозяйка. — У меня сегодня с двух смена, а потом в салоне дружная встреча Нового года. Может, заглянете к нам часиков в семь? Посидим, выпьем.
Он пожал плечами.
— Пейте кофе, а то остынет!
Парикмахерша, раскрашивая себя, даже не спрашивала о сыне. А начать рассказывать самому эту жуткую историю старшему лейтенанту не хватало мужества.
Кравец молчал. Он съел бутерброд, ему нравилась сырокопченая колбаса, глотнул горячего кофе и обжег язык.
— Ну что же вы молчите? — кокетливо проговорила она.
— К сожалению, я опоздал. Если бы я оказался в санатории раньше, я бы застал вашего сына в живых и спас. Но опоздал. Паша мертв, — на одном дыхании выдохнул старший лейтенант.
— Что?
Власова даже не расслышала слов, она уловила лишь страшную тревогу в его голосе.
— Ваш сын мертв.
— Как это — мертв?
— Его убили.
Несколько секунд она молчала, не зная, как воспринять слова сыщика. Как насмешку, злой розыгрыш, ибо верить ему парикмахерша отказывалась.
— Этого не может быть! В санатории не убивают.
— Мы должны поехать в морг и официально зарегистрировать факт смерти. Я опоздал на сорок минут. Если б вы мне сразу дали адрес санатория сына, я бы успел… — Оперативник умолк. — Я сожалею, что вынужден сообщить такую новость перед Новым годом.
У Людмилы Захаровны задрожали губы, и она долго не могла выговорить следующее слово.
— Где он?
— В морге пятой городской больницы. Я могу вас подвезти, если хотите…
— Кто его убил?
— Я еще не знаю. Мы ведем следствие, много неясного… С ним в тот день, когда он решил ехать отдыхать, кто-то был?.. Он один вернулся днем с работы? Ведь он заступил на сутки, а вернулся еще до обеда. Вам не показалось это странным?
— Да, мне показалось, я еще спросила: «Что случилось?» А он говорит: «Ничего, я уезжаю в отпуск!» Приехал один, но почему-то торопился, точно его кто-то поджидал…
— А о Сергее Крикунове ничего не рассказывал?
— О Сережке-то? — удивилась Людмила Захаровна. — А чего о нем рассказывать? Они вместе с ним в школе учились, я сама его хорошо знаю!
— А кто еще дружил с вашим сыном?
— В школе?
— Ну да, в школе.
— Так он поначалу со Степкой Бобровым дружил, не разлей вода были, а потом к ним присоединился Крикунов, и они вечно втроем шлялись. Сережка у них заводилой был, они его слушались. Они и сейчас дружат, — Власова не выдержала, всхлипнула, прикусила губу. — Частенько собираются вместе, посидят тут недалеко, в пивной, но водку не пьют. Хорошие мальчики…
 
И словно поняв всю неуместность настоящего времени в последней фразе, парикмахерша запнулась, ее лицо неожиданно дрогнуло, и она разрыдалась. Взахлеб. Краска тут же расползлась, и она, замахав руками, схватила кухонное полотенце и, закрыв им лицо, убежала в ванную, где завыла еще громче, точно только сейчас осознав всю горечь происшедшего. Старший лейтенант взглянул на часы и прикинул, что минут десять у него еще найдется, чтобы послушать эти вопли, но больше ни секунды.
«Придется все начинать сначала, — подумалось ему. — Но теперь у меня будет много времени, чтобы выдернуть на белый свет этого подонка и доказать всю его вину! И я не успокоюсь, пока это не сделаю! И хоть таким способом оправдаю свое невезение в семейной жизни. Господи, дай мне шанс найти и схватить этого негодяя! Дай мне шанс! И уж я его не упущу!»
Кравец даже приободрился духом и с трудом сдержал улыбку.
  
Часть третья
 
Братья
   
1
 
Они стояли на заснеженном балконе, наблюдая, как из разных концов Москвы запускают в небо разноцветные ракеты и слышатся истошные крики «Ура!». До Нового года еще оставался час, но народ уже громко и радостно гулял, провожая старый. Веселая музыка лилась из всех окон. Сашка, широко раскрыв глаза, наблюдал за праздничным фейерверком, и Сан Саныч пожалел, что не купил для такого случая хотя бы шумных петард или ракет. Потом хозяйка замерзла, и они вернулись в комнату, к праздничному столу.
Сбросив одежды в прихожей и отправив сына мыть руки, Нина задержалась у зеркала, поправляя прическу, а едва он обнял ее за плечи, развернулась, прижавшись к нему всем телом.
— Я соскучилась по тебе! — прошептала Асеева.
— А я умираю от желания, потому что люблю тебя!
Он осторожно укусил ее в мочку уха, и она слабо вскрикнула, просияв всем лицом.
Дед Мороз так и не позвонил. Да, вчера Сан Санычу показалось странным, что таким образом набирают клиентов, но фотограф никого в нем не узнал. Когда же Нина рассказала о приходе домой еще одного Деда Мороза, Смирнов лишь усмехнулся:
— Маленьких детей меньше, чем безработных клоунов! Я думаю, надо позвать кого-нибудь из них, Сашка будет рад!
Так договорились, но Дед Мороз не позвонил.
Они решили остаться дома втроем, несмотря на то что их звала к себе мать Нины, Наталья Михайловна, и ее подруга Татьяна Жуковская. Но к матери они пообещали заехать первого января днем, а к Таньке заскочить вечером, решив встретить праздник тихо, по-семейному. Сан Саныч надел подаренный ему смокинг, а Нина то самое вечернее платье, в котором она была на закрытии международной фотовыставки. Черную бабочку и костюмчик надел и Саша.
Они зажарили большую утку с яблоками, Сан Саныч сам руководил этим тонким процессом, не подпуская Асееву, и утиная корочка получилась красной и поджаристой. Когда утку вытащили из духовки, она была темно-кирпичного цвета. Даже Нина такого густого окраса не видела.
— На вид она красива, а вот на вкус? — с сомнением воскликнула она, уязвленная тем, что Сан Саныч уже второй раз ей доказывает, какой он искусный кулинар.
Он отрезал ей небольшой кусочек утки вместе с кожей, чтобы она попробовала, и Нина, откусив, восхищенно покачала головой.
 
— Божественно! Где ты этому обучался, Сан Саныч?
— Александра совсем не умела готовить, зато любила вкусно поесть, и мне пришлось учиться самому.
Нину задело это объяснение. Она сразу же нахмурилась, стала искать большое блюдо для утки. Они были на кухне вдвоем, Сашка в гостиной вертелся у елки.