Крылья зла (ЛП)

— Но ты пьешь ее?
Вульф откинул голову назад, потирая рукой затылок. Он не хотел отвечать. Конечно, не хотел. Мы оба знали, каким будет ответ.
— Иногда, да.
— А ты можешь жить без этого?
Он замолчал. Его темные глаза встретились с моими. — Нет. Я не могу жить без крови.
Это было все, что мне нужно было знать. Я подтянула ноги к груди и вдохнула морозный ночной воздух. — Я так и думала.
  
Вульф на секунду замер, прежде чем подойти ко мне. Он сделал несколько шагов к моему месту под деревом и опустился передо мной на колени, в нескольких дюймах от моих коленей. Я бы отшатнулась, если бы у меня была хоть унция лишней энергии.
— Что ты делаешь? — прошептала я.
Он наклонился вперед, чтобы мне некуда было смотреть, кроме как на него. — Я никогда не стану питаться тобой, Хантир. Ты должна в это поверить. Нет такой жажды, которая заставила бы меня изменить это. Нет такого голода, который заставил бы меня отвернуться от тебя. Я умру первым, клянусь богиней.
Это был Вульф — высокомерный, колючий, опасный, смертоносный ангел, который заставлял всех оборачиваться в его сторону. Вульф был темным, манящим и соблазнительным, но это?
Это была мольба. Это было искренне. Вульф умолял меня поверить ему.
— Правда ли то, чему нас учили в Мойре? У тебя все еще есть душа?
Вульф улыбнулся. — А ты что думаешь?
Что я думаю? — Я думала, что знаю тебя, — прошептала я. — Я думала, что ты падший ангел. Я думала, ты хочешь защитить меня.
Он наклонился ближе. Жар его дыхания заставил меня тоже наклониться вперед. — А теперь?
Я закрыла глаза, но не отстранилась. — Я думаю, ты причинил мне боль. И я никогда не думала, что ты, как никто другой, способен на такое.
Когда я наконец открыла глаза, то увидела, что Вульф смотрит на меня, но это был уже не тот мягкий Вульф, что был несколько минут назад. Его стены были восстановлены, маска высокомерия и холода заменила все эмоции, которые были раньше.
Мои слова ранили его. Хорошо. Они должны были ранить его. Он причинил мне боль в десять, мать его, раз больше.
Вульф отступил, возвращаясь, чтобы закончить ловушку, над которой работал. Я не сказала больше ни слова. Я не извинилась, не пошла на попятную.
Это была правда.
Я откинула голову на кору дерева и позволила глазам снова закрыться. Все болело. Онемение в теле сменилось постоянным колючим холодом. Если бы не навалившаяся на меня усталость, уснуть было бы невозможно.
Я сделала несколько долгих вдохов и позволила холоду взять верх.
Когда я проснулась, мне не было холодно. Ни в малейшей степени. Я еще глубже вжалась в мягкое тепло рядом с собой, не желая полностью просыпаться.
Пока не поняла, к чему — к кому — я прижимаюсь.
Со вздохом я приподнялась, оттолкнулась от твердой груди Вульфа и сползла с него.
Он хрюкнул и открыл глаза. — Что такое? — прохрипел он устало.
— Ничего, — ответила я, проводя руками по волосам. Солнце только что взошло, и мы никак не могли проспать больше часа. — Я просто… я не знала…
— Вернись сюда, — потребовал он, снова закрывая глаза и позволяя своей голове упасть на лесную землю.
Я замерла. — Что?
— Холодно, а ты упрямишься. Тебе нужно больше спать. Возвращайся сюда, Охотница.
Возможно, Вульф был слишком не в себе, чтобы понять, о чем он просит.
— Мы уже спали в одной постели, — сказал он, прочитав мои мысли.
— Это было по-другому, — ответила я. — Тогда я еще не знала, что ты кровосос.
— Я не впивался зубами в твои вены тогда, и уж точно не буду сейчас. Пойдем. Сюда.
Черт. В его словах прозвучало требование, которое не могла отрицать даже я. Я слишком устала, чтобы бороться с ним, и слишком замерзла, чтобы разобраться в своих чувствах.
Поэтому я придвинулась ближе к нему и положила голову ему на грудь, обхватив руками его торс. Он приподнял край куртки и просунул мою руку под нее, между рубашкой и кожей, нагретой теплом его тела.
Я не смогла сдержать вздох облегчения, вырвавшийся у меня.
Однако Вульф ничего не сказал. Не стал отпускать сексуальных шуток, не посмеялся над моей очевидной слабостью.
Он просто обхватил меня руками, прижав мое тело к своему, и снова заснул.
Прижимая ухо к его груди, я прислушивалась к едва слышному биению его сердца. Слушала постоянный стук, идеальный ритм.
— Хантир, — вырвал меня из сна знакомый голос. — Хантир, проснись.
Я моргнула, открывая глаза, все еще завернутая в объятия Вульфа.
Но голос звучал так знакомо…
— Румми? — Я приподнялась, стараясь не разбудить Вульфа. — Это ты?
Ее знакомый смех, заливистый и теплый, заполнил все пространство вокруг меня.
Я встала и направилась к деревьям, обнаружив ее, прислонившуюся к коре, в той самой черной кожаной куртке, которую она всегда носила.
— Черт возьми, — выдохнула я. — Это действительно ты. Что ты здесь делаешь?
Она скрестила руки на груди и улыбнулась, как будто все это время хотела удивить меня. — Рада меня видеть?
— Рада? — Я не могла сдержать своего волнения. Я бросилась к ней и притянула к своей груди, обняв ее крепче, чем когда-либо.
Мы с Румми не очень-то любили физическую близость, но в этот раз я сделала исключение. Моя грудь вздымалась от счастья. Она засмеялась и тоже обняла меня, обхватив руками мою покрытую шрамами спину.
Но когда она отстранилась, ее улыбка померкла. — Я пришла сюда, чтобы сказать тебе кое-что, Хант.
У меня свело живот. — Что сказать? Как ты вообще меня нашла? Мы в центре Трансцендента.
— Я знаю. Поэтому мне пришлось самой искать тебя. Это Лорд.
Я моргнула. — Что?
— Он болен, он… он не в своем уме.
— Что ты имеешь в виду? Что с ним не так?
— Может, мне лучше показать тебе?
Она повернулась и начала уходить вглубь леса. Я оглянулась через плечо, убедившись, что Вульф по-прежнему крепко спит, и последовала за Румми.
Лорд нуждался во мне.
Я не могла ждать.
— Подожди! — позвала я Румми. Она лавировала в густом лесу, словно точно знала, куда направляется, словно проходила здесь уже десятки раз.
И все же я побежала за ней.
За все годы знакомства с Лордом я ни разу не видела его больным. Я никогда не видела его раненым. Даже когда он сражался с вампирами, он оставался невредимым. Единственная кровь, которой была отмечена его кожа, — это кровь тех убийц.
Если то, что сказала Румми, было правдой, то дела, должно быть, обстояли очень плохо.
— Сюда! — крикнула она.
— Ты уверена, что знаешь, куда идешь?
Мы продирались сквозь густые деревья. Кусты царапали мне ноги и рвали кожу, но я продолжала идти за Румми.
Она притормозила впереди меня, давая мне шанс догнать ее.
И тут я увидела его.
Прямо посреди поляны лежал Лорд.
— Черт! — Я бросилась к нему, упав на колени. На нем была все та же черная одежда, которую он носил каждый день, но на этот раз она была потрепанной и рваной. Его темная кожа стала пепельной, лишившись типичного здорового румянца.
Я думала, что он хотя бы обрадуется, увидев меня, но когда он узнал того, кто стоял перед ним на коленях, его лицо лишилось всяких эмоций. — Хантир, — сказал он.
— Это я, Лорд.
— Хантир! — Теперь он кричал, неистово и испуганно. Это было на него не похоже.
— Что с ним случилось, Румми?
Я повернулась, чтобы посмотреть на Румми, но ее уже не было. На месте, где она стояла несколько минут назад, не было ничего, кроме темного леса.
  
— Хантир! — Лорд подполз ко мне, сильный, но хрупкий. Его глаза были широко раскрыты; я никогда не видела в них столько белого. Я схватила его за плечи, когда он бросился ко мне.
— Успокойся, Лорд! Это я!
Лорд продолжал паниковать. — Хантир! Хантир! Помоги мне!
— Я…