Аферист (СИ)

— Сюда, — позвала она нас в проход между горами коробок. В маленьком тупичке было оборудовано логово с лежаком, кипятильником в бидоне и чифирём в железной кружке. Прекрасно.
— Не будем терять времени, сначала снимок. Валерий, где вам лучше расположиться?
— Зн-десь, — прогундосил Борька, настолько скривившись, ради одного этого слова, что даже я бы его не признал.
— Садитесь, — пригласил я Марту Прохоровну на мешок с крупой.
— А фон? — кивнула она на страшные ящики сзади.
— Не волнуйтесь, всё отретушируется.
Борька сначала ковырялся с крышкой объектива, потом три раза перевёл кадр, укрутил диафрагму в ноль и без предупреждения нажал на затвор.
— Ой, мне кажется, я моргнула! — спохватилась Марта Прохоровна. — Давайте ещё кадр.
Борька взглянул на меня.
— Валяй, — от щедрот души разрешил я ещё один снимок.
Борька «щёлкнул» ещё один раз. И ещё один, чтобы наверняка. На этом его часть работы была выполнена, и он долго колупался, пока упихнул «Зенит» в жёсткий футляр. Я времени не терял, повторил на ухо Марте Прохоровне краткий пересказ ранее сказанного и протянул руку за заслуженным гонораром.
— Когда будет готово? — задержала она в ладони пачку десятирублёвых.
— Учитывая ваше плачевное положение, постараемся к полуночи привезти паспорт. Но если немного задержимся, не впадайте в панику. Работа тонкая, требует аккуратности и профессионализма. А вы сидите тише мыши, телефоном постарайтесь не пользоваться и не мелькать перед рабочими. Чем меньше свидетелей, тем вам же лучше. Ну, до встречи! Крепитесь, ещё немного и вы окажетесь на свободе.
— Вы уж поторопитесь. У меня сердце не на месте, кажется, того и гляди, придут за мной прямо сюда.
— Это нервы. Выпейте корвалолу, всё пройдёт.
Оказавшись за воротами, мы с Борькой развили максимальную скорость.
— Вас подвезти? — приостановился пыльный уаз-буханка, едва склад скрылся за первым поворотом.
— Спасибо, отец, — поблагодарили мы.
Через полчаса я триумфально пересчитывал купюры, сидя у Борьки на диване. Гастроном номер девять отныне закрыт для нас. Так печально, того и гляди слеза выкатится.
 Глава 9 
Вечеринка удалась на славу, не хватило только пиццы и стриптиза. Вместо стриптиза была Розочка, а это ничем не хуже. Пиццы только жаль. Ей-ей, как только встану на ноги, организую фестиваль кулинаров, обязательно приглашу на него итальянцев и без рецепта настоящей пиццы не отпущу. Или внедрю к ним своего человека, с которым и открою потом первую сеть пиццерий, как только это станет доступно.
В качестве культурной программы мы едва не подрались с Борькой, но это случилось ещё до пришествия гостей.
А было так. Сидел я, обмахиваясь веером из червонцев и думал, что мелковато плаваю. Пора расширять горизонты, покорять новые вершины. А чтобы это делать, нужно что? Правильно — связи. Из всех знакомых, что попали в поле моего зрения за эти дни, есть только один человек с выходами на серьёзных людей — Крис. Потому что у Крис есть папа.
— Боря, а вот та девушка, Крис, ну, страшненькая такая, как ей позвонить? Боря, ты оглох?
Тишина, которая сгустилась в дверях, побудила меня оглянуться. У входа стоял Боренька и в глазах его клубилась тьма. Кулаки сами собой сжимались и разжимались. То есть чувак натурально был готов кинуться в драку. При этом вид он имел такой потешный, что хотелось ржать в голосину.
— Ты чего? — кашлянув, чтобы стряхнуть рвущийся смех, спросил я.
— Никогда. Не смей. Так про неё говорить!
— Да что случилось-то?
— Не смей обзывать Крис!
Ого! Это не только Боренька у нас слепой, но и ваш покорный слуга не лучше. Пока я на том квартирнике охмурял Розочку, не заметил, что хозяйский интерес направлен на грубиянку Крис. Точнее, заметил, но не придал этому значения. Вокруг неё увивались все наличные парни, а кому она сама отдаёт предпочтение, мне было не интересно. Шумная, вульгарная, неприятная в целом. Конечно, стоило приглядеться к ней поближе, всё-таки папа. Но кто же так делает, когда Розочка взглядом уже всё пообещала. И вот оно вылезло там, где не ждали.
 
— Старик, извини, — прижав руку к груди, попросил я прощения. — У меня язык без костей, молотит без разбору. А поскольку моё сердце занято Розочкой, на её фоне остальные девушки кажутся дурнушками. А так эта Крис конечно продвинутая и яркая. И притягивает взгляды. Ты заметил, как на неё все смотрели?
— Заметил, — набычившись ответил Боря. — Зачем она тебе понадобилась?
— Остынь. Мне исключительно для пользы дела, никаких пошлых намёков.
— Она будет сегодня у нас, ты же сам сказал, звать всех к нам.
— Да, было дело. Ну так отлично! Мы с ней почирикаем, ты же не будешь против?
— Смотря о чём.
— О папочке. Исключительно о нём. Он же в горкоме трудится, правильно я помню? А мне позарез нужна помощь влиятельного человека.
— Э, надеюсь, ты не собираешься за него взяться? — испугался Борис.
— А есть за что?
— Слушай, ты говори, да не заговаривайся. Юрий Михайлович — первый секретарь горкома комсомола.
— Ну если первый, то конечно, — протянул я.
— Я серьёзно. Ты его просто не знаешь. Это такой человечище!
— Да и я серьёзно, Боря. Мне просто не к кому обратиться с хорошим благим начинанием.
— У тебя все начинания благие, — улыбнулся наконец Борис.
— А что, не так? Ну так же. А это дело вообще стоит особняком. Детям хочу помочь, святое дело. Если мне комсомол посодействует, что в этом плохого?
— Не представляю, что ты задумал, но…
— Боря, клянусь! Ничего дурного!
— Ну ладно, ладно.
С этой стороны я заручился поддержкой, оставалась Роза. На глазах девушки оказывать внимание другой девушке чревато. Нужен отвлекающий фактор.
От компании мне преподнесли гитару, и я прямо порадовался, хоть и стоила та гитара не больше пятнашки. Состав присутствующих был практически тот же, что и в прошлый раз. Добавилась одна девушка — Ирина.
Ирина работала на швейной фабрике и мечтала шить модную одежду, а не то, что предписывал план. Может пригодиться.
Вот уже два человека, ради которых стоит приложить старание. Роза не в счёт, она и без гитары меня боготворит.
Я задумчиво перебирал струны, пробовал звучание, вспоминал аккорды и бой. Мысли были о другом, а сами руки играть не могли. Пришлось возвращаться на грешную землю и вспоминать популярные мелодии из нашего двадцать первого века. Внезапно оказалось, что большинство застольных родом из дремучего двадцатого века. Сыграл «Yesterday» и «Её глаза» Би-2. Откровенно плохо сыграл и посредственно спел, но публике понравилось. Девчонки впечатлились и просили ещё. Но нет, милые барышни, не в этот раз. На этом я счёл миссию выполненной, поэтому отложил гитару и перешёл к следующему этапу боевых действий. Посигналил Борису, чтобы прикрыл меня, и ненавязчиво пристроился вслед за Крис при выходе на балкон.
Девушка требовательно протянула руку за сигаретой, и я с готовностью угостил её.
— Слушай, Сэв, а кто ты по жизни? — прищурившись, спросила она. — Никак не могу тебя разгадать.
Маловата ты, детка, меня разгадывать.
— И какие были варианты? — усмехнулся я.
— Ты не музыкант, — вдруг выдала парадоксальный вывод эта особа.
— Очень интересно. Почему?
— Сложно так сказать. Ты не похож на всех остальных, что тут выступали. Играешь посредственно, как начинающий. Но, чёрт побери, интересные вещи исполняешь.
— Возможно, я просто не похож на тех, кого видела и знаешь ты? И веду себя иначе по вполне конкретным причинам?
— Ты на мента похож, — ткнула вдруг сигаретой в мою сторону Крис.
А вот это на самом деле интересно.
— Ну-ка, ну-ка, — подтянулся я поближе.
Разговор свернул в нужную мне сторону.
— Появился непонятно откуда и уже претендуешь на звание лучшего друга Бориса. Он в восторге от тебя и твоих талантов. Много слушаешь нашу болтовню, и так загадочно улыбаешься при этом. У тебя задание накрыть Борькины сборища?