Луноликая (СИ)
Уж завтрак готов.
Кофе бодрит ароматом.
Не идёт она.
Ну, надо же! Сама галантность, только я сомневаюсь, что кроме кофе и бутеров что-то ещё есть.
Я повертела листок, убеждаясь, что на обороте точно ничего нет. Заколола волосы, чтобы не мешались и стала дочитывать дальше.
Спящая красавица крепко спит.
В самой высокой башне она.
Рыцарь поехал домой.
Какой такой домой?! У меня же ещё дело есть не завершённое! Он что, сбрендил?! Вот же зараза!
От негодования я подпрыгнула, прочитав последние строки. Оставив полотенце, смяв бумагу, поспешила на первый этаж. Даже про тапочки забыла, шлёпая босыми ногами по полу, забежала на кухню.
А на кухне тишина. Никого. Только еле уловимый запах кофе, и подогретых на тостере булочек. И дома было тихо. Чувство дежавю накрыло. Можно было бы порадоваться, если бы не одно но! Меня уже разбудили. И как бы мне не хотелось спать, уснуть уже не получится. Одевшись потеплее и обув старые кроссы, я вышла во двор. А там, картина маслом. Вся жаворонковая троица завтракала, под вишней, которая только-только начинала цвести. Самурай под сакурой вкушал сдобу, вёл беседу, и, судя по довольной, слегка небритой роже - блаженствовал.
Очень хотелось стереть счастливую и такую умиротворённую улыбку. Я была зла. И скорее всего, похожа на дракона, с не самым приятным дыханием.
Меня заметили, кое-кто даже подорвался на встречу, игнорируя мой хмурый и злой взгляд.
Я же поспешила обратно в дом, зубы то не чищены, волосы не расчёсаны, да и вообще... Но меня развернули за плечи, чуть прижав к своей груди, подвели к столу. Дима, галантно и явно дурачась, отвесив шутливый поклон, пододвинул мне табуретку.
Испепелила на месте, если бы была такая возможность. Но её, к сожалению не было. После пожелания всем, доброго утра, разговоры опять потекли о погоде, и о том, как хорошо иметь дом, сад и вишню.
Далась ему эта вишня!
На последнем пункте я чуть не поперхнулась чаем со вкусом вишни. Родители у меня любят сборный зелёный чай делать, куда помимо веточек вишни, попадают веточки малины и смородины, а так же сушёная мята. Свежей ещё пока не было, поэтому расходовались запасы насушенные осенью. Конечно, в такое раннее и солнечное утро, наполненное свежестью и трелями птиц, есть своё очарование, но жутко хотелось спать. Я чуть челюсть не выворачивала от зеваний. Папа всё вещал о доме, как и что тут строилось, сколько сил вкладывалось, Дима всё внимал с большим интересом, что даже странно и подозрительно. Мне о нём, конечно мало что было известно, да и то, с того времени столько воды утекло. Но всё же, в моём сознании никак не хотелось укладываться и видеть в нём садовода, хотя, компрометирующее, вчерашнее фото лопатоносца, говорило об обратном. Я даже немного улыбнулась, вспомнив этот момент и тут как на зло, одарили меня все своим вниманием.
И спалось мне хорошо, и нет, женихи не снились, да мам, булочки очень вкусные, нет, копать (это уже от Димы) желания и сил нет, на этот раз без меня. На все вопросы я старалась отвечать с невозмутимым видом, намазывая масло тонким слоем, на ещё тёплую булочку. Дима тут же оповестил меня, что одному ему в огороде будет неинтересно, на что я с невинной улыбочкой посоветовала позвать Тимофея.
- Его уже и звать не надо, - шепнул мне Дима, кивком показывая в сторону забора, старательно делая вид, что ему очень интересна чайная ложка, которой он старательно размешивал остатки своего кофе. Родители тоже его заметили, после того, как Тим громко поздоровался. После утреннего приветствия, мама позвала его к нам пить чай, я мысленно молилась, чтобы он отказался, но меня Вселенная не услышала. Сосед очень быстро согласился. Меня, как самую младшую в семье, послали за кружкой для нового гостя. Вдогонку я услышала, что надо ещё не забыть захватить ложку и табурет. А то мне, видите ли, не на чём сидеть будет. Ха! Да я могу и не возвращаться. Спокойно смогу пойти умыться и привести себя в порядок. А Тима и Дима, пусть вместе сидят и завтракают. Я уже представила эту картину, как домой залетел Дима, с явным желанием помочь отнести стул, а всё остальное, так и быть, доверяет отнести мне. Мне бы заподозрить, с чего такая милость, но оказалась зажата между буфетом и стулом, который Дима поставил между нами.
- И чего он тут постоянно семафорит? - подозрительно поинтересовался парень, складывая руки на груди. Так! Это что сейчас, с меня отчёт требуют?!
- Вообще-то, - попыталась я проскользнуть в сторону, но не особо получилось, - он живёт по соседству.
- Это я знаю, но чего он здесь постоянно околачивается? - возмущённо прошипел Дима, чтобы никто не услышал.
- Воронцов, - умилилась я, - да ты никак ревнуешь?
- Что за глупости? - пробурчал он и немного отодвинулся.
Отодвинул от меня стул, чтобы я смогла спокойно пройти. И вроде бы собрался выйти во двор, но тут я услышала:
- А хотя..., - меня разворачивают на девяносто градусов, как в лучших традициях жанра, собирались поцеловать, или мне показалось, уже не узнать точно, как влетает Тимофей, оповещая нас, что стул он понесёт сам. Эпичный момент. Все в шоке. Один, то, что думает, что мы тут в тихую целовались. Второй, что кого-то надо придушить. Ну а я, пыталась прийти в себя. Мысленно поблагодарив Тимофея, что он появился, как нельзя вовремя. Дима вылетел, как ошпаренный, ощутимо задев стул, который чуть было, не упал мне на ногу. Я вовремя успела отпрыгнуть.
Какая муха его укусила?!
Тима же, спокойно его поднял, посмотрел на меня, не найдя, ничего интересного, как-то подраслабился, даже ухмыльнулся, а потом начал ржать.
- Я думал, вы тут уже целуетесь во всю, - сквозь смех услышала я от него. - А оказалось, что нет. Не переживай, Рычёва, - успокаиваясь, посочувствовал он мне с радостью в голосе, - будет и на твоей улице праздник. Пошли, а то я не завтракал ещё.