Звездочка миллиардера. Это моя дочь! (СИ)

— Почему не сообщил?
— Сообщил, — кивает. — Отписался вам.
Женя проверяет телефон.
— Ничего не приходило.
— Может, связь плохая из-за непогоды?
— Ладно, пошли, — немного успокаиваюсь, слыша, что это подруга Любы.
Что же у неё за друзья такие? То Новак, известный боксёр, то какая-то девица на дорогущей тачке. Я точно чего-то о ней не знаю.
Захожу в дом, и с порога слышу детский надрывный плач.
Забыв скинуть обувь, прохожусь по паркету, заглядываю в гостиную.
И тут же стопорюсь на месте. Врастаю ногами в пол, не в силах шевельнуться.
— Ну, солнышко, смотри, какой красивый мишка. Тебе не нравится?
Внутри всё леденеет. От детского шмыганья и тихого протеста в виде мычания. От женского голоса, пробирающего до нутра.
И от вида той, кого не видел несколько лет.
Бывшая любовь отвлекается от Астры, которой упрямо совала игрушку, поднимает свои небесно-голубые глаза и на секунду пугается.
Корка льда ползёт по всему телу. И тут же тает под напором всепоглощающего пламени, окутывающего всё от злости и непонимания.
— Что здесь происходит? — холодно чеканю каждое слово. Все мысли вылетают из головы.
Она здесь… Марта здесь. Сидит в моём доме как ни в чём не бывало.
Астра оборачивается на мой голос, и всё внутри ноет от застывших в карих глазах слёз и красного лица.
Малышка резко соскакивает с дивана, несмотря на рядом сидящего незнакомого мужика, и, плача, бежит ко мне.
— Па-па-а-а! — вопит, врезаясь в мои ноги. Хрупкие плечики дрожат, а она сильнее прижимается ко мне. — Ма-ма-а.
Мама? Точно, где Люба?
— Глеб, — по гостиной разносится женский нежный голос, от которого хочется закрыть уши. Или как минимум чтобы лопнули перепонки. — Рада тебя видеть.
ГЛАВА 50
— Не могу сказать того же, — выплёвываю. Поднимаю плачущую малышку на руки, обнимаю и похлопываю по спине. — Тише, девочка моя, тише.
Не свожу взгляда с Марты.
Она изменилась. Повзрослела, перестала быть той юной девушкой, которую я знал. Перекрасила волосы в более тёмный. Лицо похудело, скулы выделились, естественная красота и вовсе испарилась, заменённая пластикой. И всё за какие-то три года…
Она уже не вызывает былых чувств.
Наоборот, меня пронизывает что-то новое. Ярость. Отчуждение. Ненависть.
За то, что водила меня за нос. За то, что моя дочь попала в детский дом.
За то, что Звёздочка сейчас плачет и надрывно зовёт маму.
— Где Люба? — спрашиваю у Марты. Взгляд летит на мужчину. Это её новый ухажёр? Не похож. Думаю, обычный охранник. Побоялась приходить без него? И правильно — она бы уже летела в окно.
— Та девушка? — задумчиво спрашивает, приложив палец к подбородку. — Она не давала провести мне время с дочерью, поэтому мы её закрыли. Ну и крикливая она у тебя.
— Жень, — зову начальника безопасности.
— Я уже вызвал охрану. Десять минут, и они здесь. Могу сам, но будет шумновато.
Нет, Астра испугается.
— Зачем же нам охрана? Я всего лишь приехала поговорить. Не переживай, надолго не задержусь, — с волнением начинает лебезить бывшая невеста.
Всё это напрягает. Почему она появилась тогда, когда я улетел? Следила за мной? Но как? Откуда?
Хочу расспросить, но сердце громко стучит от беспокойства.
— Найди Любу, — прошу Женю. Это всё, что меня сейчас беспокоит. Она так просто не оставила бы Астру одну. А судя по тому, что её где-то закрыли, может, и оглушили ударом?
Стискиваю от злости зубы. Если так — им конец.
Я и так устрою им «сладкую» жизнь, но, если они сделали Нежной больно, лично четвертую этого мужика.
— Хорошо, — срывается с места, но тут же останавливается. — А, уже нашёл.
Поворачиваю голову в сторону, куда смотрит Женя. От входа, откуда мы только что пришли, к нам бежит Нежная. Обеспокоенная, встревоженная и… будто упавшая в лужу. Грязная, чумазая, с листвой в волосах.
И где она была?..
Злая до предела, с глазами на мокром месте, взгляд которых тут же утыкается в меня. Точнее, в Астру, которая замечает Любу и, потянувшись к ней руками, кричит:
  
— Мама-а-а!
От жалобного плача всего сковывает.
Люба, сорвавшись с места, подбегает ко мне, перехватывает малышку и целует её в макушку, прижав к себе.
— Тише-тише, мамочка рядом.
Фух, отлегло.
Она в порядке, и мать с дочкой воссоединились.
Но Нежная быстро просыпается, смотрит на меня с облегчением.
— Глеб, эта ненормальная!.. — восклицает.
— Всё хорошо, — приобнимаю её за плечи и говорю мягко, как могу. Сам держусь из последних сил. Но не хочу, чтобы дочка слышала мой гнев. — И лучше уйди, ладно? Астра жутко испугалась, её нужно успокоить. А она полностью зависит от твоего настроения. Подождите меня в своей комнате.
Поджимает губы.
Уверен, ей есть что сказать этой твари. Другого слова подобрать не могу. Потом выслушаю, что случилось, сейчас важно другое.
— Ладно, ты прав, — неохотно соглашается со мной. Прижав к себе малютку и не сводя ненавидящего взгляда с Марты, она бежит в их спальню.
В гостиной повисает тишина, но женщина быстро её разрушает:
— Это правда, что вы женаты?
Когда я представлял нашу первую встречу, она была не такой. Планировалось, что в один день я прилечу в Америку, где она обосновалась. Найду её, заставлю пожалеть о своём решении. И разрушу всё, чем она дорожит.
— Как ты здесь оказалась?
— Даже не ответишь?
— Не собираюсь.
— Тогда и я тоже, — включает обиженку и закидывает ногу на ногу. Глазеет вслед Нежной, минуту назад скрывшейся за поворотом. — Буду сидеть и ждать здесь, пока не приедет твоя охрана, не выставит меня за дверь. А потом я пойду в органы! Потому что ты не разрешаешь мне видеться с дочерью.
Я усмехаюсь.
— Прости, ты явно забыла, куда приехала. Но то, что ты сделала… уголовно наказуемо. Вторглась на частную территорию. Обманом. Чуть не похитила ребёнка.
Кажется, этого делать она не собиралась. Но кто знает, что у неё в голове?
— Да каким обманом? — улыбается мне, поставив локоть на колено и подперев ладонью голову. — Твой охранник пустил меня сюда за пятьдесят тысяч. Дурак. После увольнения потеряет больше, чем заработал.
Ясно. Вот чего он был таким нервным.
— Как ты нашла, где я живу?
Этот дом был куплен после того, как мы расстались.
— Узнала, — пожимает плечами, разболтавшись. Она никогда не отвечала за свои слова и была разговорчивой. Но тогда я воспринимал это как безобидную блажь, считая её взбалмошной и наивной. — И поехала следом за твоей…
Она мнётся и, будто отторгая это слово, продолжает:
— Женой.
Она нашла её в городе? Как?
— Не удивляйся, — хмыкает она. — Здесь нет ничего криминального. Я всего лишь позвонила нашим общим знакомым. Узнала, как сейчас можно на тебя выйти. Охранник твой помог. А твою жену я уже видела в новостях. Только думала, что она няня… Но да ладно.
В новостях? Я не слежу за ними. Могли и засветиться где-то.
Не спрашиваю, плевать.
Значит, она следила за мной. Осечка. Плохо Женя работает, раз не заметил за нами слежку. Хотя понимаю, что он не всесилен, и вряд ли такое засечёшь, пока не спалишься. А Марта хитрая, как лиса.
— Зачем ты приехала?
— Повидаться с дочерью. Пыталась подружиться, вот, — выпрямляется, сжимает в руках плюшевую игрушку и кидает её обратно на диван. — Не вышло.
— Ты серьёзно думала, что она примет незнакомую тётку, которая однажды отказалась от неё сразу после рождения?
— Она ведь об этом не знает, — говорит как ни в чём не бывало. — Но да, дети плохо реагируют на чужих людей. Плюс её разлучили с приёмной матерью, но… Попытаться стоило.
«Попытаться стоило». Ценой слёз моей дочери.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— С чего проснулась любовь? Пожалела о прошлом? — выплёвываю.
Находиться в одном помещении невозможно. Почему я до сих пор говорю с ней?