Звездочка миллиардера. Это моя дочь! (СИ)

— Ого, — удивлённо говорит он. — Ты чего?
Растираю его напряжённые плечи. От нервов.
— Ты же помнишь, чем кончился твой предыдущий массаж? — усмехается и говорит так тихо, что звучит это даже интимно. Или это из-за вечера и атмосферы?
Не знаю, но я сглатываю, а тело окатывает приятное тепло.
— Помню я, помню, — бурчу, ощущая отголоски того вечера. Губы начинает покалывать.
— А, судя по тому, что ты продолжаешь, хочешь повторения? — продолжает издеваться надо мной. — Ну, если ты хочешь…
Он даже привстаёт, но я нажимаю на его плечи, надеясь, что смогу удержать его на месте.
Смеётся над моими действиями.
Смешно ему!
— Это благодарность, — хмыкаю, устремив взгляд в сторону.
Ага, первый массаж тоже был по этой причине? И чем он кончился? Ничем хорошим. Нет, хорошо-то было… Но не то!
— М, и за что? — опять кайфует, прикрыв на мгновение глаза.
— Что справился с ролью отца. Я не ожидала подобного продвижения.
Стоит вспомнить, как дочка сегодня просила у него конфеты… И гордость за Пожарского берёт.
— О, да, это стоило того, — довольно отвечает, подмечая свои труды. — Но мне ещё работать и работать над этим.
— Это да, — соглашаюсь с ним. — Думаю, совсем скоро вы удостоитесь чести держать её за руку. Или поцеловать в щёчку...
— Продолжу сразу же, как вернусь из поездки, — открывает глаза и смотрит на ночное небо, усыпанное звёздами. Луна сегодня необычайно красиво светит.
— Какой поездки? — спрашиваю с любопытством.
— Мне надо будет улететь дня на три по работе.
— Когда?
На мгновение внутри появляется пустота.
Раньше я хотела избавиться от Пожарского, а сегодня… боюсь услышать, что это будет совсем скоро.
— Завтра с утра.
— А мы можем с тобой? — выпаливаю, не ожидая сама от себя.
Ну, а что? Мы уже летали! Малышка хорошо ведёт себя в самолёте.
— Ты? Летать? — удивлённо вскидывает брови. — Ты точно пришла в себя после болезни, Сказочница? Ты в прошлый раз в салоне тряслась так, что ноги дрожали у меня.
Да помню я, помню… И как он мне конфету в рот засунул.
— Ну, зато побываем в новом городе, — мой пыл немного угасает. И я уже принимаю то, что мы останемся дома.
— Ага, и стране. Увы, но ни у тебя, ни у Астры нет загранпаспортов. А сделать их до утра не успею ни я, ни кто-либо другой.
— Ну и ладно, — хмыкаю разочарованно. Но пытаюсь не унывать: — Отдохнём от тебя.
На его лице расцветает довольная улыбка. Неожиданно его рука тянется к плечу и накрывает мою ладонь.
— Наконец-то Люба вернулась, — довольно сжимает мои пальцы. А их словно током простреливает от его прикосновения. Но следом ладонь окутывает тепло… — Тебя было не узнать.
Я быстро отдёргиваю руку и ретируюсь, отходя на пару шагов к дереву.
— Астра будет скучать, — хмыкаю. — Наверное.
— И я буду, — вдруг заявляет. — Но я и так долго откладывал эту поездку… Эта ещё та самая, когда я бегал за вами по краснодарскому краю.
— Ну прям бегал! Один раз прилетел!
Из-за нас его планы кардинально поменялись. А мы что? Мы не виноваты, это он отцом стать захотел.
— А ты? — спрашивает, вставая с кресла. Выпрямляется, поворачиваясь ко мне. На губах опять появляется улыбка. Но не такая, как раньше. Но по-прежнему издевательская.
— Что я?
Он надвигается на меня, заставая меня врасплох. Подходит ближе, и я утыкаюсь спиной в дерево. Стоило бы убежать как можно раньше, и у меня была возможность… Но мне интересно, что будет дальше.
Наклоняется ко мне, усмехаясь.
— Скучать по мне будешь?
ГЛАВА 47
Нет, нет и нет.
Это я и сказала Пожарскому в ту ночь. А потом, кинув что-то в стиле: «без тебя мы будем только кайфовать», юркнула к нему под руку и убежала.
А теперь, закинув руку за голову и почесав затылок, пусто смотрю в телевизор и понимаю, что мне скучно.
Никто не грубит, не язвит и не бубнит под ухом.
И как бы это ни звучало, но по Пожарскому я скучаю. Но совсем чуть-чуть!
Объясняю это тем, что мы привыкаем к людям, с которыми долго живём. Вот и я привыкла!
  
Вздохнув, меланхолично переключаю канал на телевизоре. Что-то будет веселенькое? Одна тоска!
Настроение не задалось и у доченьки. Она всегда спокойная, но сегодня капризничает и вредничает, хоть чем-то скрашивая эти дни и заменяя Пожарского.
Но его заменить невозможно! С дочулей не поспоришь и не пошлёшь на хутор бабочек ловить.
Эх… Может, позвонить ему? Узнать, как дела? Как долетел? Я жена или не жена?
Кручу в руках телефон и сомневаюсь в своём решении.
Он точно отпустит шутку на эту тему.
Так и вижу, как он довольно тянет:
«Соскучила-ась».
— Нет уж, — говорю вслух и вместо того, чтобы позвонить Глебу, пишу подруге. Предлагаю погулять в парке, сходить куда-нибудь и вкусно покушать. Услышав от Влады положительный ответ, подпрыгиваю с дивана и собираю дочку на прогулку.
Звоню Жене, что сегодня пыхтит в офисе, прошу прислать водителя, который приезжает чётко по времени и вывозит нас в цивилизацию.
Нас вообще все кинули. Начальник безопасности разгребает дела, Петра я отправила на заслуженные выходные, а то забирает все мои обязанности. От скуки мы со Звёздочкой перемыли весь дом.
А прошло всего полтора дня!
Что будет, если Глеб задержится на неделю?.. Да мы с ума сойдём!
Благо подруга выручает, и мы проводим время вместе. Гуляем по парку, болтаем о своём, девичьем. Рассказываю о своей нелёгкой судьбе, что вынуждена жить с жирафом. Не обходится без шуток, поэтому весёлое настроение возникает быстро и надолго.
Двойняшки Маша и Даша, дочки Влады, они постарше Астры, берут мою крошку на себя и везде ходят с ней за ручку, показывая что-то, и рассказывают, что знают сами.
Нас называют цветником из-за чисто женской компании в кафе, в котором решаем перекусить.
— Мы руки мыть, — говорит Влада, уводя за собой девочек. — Вымазались все, засранки.
Тихонько смеюсь. Хоть и называет их так, но любя.
— Идите-идите, мы подождём.
Она кивает, а я рассматриваю меню, не зная, что заказать на десерт.
— Чизкейк будем? — спрашиваю у малышки. Она сжимает в своих ладошках бутылочку с водой и смотрит куда-то в сторону.
Поднимаю взгляд, смотрю туда же. И прямо над нашим столиком, расположенным на открытом воздухе, замечаю девушку.
— Извините, я могу присесть на пару минут? — мило спрашивает она и указывает пальцем вниз, на свои ноги. — Босоножка порвалась.
— Да-да, конечно, — отвечаю легко. С кем не бывает? Ещё и выходной день, людей много, места не найдёшь.
Девушка садится на свободный стул, закидывает ногу на ногу и, сняв босоножку, пытается её починить.
Так, что там мы решили с десертом?
— Какая у вас девочка красивая, — внезапно говорит незнакомка, поглядывая на Звездочку. Явно, чтобы скрасить неловкость. Я в такие моменты тоже говорю без умолку. — На маму так похожа.
Уголки губ летят вверх. Удивительно, но нам многие об этом говорят.
Опускаю ладонь на макушку и глажу по шелковистым волосам, отчего Астра довольно прикрывает глазки.
Да мой ты ласковый котёнок!
— Спасибо, — отзываюсь.
— А сколько лет? Совсем кроха.
— Год и девять месяцев. Скоро десять.
Говорю, а сама не верю. Как быстро она растёт! Вот только привезли в дом малютки, а уже такая взрослая!
— Совсем кроха!
— Угу, — довольно киваю.
— Да что же такое с этой босоножкой…
— Не торопитесь, я с подругой, но места хватит.
Как раз одно пустует.
— Не хотелось бы мешать.
— Да что вы, — отмахиваюсь. — Не помешаете. Да, Звёздочка?
— Звёздочка? — спрашивает с интересом.
— Ой, её Астра на самом деле зовут. Обозначает «звезда». Вот и привыкли так называть.
Она улыбается, надевает босоножку и встаёт. О, получилось всё-таки.
— Приятно познакомиться, Астра, — все так же лучезарно говорит шатенка. И, наклонившись, протягивает дочке мизинец. — А меня — Марта.