Гнев Империи I (СИ)

Взгляд Цуки заметался по комнате, полной испуганных девушек, что не могли сбежать, потому что джинн находился слишком близко от выхода, но наконец она нашла её. Дарью Старцеву.
И джинн, кажется, тоже её заметил. Он бросился к перепуганной и одетой в одну лишь тонкую ночнушку девушке. Цуки в этот момент смогла сделать единственную возможную и действенную вещь — создать иллюзию. Иллюзию того, что Дарья побежала. Джинн бросился за ней. Северянин преградил путь и рубанул топором ему по животу, но реликт оказался хитрее. Он распался, превратившись в облако песка, и топор прошел насквозь, превратив в стекло лишь несколько песчинок.
Джинн пронзил рукой грудь Дарьи, та охнула и растаяла. Настоящая же девушка всё ещё стояла на прежнем месте, оцепенев от ужаса. Цуки бросилась к ней, схватила за руку и потащила за собой.
— Бежим! Ему нужна ты!
К счастью Дарья не сопротивлялась, и Цуки потащила её за собой. Они выбежали в коридор и, расталкивая оказавшихся на пути девушек, бежали прочь.
— Кто ты?! Что происходит?! — очнулась Дарья.
— Не сейчас! Просто бежим! Это джинн! И нам его не убить…
* * *
Эйрик редко чувствовал себя беспомощным, но сейчас был именно один из таких редких случаев, когда враг намного превосходит тебя, и даже топор из зачарованной стали не причиняет реликту достаточно вреда. И тем не менее он был воином и хускарлом, не привыкшим отступать.
“Вот уж не думал, что мне придется сражаться не на жизнь, а на смерть, на юге…”
В один момент враг заметил Дарью Старцеву, пока та, испугавшись, не бросилась бежать. Монстр напал на неё, и Эйрик встал у него на пути. Он ударил врага в живот, но топор прошел насквозь, не причинив никакого вреда. Молнии лишь слегка поцарапали существо, и оно, оказавшись перед Дарьей, пронзило её грудь.
Эйрик не успел ничего предпринять. Его охватили злость и страх. Он провалился! Хильда поручила ему миссию, а он не смог ничего сделать. Он вспомнил момент, когда демоны разорвали на куски его брата, и тогда Эйрик тоже оказался слишком слаб, чтобы помочь.
Но внезапно Старцева растаяла, а миг спустя Эйрик увидел, что она всё ещё стоит на прежнем месте. К ней подбежала та самая женщина, умеющая становиться невидимой. Она схватила девушку за руку и потащила за собой, прочь от джина. Эйрик не знал, кто она, друг или враг, но пришлось рискнуть и довериться ей.
Песчаный монстр взревел, видя, что его добыча уходит, и бросился следом.
— Нет! Я не позволю!
За то непродолжительное время, что они сражались, Эйрик понял, что джинн не способен постоянно находиться в песчаной форме. Он постоянно, хотя бы на секунду должен превращаться в человека. Видимо, это было каким-то ограничением, которым северянин и воспользовался. В момент, когда джинн принял человеческую форму, бросившись вдогонку за девушками, Эйрик ударил его в спину.
Зачарованная сталь ударила молнией, отчего песок на его спине превратился в стекло. Но несмотря на это джинн продолжил погоню. Он набросился на двух девушек, что убегали через дыру, и за считанные секунды содрал с них кожу, впитывая их кровь с помощью песка.
Эйрик метнул топор, но враг пропустил его сквозь себя, но юноша и не думал, что попадет. Пока джинн восстанавливался, он оказался рядом и ударил существо, напитывая кулак силой Одноглазого.
— Я убью тебя! Убью вас всех! — ревел разъяренный реликт.
Он вновь ударил Эйрика песком в лицо, пытаясь забраться ему в рот и нос, содрать с него кожу, как сделал это с девушками, но ничего не выходило. Воина Тысячи Фьордов защищала сила Одноглазого.
Эйрик вцепился джинну в глотку, впечатывая его в стену, отчего та покрылась трещинами и едва не разлетелась на камешки. Джинн пытался рассыпаться и ускользнуть, как делал это прежде, но сила Одноглазого ему мешала.
И тогда враг удивил Эйрика. Джинн сделал глубокий вдох, отчего его грудная клетка увеличилась раза в три, а затем изверг изо рта струю пламени, ударившую мужчину прямо в лицо. Эйрик закричал и ослабил хватку. Джинн этим воспользовался и сломал юноше руку.
 
Северянин упал, хватаясь за лицо целой рукой. Он уже ничего не видел…
* * *
Цуки бежала сломя голову, таща за собой Дарью. Они сбежали по лестнице на два этажа вниз, попутно расталкивая других девушек и парней. Лицеисты не понимали, что случилось, а Цукимару только и могла кричать, чтобы лицеисты спасались бегством.
Когда они оказались на первом этаже, джинн их настиг. Юноши-северянина нигде не было видно, и Цуки оставалось лишь надеяться, что он в порядке. Реликт расталкивал лицеистов, вставших на пути, буквально разрывая их на куски. Его прикосновение сдирало кожу, а песок впитывал кровь, становясь багровым.
— Бежим! Бежим! Бежим! — кричала Цуки.
Они сумели выскочить на улицу прежде, чем джинн сумел их настигнуть. Как раз к этому моменту к зданию общежития прибежали солдаты, привлеченные переполохом.
— Что случилось?! — воскликнул видимо их командир.
— Джинн! Зовите Истинных! Срочно!
— Дж?..
В этот момент реликт выскочил на улицу, разорвав на куски песком нескольких попавшихся на пути лицеистов. Алый песок словно пилы рассекал плоть.
— Огонь! Огонь! — закричал командир, и солдаты дружно стали стрелять из винтовок по реликту, но Цуки знала, что это не поможет. Джинна можно убить лишь деревянным колом в сердце, и то лишь в том случае, если сердце внутри него.
— Бежим, — вновь сказала она Дарье и потянула её в ближайшее место, где можно попытаться спрятаться — в парк за общежитием. Спрятаться среди деревьев, да ещё с умениями Цуки, гораздо проще, чем пытаться бежать по дороге вместе с другими лицеистами. Солдаты им не помогут, лишь маги.
Рассвирепевший джинн набросился на солдат, разрывая их в клочья. Пули вонзались в его тело, но из ран сыпался лишь песок.
— Нам нужно найти моего брата! — воскликнула Дарья, тяжело дыша. — Он нам поможет! Он должен быть в общежитии военной…
— Его там нет. Его нет в лицее.
— Что?
— У него были дела, и он просил присмотреть за тобой, но я не думала, что убийцей окажется джинн. Я не могу ему противостоять. Не с текущей силой.
Цуки и Дарья бежали меж деревьями, стараясь как можно дальше скрыться от джинна, но уйти далеко не вышло. Цуки почувствовала его приближение по запаху. Запаху крови. И резко присела, прижимая к себе Дарью и зажимая ей рот.
Щелчок пальцами, и вокруг них возник купол, скрывающий от чужих глаз. Если им повезет, то джинн так их и не найдет.
— Где вы? — крикнул реликт. — Я знаю, что вы тут. Я чую ваш страх…
Цуки и Дарья молчали, затаившись и стараясь даже не дышать.
— Твой брат убил моего брата, так что я верну ему долг. Я сдеру с тебя кожу, медленно, насылая самые жуткие из возможных кошмаров.
Тишина.
— Женщина, что скрывает её. Я чувствую твою вонь. Запах мокрой шерсти. Ты такая же, как я, и я не имею к тебе претензий. Отдай её, и уйдешь с миром. Защищай, и разделишь её участь! — рычал джинн, рыская поблизости.
Он был очень близко. Пугающе близко.
— Всё будет хорошо, — прошептала Цуки испуганной девушке, чувствуя, как та дрожит. — Я тебя не отдам.
Джин буквально плыл над кустарниками. Его тело слегка осыпалось, словно ему было тяжело держать человеческую форму.
— Где вы?
Внезапно он остановился и повернул голову, уставившись прямо на них.
“Нет! Нет! Нет! Моя иллюзия идеальна! Он не может меня увидеть”.
И тем не менее джинн развернулся и уверенно зашагал прямо к ним. Он принюхивался, словно пес, а алый песок, отделившийся от его тела, то замирал, то двигался по кругу.
— Покажись! — рыкнул джинн, и в его лбу открылся третий глаз, отчего иллюзия вокруг Цуки рассыпалась.
“Как это возможно?!”
— Попа-а-а-ались, — лицо джинна исказила жуткая гримаса радости и безумия.
— Беги, я его задержу как-нибудь… — шепнула Цукимару Дарье и поднялась.
Цуки никогда не была смелой и храброй, всегда предпочитала избегать конфликтов и неприятностей. Но бывают битвы которых невозможно избежать.