Гнев Империи I (СИ)
Дальше должен был идти поход в душ, но тут парней ждал маленький облом. Похоже, что принцессе выделили не обычную комнату, а специальную, где были все удобства, так что поглазеть на голую принцессу у парней не выйдет.
* * *— Как же хорошо… — довольно промурлыкала Лизавета, выходя из душа и останавливаясь перед крупным зеркалом. Взяв полотенце, девушка начала вытирать волосы, старательно пытаясь не обращать внимания на шрам на своей груди, больше напоминавший тонкую полоску льда. Точно такой же был и с другой стороны, на спине.
Вечное напоминание о том дне, когда она чуть не умерла.
Вернее… Она умерла в тот день. Но отец вернул её к жизни…
Воспоминания вновь всплыли в памяти, но она силой воли попыталась прогнать их прочь. В такие моменты её пальцы сами собой касались шрама, ощущая исходящий холод.
— Вам же сказали его не трогать, — вздохнула Эола, сбрасывая грязную одежду позади Лизаветы и заходя в душ. Принцесса тут же одернула руку и пристыженно потупила взгляд.
— Я не специально, — буркнула Лизавета и, накинув халат, вышла в основную комнату: крупную и просторную, с большими окнами и двумя кроватями, стоящими неподалеку друг от друга. Подойдя к своей, принцесса просто плюхнулась на неё, раскинув руки в стороны, и довольно заурчала, чувствуя, как расслабляются ноющие мышцы.
День оказался тяжелым, гораздо тяжелее, чем она думала. И вместе с тем она справилась, выдержала это нелегкое испытание, хоть для этого и пришлось немного запачкаться.
Эола вышла из душа спустя несколько минут, но в отличие от принцессы не стала просто валяться, а занялась стиркой их грязного белья.
— Ты могла бы оставить это на прислугу.
— Нет. Если я могу что-то сделать сама, то сделаю это. Это не императорский дворец, и я не стану доверять незнакомым людям вашу одежду.
Лизавета на это лишь устало покачала головой. Эола была Эолой до мозга костей, порой до ужаса невыносимой.
— Ну а как тебе наша группа?
— Слабые, — равнодушно заметила девушка. — Легкая полоса препятствий, но они её преодолели крайне медленно.
— Ну да, ты была первой, — улыбнулась Лизавета, вспоминая, с какой легкостью и грацией девушка преодолевала препятствия.
Вторым был Дмитрий Старцев. Эола опередила его буквально на самую малость. Лизавета знала, что встретится здесь с этим юношей, учитывая, что на нем была форма лицея, но не думала, что он будет в одной с ней группе.
— Ты думаешь о нем, — вздохнула Эола, читая подругу как открытую книгу.
— И вовсе нет!
— О нем, — кивнула она. — Ты на него украдкой всё время глядела.
Лизавета смутилась и недовольно поджала губы.
— И что такого, что я интересуюсь молоденькими мальчиками? Я девушка в самом рассвете сил, да и… я вроде как должна была выйти замуж за Старцева, если бы помолвку не отменили.
— Я ему не доверяю, Лиза. Он опасен, уж можешь мне поверить.
— Он меня спас.
— Он убил джинна голыми руками, без оружия, а его отец… Из-за его отца у тебя этот шрам, — при упоминании шрама пальца принцессы невольно вновь потянулись к нему. — Я не знаю кто или что он такое, а тому, что я не знаю, не могу доверять.
— И тем не менее ты его не сдала, — напомнила Лизавета.
— Это был ваш приказ, — в свою очередь напомнила девушка-хагга. — Но он спас нам жизнь, этого не отнять. Господин Рубцов просил сделать вид, что мы никого не видели, вы согласились, и я тоже, но это не отменяет того факта, что мы понятия не имеем, кто он такой. Ваш интерес к нему понятен, но прошу не забывать, кто вы есть, и что у вас есть жених.
— Я видела его всего пару раз.
— И тем не менее вы собираетесь выйти за него замуж.
— Это под вопросом.
Лизавета старалась не думать о замужестве. Она всю свою жизнь считала, что готова выполнить свой династический долг, но чем ближе был день свадьбы, тем тревожнее ей становилось. Некоторые из её сестер уже вышли замуж, одна из них даже родила дочь, но самой Лизавету претила такая судьба.
— Давай не будем об этом, — попыталась сменить тему принцесса. — Ну а ты, положила на кого-нибудь глаз?
Эола довольно забавно нахмурилась от этого вопроса, чем слега повеселила Лизавету. Может её подруга и была стойкой и решительной, когда дело касалось битвы, но стоит начать спрашивать её о мужчинах, как та тут же теряла всю напускную суровость.
— Я ваш телохранитель! Я… кхм… Я ни на кого не глазею.
— Да ты на всех глазеешь!
— Это другое.
— Ну давай, рассказывай, кто тебе понравился?
— Никто, Ваше Высочество, — этикет был последней линией обороны Эолы, она применяла его в их личном общении только тогда, когда ничего больше не оставалась.
— Да что ты говоришь?.. — заговорщическим тоном уточнила принцесса, готовясь к атаке.
— Нет. Вы не посм…
— Ещё как посмею! Я буду щекотать тебя, пока ты не расколешься! Уа-ха-ха-ха!
* * *— Эй, Старцев, нам надо поговорить, — внезапно окликнул меня Юрий Беспалов. С ним была парочка его подпевал, бросающих на меня крайне нехорошие взгляды, но я чувствовал в них вовсе не злость, а страх. Эта троица была готова запачкать штаны от страха передо мной, хоть и прятали это за напускной крутостью. Ну ещё бы, ведь почти половина лицея видела, как я на равных дрался с Эйриком и даже победил.
— Ну так говори, — пожал я плечами.
— Не здесь, — поморщился он. — Нужно место потише.
Похоже, что Беспалов едва ли хотел со мной говорить, но по какой-то причине должен был.
— Хорошо, через десять минут в беседках, — лениво ответил я ему. — И потеряй своих прилипал, от них запашок такой стоит, что тошно.
— Запашок? — они переглянулись, не понимая, о чем я говорю.
— Двадцать раз повторять не буду. Через десять минут, один. Или я пошел.
— Ладно! Ладно! Хлад…
Тут мы расстались, после чего я сказал Тане, чтобы шла на урок изобразительного искусства без меня. Моя девушка, как оказалось, без ума от современного искусства, и современная российская литература это была лишь верхушкой айсберга. Она слегка расстроилась, но нормально восприняла такое, уже успев понять, что я и искусство существуем где-то в параллельных вселенных.
Затем я покинул корпус и прогулочным шагом направился к беседкам. Так называется парковая часть лицея, где были установлены беседки, в которых лицеисты могли на свежем воздухе учиться и отдыхать. Этих беседок было много, но они стояли на приличном расстоянии друг от друга, благо территория позволяла, благодаря чему создавалось впечатление уединенности.
Беспалова я нашел довольно быстро. Он в одиночестве сидел на скамье и о чем-то размышлял. Несмотря на то, что он был один, я вначале осмотрелся — вдруг ловушка? Но нет, не похоже, чтобы по кустам кто-то прятался.
— Ну, чего тебе надо? — сходу спросил я, заходя в беседку.
— Мой отец хочет тебя видеть.
— Что? — до меня не сразу дошел смысл сказанного.
— Мой отец, Павел Беспалов, хочет с тобой встретиться. Сегодня.
— Зачем? Ты что, нажаловался своему папочке обо мне?
— Что?! Нет! Я ни слова ему не сказал о нашем с тобой… кхм… недопонимании.
— Ну, если Ефим для тебя недопонимание… — хмыкнул я. — Если это не из-за нас, то зачем ему встречаться со мной?
— Да я откуда знаю?! — фыркнул парень. — Меня поставили перед фактом: передать Дмитрию Старцеву, что Павел Беспалов сегодня вечером приглашает его на ужин! Сегодня, в десять вечера, в “царской” гостинице Ильинска. Это всё!
— Точно? И ради этого ты притащил меня сюда?
— Мне сказали передать тебе это тайно, чтоб никто не знал. И я это сделал! Всё! А теперь, с твоего позволения, у меня ещё дела, — от парня повеяло раздражением. Беспалов младший не стал задерживаться и решительным шагом покинул беседку, направившись прочь из парка, а вот я почесал затылок и плюхнулся на лавку.
Дурно это пахнуло. Дурно.
Зачем Павлу Беспалову встречаться со мной? Уж точно не по старой дружбе. И единственное, что мне приходит на ум — наша с Дашей мать. Он узнал об её исчезновении, и теперь хочет узнать, что известно мне. Возможно, решить вопрос миром.