Займемся текстом, профессор (СИ)

— Напомните мне забрать у вас ключи, — протянул он, запахивая рубашку на груди.
За его спиной белым лебедем проплыла какая-то блондинка в полуобнаженном виде, а я еле успел закрыть ладонью глаза младшему брату.
— Извини, — процедил, виновато кивнул в сторону девицы, — неудобно получилось.
— И я о том же, — выдохнул Севка, но позволил пройти в гостиную.
Действительно, сколько можно родственников держать в коридоре!
Я все присматривался, раздумывая, обрадовать братца сразу или подождать, пока он немного потеряет бдительность, а мы уже распаковать успеем чемоданы, чтобы выгнать нас было сложнее отсюда.
Петька даром время не терял. Скинул ботинки и, прихватив переноску с котом, двинулся поближе к телевизору.
Я еще чувствовал себя не слишком уютно, понимая, что обломал брата, похоже, по полной программе.
Из спальни доносились голоса, Севка о чем-то спорил с подружкой и спустя пять минут, та, хлопнув дверью, выскочила в подъезд.
— Должен будешь, — рыкнул на меня брат, устроившись в кресле напротив.
— Хорошо, — согласился я, — Петька, ты на следующей неделе моешь посуду, — делегировал полномочия тут же, решив, а почему бы и не переложить часть на плечи мелкого.
— Я так понимаю, — начал Сева, — вы надолго?
— Почти угадал. Отец житья не дает… — начал я, — мне в основном.
— А ты бы лоботрясничал меньше, — принялся старший учить уму-разуму.
— Началось, — закатил я глаза, — воспитывать будешь своих студентов. Кстати, эта крошка не одна из них? — подмигнул братцу.
— Она — дочь ректора, — развел руками Всеволод, а мне оставалось лишь присвистнуть.
Вот это да, а братец-то, оказывается, не промах. Вот, значит, как он продвинулся по лестнице!
— Что? — изогнул Сева бровь. — Не всем же вести разгульный образ жизни. Это ты у нас любитель куража.
— Ага, — выдал я с гордостью, припоминая всех своих подружек.
Эх, жаль было прощаться с девчонками, но клятвенно пообещал бате, что возьмусь за ум. Сроки правда не уточнял, оставляя себе пути для отступления. Я и без того пошел у него на поводу, поступив в универ, выбрав при этом самый странный факультет, как считал отец. Однако ведь набрал баллы и даже какое-то время стипендию получал, пока он держал меня в ежовых рукавицах. А потом на мою голову свалился Петька.
Одна из батиных подружек решила, что пора моему папочке познакомиться с третьим сыном и привезла Петра в дом в прекрасное весеннее утро. С тех пор в особняке количество лодырей прибавилось, но Петьке пока все сходило с рук, думаю, в связи с его возрастом.
— Можешь, между прочим, не рассказывать. Отец уже обрадовал твоим переводом в другое учебное заведение.
— О да, — фыркнул я, — надеюсь, ты не будешь у меня преподавать, профессор, — подколол я Севку.
— Не мечтай, — цокнул тот языком, видимо, догадываясь, к чему я клонил. — Мы уже не в том возрасте, чтобы меняться местами, несмотря на наше сходство.
— Мамины подружки до сих пор путают, — закинул я ноги на журнальный столик. — И бабушка, но той простительно с ее-то минусом, от кота отличает и на том спасибо!
Сева только головой покачал, не собираясь разводить дискуссии.
Брат выделил нам с Петькой одну спальню на двоих, я хоть и кривил губы, но выбора не было.
Хотя… Все же нет!
Возвращаться в отцовский коттедж я точно не собирался в ближайшее время.
— Какие планы на вечер? — разобрав вещи, точнее, запихнув их кучей в шкаф, приплелся я в кухню.
— Друзья звали в клуб. Идти не очень хочется, но придется. Надо бы познакомиться с коллективом в неформальной обстановке. А то за неделю еще не до конца всех узнал.
— Нравится на новом месте? — поинтересовался я, хитро прищурившись. — Зря, наверное, спрашиваю, судя по той блондинке.
— Да откуда я знал, чья она дочь, — усмехнулся Севка, — у нее на лбу это не было написано! Не хочешь пойти со мной? — задал он вдруг вопрос.
— Я? — удивился от неожиданного предложения. — Конечно, да. Что мне тут сидеть в твоей холостяцкой берлоге. Крыша поедет.
— Ну, отлично, — хлопнул меня по плечу Севка, направившись собираться.
 
Я тоже не стал задерживаться, поторопился привести себя в порядок.
С Петькой договориться труда не составило, в свои одиннадцать он был весьма лояльным к просьбам старшего брата, потому пообещал вести себя прилично. Я на всякий случай переспросил пару раз у Всеволода, нет ли у того кабельных каналов с цензом, до которого наш младший еще не дорос и, убедившись в их отсутствии, спокойно выдохнул.
В клубе гремела музыка.
Мне-то не привыкать, а вот Севка поначалу хмурился и бурчал, как наш дед.
Все ему не нравилось и свет прожекторов, что слепил глаза, хотя ни черта подобного, и напитки, и сама атмосфера.
Я подумал, что портить вечер его бухтением, себе не желаю, потому сразу почти затерялся в толпе.
Севка, отыскав, своих знакомых какое-то время общался с ними, а потом внезапно возле него материализовалась девчонка.
— Еще одна? Да братец бьет рекорды, — почесал я себя за ухом, забыв, что хотел пригласить на медляк какую-нибудь красотку.
Не знаю, о чем они там беседовали, но потом Сева резко притянул ту к себе и поцеловал. У меня глаза едва не вывались из орбит.
— Ничего себе. И кто из нас еще бабник и гуляка?! — хмыкнул я, наблюдая, как рядом с парочкой возникает еще одна фифа.
Даже позавидовал где-то в глубине души этому паломничеству. Правда, спустя минуту, уже думал иначе, потому как блондинка, с которой мы пересеклись в квартире брата, влепила ему такую пощечину, что у меня самого чуть звезды не посыпались из глаз.
— Смотри, куда бежишь, — улыбнулся я, получив локтем в бок от брюнетки, которую еще недавно целовал мой брат.
Девчонка даже не обернулся на мой голос, пролетела фурией мимо, и не заметила, как браслет-цепочка слетел с ее запястья. А я подумал, что почему бы и не последовать за ней? Познакомиться, утешить крошку, приголубить, вернуть украшение, ну или все в обратном порядке.
  
Глава 3. Оля
 
Вот же влипла! Или все не так страшно? Может, просто показалось, а на самом деле ничего и не произошло такого непоправимого.
Подумаешь, поцеловалась… с преподом! От этого факта хотелось рвать волосы на голове и скулить.
Я битый час сидела за письменным столом в комнате и таращилась в стену, стараясь не впадать в панику. Не хватало еще разбудить Аленку и тогда не выспится целый подъезд точно.
В который раз стукнув себя по лбу, подумала, что вдруг ошиблась. Ну мало ли профессоров, мало ли Кравцовых в городе? Хотя перепутать не могла, голос Маринки я узнала на все сто. До того писклявым он становился, когда она начинала нервничать. Первая красотка факультета! Аж губы скривила, представив ее физиономию, оставалось рассчитывать на то, что меня там никто и не узнал.
Но тут же возникла мысль, что Валеркины приятели… ай да черт с ними!
Еще и тот парень, который пытался меня догнать! Кто он-то такой? В полумраке некогда было его разглядывать. Испугалась сильно, когда незнакомец, схватив меня за плечо в коридоре, принялся что-то говорить. Вспомнила, как дед учил в детстве давать сдачи, вот и не растерялась. Бедняга так застонал, что стало его даже жаль. Но в ближайшее время я точно в этот клуб больше не ногой.
Устроилась на постели, нахлобучив на голову подушку. Вставать надо было рано. Я и без того пропустила почти две недели, потому как необходимо было кому-то сидеть с Аленкой, умудрилась же она из сада притащить ветрянку.
— Орлова, выдыхай, — попыталась я успокоить саму себя, лежа в постели.
Да куда там, сказать-то проще, чем сделать.
Кое-как проворочалась до рассвета, потом вроде и задремала, а в шесть сработал ненавистный будильник.
— Не хочу в сад, — надула губы Аленка, сидя на краю моей кровати.
— Надо, — железным тоном произнесла в ответ, не позволяя той начать манипулировать старшей сестрой. — Я же должна учиться, а ты ходить в сад.