Потемневшие души (ЛП)

Я подыграл, потому что день был очень продуктивным, и мои мужчины чувствовали себя уверенно. Я сидел в одной из VIP-комнат, пока одна из девушек танцевала мне танец на коленях. Она была здесь несколько лет и была мастером своего дела. Она также была приятна глазу. Но ее задница не шла ни в какое сравнение с задницей Алиссии. Она терлась у меня на коленях, и я вздохнул от разочарования, потому что мой член был мертв для мира. — Больше, — сказал я ей. Она повернулась и начала расстегивать мою рубашку.
— Позволь мне доставить тебе удовольствие, босс. Это будет привилегией, — сказала она с фальшивой улыбкой.
Она не хотела быть здесь, пытаясь сделать мой мягкий член твердым, когда она могла быть там с парнем, который с радостью отдаст ей свой твердый член. Она провела ногтями по моей груди и расстегнула мои брюки, ее руки потянулись и вытащили мой ствол.
— Это плохой хозяин, — сказала она и начала сосать его. Я откинул голову назад на стену позади себя и посмотрел на потолок. Я был сломан, и мой член был сломан. Ради всего святого.
Она перестала сосать мой член, который издал мокрый чмокающий звук, и ее рот оторвался от него. — Это не ты, это я, — сказал я ей с ухмылкой и толкнул ее на задницу. Она тяжело приземлилась на пол и настороженно посмотрела на меня. — Иди и ублажи того, кто этого, черт возьми, хочет, — прорычал я, выходя, застегивая штаны.
Дорога обратно к моему дому заняла целую вечность. Я знал, что Алиссия уже будет за обеденным столом. Я имею в виду, что ей больше нечего было делать, так что она не опоздала бы на завтрак или ужин. Мы подъехали к дому, и я вышел. Холодный русский воздух хлестнул меня по груди и напомнил мне, что я так быстро ушел из клуба, что не застегнул верхнюю часть. Нет смысла делать это сейчас. Не то чтобы Алиссия заметила, и правда в том, что я, вероятно, пойду облегчаться в душ после ужина, как я делаю это почти каждый вечер. Я пошел прямо в столовую и сел на свое обычное место.
Я чувствовал, что Алиссия все время пялится на меня. Она поймала мой взгляд, и я приподнял бровь, спрашивая, в чем дело. Она, конечно, ничего не сказала. Моя давняя официантка и подруга Анна принесла томатный суп и свой свежеиспеченный хлеб, который, как она знала, я так люблю. Что бы я делал без этой женщины? Я съел несколько глотков супа, а затем поднял глаза на Алиссию. Она снова посмотрела на меня, но отвела глаза и ярко-розово вспыхнула. Это был красивый оттенок на ней, он контрастировал с ее черными волосами. Ее черные волосы напоминали мне ночное небо, а ее голубые глаза всегда были такими же чистыми, как океан. Она действительно была самой красивой женщиной, которую я когда-либо видел. Я посмотрел на ее лицо, а затем на ее руки.
С нее уже сошел загар, с которым она приехала сюда. Ее кожа была бледнее и напоминала сливки, которые так и просились, чтобы ее облизали. Мои штаны стали намного теснее из-за новой выпуклости на моих штанах. Отличное время для тебя снова поработать. Я мысленно зарычал на свой твердый ствол. Я слегка поерзал на сиденье, пытаясь избавиться от дискомфорта. Алиссия снова посмотрела в мою сторону и наблюдала за моими движениями. Я надеялся, что она не узнает, как сильно она на меня повлияла, потому что я не хотел, чтобы она считала меня слабым.
Мы сидели в тишине и ели ужин. Бросаем странные взгляды друг на друга. Затем официантка вышла со свежей клубникой и мороженым на десерт. На прошлой неделе я сказал им попробовать заказать немного в качестве угощения для Алиссии. Выражение ее лица, когда они вышли, было бесценным. Держу пари, она даже не поняла, что ее глаза загорелись и почти чертовски сверкали, когда она их увидела.
Алиссия:
Когда принесли клубнику, я была в недоумении. Свежая клубника. Посреди русской зимы. Я видела, как Дмитрий оценивает мою реакцию. Я пыталась скрыть это, но я знала, что мое волнение было очевидным. Он купил это только для меня. Я взяла первую большую клубнику, откусила и застонала. На вкус она была как сладкий летний рай. На вкус как дом. Я осторожно взяла чайную ложку, зачерпнула мороженое и положила его в рот. Это был сливочный стручок ванили.
  
Я слизнула остатки с ложки, затем посмотрела через стол на Дмитрия. Он не ел свой десерт. Его глаза тлели и так пристально смотрели в мою сторону, что казалось, он собирается просверлить во мне дыры.
Я вздрогнула, и это было не от холодного мороженого. Он внезапно встал, заставив стул позади себя громко скрипеть. Он шел ко мне медленными размеренными шагами, не сводя с меня глаз. Дикий жар наполнял меня только от одного взгляда в его глазах. Никто никогда не смотрел на меня так. Как будто он владеет мной. Мне казалось, что я не могу дышать.
Дмитрий остановился прямо рядом со мной, и я ясно увидела выпуклость в его штанах. Дмитрий взял клубнику, окунул ее в мороженое и поднес к моему рту. Я слизнула мороженое с кончика клубники, и он зашипел.
— Ты убьешь меня, Алиссия, — я посмотрела на него, откусила кончик клубники и проглотила его. Дмитрий отпустил клубнику, запустил руки мне в волосы сзади и потянул меня вверх. Это должно было быть больно, но все, что от этого произошло, это еще больше разжечь желание. Он наклонил мою голову и притянул меня к себе, так что я твердо прижалась к его груди, и я могла чувствовать, как его твердая выпуклость упирается мне в живот. У меня перехватило дыхание. — Я не гребаный принц или спаситель, если это то, что ты ищешь, Алиссия. Я злая пизда, которая засыпает каждую ночь, думая обо всем том больном дерьме, которое я хочу сделать с твоей милой задницей, — яростно сказал Дмитрий.
— С чего ты взял, что я хочу принца? — прошептала я в ответ.
Он закрыл глаза на секунду, а затем притянул мой рот к своему. Он начал целовать меня с таким голодом, что я знала, что мои губы будут в синяках завтра, но мне было все равно. Его язык высунулся, и я открыла губы, чтобы он мог войти. Мы создали быстрый устойчивый ритм языками, и его рука все крепче сжимала мои волосы. Я положила руки ему на плечи, стягивая с него рубашку, цепляясь ногтями за его кожу. Он отпустил мои волосы и сбросил с себя остальную часть рубашки. Он прервал поцелуй и стянул мой спортивный бюстгальтер через голову. Его большие грубые руки нашли мою грудь, и он сильно сжал ее, а затем использовал указательный и большой пальцы, чтобы дразнить мои соски, пока они не стали твердыми как камень.
Я начала расстегивать его брюки, но он был слишком быстр, поднял меня и усадил на край стола, раздвинув мои ноги достаточно широко, чтобы он мог встать между ними, прижимая свою длину к моему ядру. Беспорядок посуды позади меня напугал меня.
— Подожди, мы не можем сделать это здесь. Твой персонал увидит нас, — настаивала я, когда Дмитрий пытался снова начать целовать меня.
— Если они хотят жить, они бы уже знали, что пора убираться в свои комнаты. Я беру тебя прямо здесь, Алиссия. Думаю, я ждал достаточно долго, — хрипло сказал Дмитрий. Дмитрий крепко схватил меня за волосы, оттягивая мою голову назад, так что моя спина сильно выгнулась. — Заложи руки за спину, Алиссия, и не двигай ими, — прорычал он мне и сказал, что его зверь внутри него не умеет нежно трахаться и не ждет никаких занятий любовью, потому что он не знает, как.
— Занятия любовью — для влюбленных, Дмитрий. Теперь просто трахни меня и не будь нежным, — он одновременно терся бедрами о мои и дразнил мои соски. Я приближалась к кульминации и не знала, что прелюдия может быть такой жаркой. Дмитрий отстранился, и я заскулила в знак протеста. Он хрипло рассмеялся мне в макушку. Затем он слегка приподнял меня и спустил мои велосипедные шорты с моих бедер и ягодиц, после чего я сбросила их. Дмитрий просунул пальцы между нами и начал тереть мой клитор резкими круговыми движениями. Это вызвало ударные волны по моему телу. Он продолжал ритм, а затем просунул палец внутрь меня. Он снова и снова вставлял его туда и обратно, пока его большой палец все еще занимал мой твердый бугорок. Я начала сжиматься вокруг пальца, чувствуя нарастающий экстаз. Дмитрий вытащил палец и заменил его своей твердой длиной. Его член упирался в мою щель, и его глаза встретились с моими, когда он врезался в меня.