Темный лорд для попаданки (СИ)

— Итак, тиалла, вы хотели меня видеть? — спросил дедок странно знакомым голосом.
Я огляделась, полагая, что Элиз не ушла и разговаривает вместо тила Сантеса. Но нет, в комнатке мы остались вдвоем.
— Да, но я не понимаю, что происходит? Ваш голос, он…
— Не трудитесь объяснять, — с усмешкой заявил Сантес, образ которого вдруг поплыл, а на его месте оказалась Элиз, только лет на тридцать старше. — Вам нужен амулет иллюзий. И как вам наглядная демонстрация такого амулета в действии? Заметили что-нибудь странное?
— Не то слово! Теперь все встало на свои места. Вы внизу выглядели намного моложе, но при этом говорили и двигалась соответственно возрасту.
— Вот! — женщина поучительно подняла кверху указательный палец. — В этом и кроется главная проблема. Иллюзия маскирует истинный облик, но она не способна изменить привычки или самого человека. Подумайте об этом, прежде чем озвучите свое желание.
— Я уже подумала. Никто и ни при каких обстоятельствах не должен меня узнать. Пусть это будет облик типичной ровантайки — все, о чем прошу.
— Ты скрываешься? — Элиз задала вопрос, отслеживая реакцию, и я вспыхнула возмущением, не собираясь ничего объяснять. — Можешь не отвечать! — успокоила примирительным тоном. — Но это и так понятно, раз уж ты желаешь спрятать такое милое личико. И не только личико! — Поднявшись, женщина подошла и коснулась моих волос, пропустила прядки через пальцы. — Стойкая краска. Такой конокрады лошадям гривы перекрашивают. Зачем же так сурово? Есть щадящие методы окраски и не менее результативные.
Я поджала губы, мысленно пробурчав, что выбирать не приходилось. Что Гаршан принес, тем и воспользовалась. Может, аптекарь так пошутил? Или продал средство, которое простолюдину по карману? Хорошо хоть цвет нужный получился, а не какой-нибудь пегий в яблоках.
— Моя работа будет стоить сто золотых. Большие деньги, но и результат того стоит. Иллюзию наложу прямо на тебя — магия высшего уровня. Согласись, амулет можно украсть, потерять или испортить, а это равносильно провалу.
— У меня и выбора-то нет, верно?
— Верно, дорогуша! — хмыкнула Элиз. — Но ты ведь не с пустыми руками сбежала? Будет честнее, если возьму золото с тебя, а не позарюсь на награду.
— Но… — побледнела, понимая, что инкогнито раскрыто. — Награда существенно больше ста золотых.
— Вот именно! Только от той тысячи мне достанется в лучшем случае треть. Да еще репутацию себе подпорчу тем, что сдаю клиентов страже.
— Драгоценности возьмете? Они приметные слишком, все равно не продам. — Каюсь, прихватила пару дорогих вещичек в багаже Кейтлин. Сдавать в ломбард опасно, по ним запросто выйдут на след.
— Покажи! — потребовала женщина.
Вещи я оставила на постоялом дворе, собираясь за ними вернуться. А золото и украшения носила при себе, поэтому приподняла юбку, под которой прятала добро, и достала мешочек с драгоценностями. Высыпала их на стол, предлагая Элиз выбрать плату.
— Ты же понимаешь, что каждая из этих вещиц стоит намного дороже? — с горящим взглядом любительница побрякушек принялась рассматривать сережки, браслеты, броши и цепочки с кулонами. — Вот это сразу нет! — выбрала комплект, выполненный в варварском стиле из не ограненных камней, помещенных в золотую оправу.
— А что с ним не так? — признаться, от этого набора планировала избавиться в первую очередь. Больно громоздкий и сильно утяжелял мешочек.
— Фамильные украшения светлого рода! — фыркнула женщина. — Что с ними может быть не так? Кстати, любой светлый вычислит тебя по этим камням. Уж больно светлой магией фонят.
— А что же с ними делать? — Вот уж откуда не ожидала подвоха.
Настоящая хозяйка знала об украшении только то, что оно хранилось в сокровищнице. Отец перед отъездом вручил Кейтлин свадебный подарок.
— Могу продать шкатулку, которая скроет магический фон драгоценностей, — предложила решение Элиз, на что я со вздохом кивнула. — Пожалуй, возьму вот эти сережки и колечко, — определилась с выбором магичка. — По стоимости они тянут на тысячу монет, но ни в одной ювелирной лавке не дадут больше двух сотен. Это дороже, чем стоит работа, поэтому с меня еще проживание и питание на три дня. И клятва, что никому не открою твою тайну. Шкатулка будет подарком.
 
— Я согласна, — с сожалением проводила взглядом изящные вещицы с голубыми камешками, которые исчезли в руках женщины.
Как бы ни хотела оставить украшения себе, жизнь подороже будет. Да и не получится их носить, чтобы не навлечь подозрения.
У мастера иллюзий я задержалась, поселившись в комнатке при лавке. Элиз взяла с меня слово не разглашать тайну, что прикрывается именем мастера Сантоса. На самом деле такой человек существовал и когда-то учил Элиз искусству создания амулетов. Женщина воспользовалась именем учителя, когда тот умер, чтобы сохранить клиентов и заработать на кусок хлеба. Имя почтенного мастера было на слуху, а к молодому специалисту не спешили с заказами.
С Элиз мы за эти три дня сблизились. Я, не вдаваясь в подробности, поведала о неудачном замужестве. А женщина рассказала свою грустную историю. Ценными стали ее советы по обустройству в академии и об обучении в целом. Магию она рекомендовала не скрывать, все равно выползет наружу. Но посоветовала выдать себя за уроженку с Севера империи, граничащей с Латраном. Случаи, когда латранцы совершали набеги и брали силой молодых ровантайских девушек, к сожалению, не редкость. Ровантайские воины тоже грешили подобным, так что в обеих империях встречались последствия таких набегов.
А по поводу отсутствия документов проще сослаться на разбойников, часто нападающих на одиноких путников или слабозащищенные караваны. По прибытию в Сатон-Раррш лучше обратиться в Отделение стражи и написать жалобу. Император выделяет средства на содержание карательных отрядов. Однако деньги оседают в карманах командиров, а разбойники продолжают грабить население. Свидетелей они предпочитают не оставлять, потому что на жалобу стражи обязаны отреагировать и покарать виновных.
На утро четвертого дня я села в дорожный дилижанс, чтобы навсегда покинуть Мирто-Сар. Пару дней в пути, и я достигну места, где начну новую жизнь. Гаршан получил щедрую плату за помощь и отправился к сыну, а с Элиз мы слезно попрощались еще в лавке.
Устроившись на мягком сиденье в глубине салона, достала карманное зеркальце, чтобы поправить прическу и еще раз взглянуть на себя. Я к прошлому облику, что принадлежал Кейтлин де Мара не успела привыкнуть, как обзавелась другим. Среднестатистическая ровантайка в понимании Элиз — особа со светлой кожей, огромными серыми глазами, аккуратным носиком и пухлыми губками.
— Рука не поднялась изуродовать такое лицо, — виновато призналась женщина, когда разрешила оценить проделанную работу.
Между прочим, у коренных жителей империи внешность напоминала земных южан. Среднего роста, чаще смуглые и темноволосые с карим цветом радужки, варьирующейся от янтарного до черного. Иногда попадались зеленоглазые, как мой супруг, но это давали о себе знать отголоски дара.
— Магия часто проявляется в людях внешними признаками. — Элиз охотно делилась знаниями. — Чем чаще пользоваться силой, тем ярче она будет проявляться.
— Глаза — зеркало души! — припомнила поговорку родного мира.
— Верно! Удивительно тонко подмечено, — оценила народную мудрость магичка. — Когда попадешь в академию, обрати внимание, как цвет радужки сочетается со способностями будущего мага. В дальнейшем это поможет заранее оценить, насколько опасен тот или иной враг.
Чтобы создать видимость, будто я в Мирто-Сар проездом, мы разыграли спектакль. Вечером я под видом нищенки вышла через южные ворота города. В лесочке переоделась, оставила в укромном месте старую одежду вместе с амулетом, меняющим внешность. Затем пешком добралась до постоялого двора, где ожидали нанятые для охраны воины и кучер с повозкой. Ночь провела в съемном номере и на рассвете въехала в город уже через другие ворота, прямиком отправившись на станцию дилижансов. Покупая билет до Сатон-Раррша обмолвилась, что спешу, потому что в академии Мортон-Раррш остались последние дни набора новых учеников.