Миа: Тьма над Горным краем (СИ)
______________________
[1] Глас-Доман — столица государства эльфов Ангрианн или Северный Золотой Лес, расположена на востоке континента Аганроуз. Здесь находится резиденция Владыки Золотого Леса.
***
За ужином столовая гудела от разговоров: адепты обсуждали горячие новости с отборочных гонок на каррусах по пересеченной местности в королевстве Саррос, расположенном по ту сторону Алмазных гор. Счастливые обладатели маговизоров, а их оказалось большинство, размахивали артефактами, демонстрируя голограммы с рейтингами и наиболее острыми моментами соревнований. Трагический инцидент — один из претендентов погиб, а его партнер был серьезно ранен, когда их кар врезался на повороте в скалу, — вызвал шквал эмоций у зрителей. Все охали, ахали, жадно интересовались подробностями. Обсасывание деталей показалось мне странным и почти непристойным, жаль родителей этих гонщиков.
А еще удивили наши адепты. Откуда такое сочувствие к смерти незнакомого человека, если исчезновение и вероятная гибель их же сокурсниц не вызвала в них и толики эмпатии?
— Ах, хоть бы Дейн ди’Джилиан и Алес дей’Леонн удачно выступили! — пропищала, закатив глазки, Берна. Ей очень шли яркий румянец на щеках и блестящие азартом глаза. — Я буду держать за них кулачки и молиться Лаине и Светлым богиням об удаче!
— А причем здесь богиня любви? — спросила я недоуменно. — Уместнее молить воительницу Дживейд, именно она распоряжается удачей.
— Ах, Миа, какая ты странная! — вступилась за подругу Ада. — Неужели не понимаешь, что таким красавчикам не может не покровительствовать Лаина — прекраснейшая из детей Шандора?
Ах, вот оно что! Интересная логика! Я с трудом сдержала смех.
— Кроме того, — Берна тоже не сдавала позиций, — они ведь учатся в академии Синей Звезды и этот же символ изображен на их гоночном каррусе.
— Ну, вот это уже логичнее, — я хлопнула себя по лбу и, усмехнувшись, процитировала начало легенды о сотворении мира Великим Шандором: — «Синяя Звезда, что восходит к горизонту на исходе ночи». Это действительно один из символов богини любви. Интересно, кому влетела в голову идея дать магической академии такое странное название? Любовь ведь к магии никакого отношения не имеет.
Девочки только руками развели — их подобные вопросы не волновали — и затянули свое обычное об «обалдеть каких красавчиках» по двадцатому кругу. Я пожелала им светлого вечера и поплелась к себе.
Руки и спина немного болели от непривычного труда. Думаю, к завтрашнему дню будет хуже. Не беда — привыкну. Сегодня был странный день. Для меня в чем-то даже удачный, а вот для незнакомого парня он оказался последним. Это так грустно и лишено всякого смысла. А еще у меня в голове не укладывается, что кто-то способен с азартом обсуждать подробности чей-то гибели. Начинаю подозревать, что ничего не понимаю ни в людях, ни в жизни.
Проходя мимо корпуса факультета земли и камня, я заметила Лессли в группке парней, играющих в тидж на плотно утрамбованной ногами сотен студентов площадке. Лесс как раз вел биту, подталкивая ее странной деревянной клюшкой к двум криво воткнутым в землю палкам, означающим ворота противника. За ним мчались его соперники, и я, ускорила шаги, не желая отвлекать друга. Уже на подходе к общежитию до меня донесся ликующий многоголосый клич: вероятно, одна из команд добилась успеха.
У комнаты номер семнадцать топталась моя сокурсница Кайя со свертком под мышкой.
— У тебя такая соседка злющая, как ты с ней уживаешься? — выпалила она, как только меня увидела. — Не буду к тебе заходить. Бери — здесь все, как договаривались. — Она сунула мне в руки сверток и пять золотых монет.
— Да нормальная у меня соседка. Может, настроение плохое. Завтра, на зельеварении я тебе сумку отдам.
— Так быстро? Отлично! — Кайя захлопала в ладоши и, помахав мне, скрылась в одной из комнат. А я вошла в нашу с Анджиной комнату.
Соседка привычно лежала на кровати с книгой. Если честно, в другой позе я ее за эти дни и не видела. Зеленые с огоньком глаза на миг оторвались от страницы, смерили меня равнодушным взглядом, затем оборотница вернулась к чтению.
— Какая-то трещетка с твоего курса заходила, спрашивала тебя, — проворчала она.
— Я ее встретила. Вот, — Я развернула кусок темно-серой однотонной ткани. — Буду шить ей сумку, наподобие своей. Ты что, все еще переживаешь из-за Найрета?
— Очень надо переживать из-за этого подлеца! Я завтра встречаюсь с одним симпатягой из местных.
— Так в город же нельзя, — я разложила на своей кровати пеструю ткань, которую Кайя приготовила для отделки. Замечательные цветочки получатся! Я прикинула, как экономнее раскроить ткань, чтобы вышло побольше аппликаций.
— Он ко мне сюда переберется через стену. Говорят, твой Яр тоже посматривает в сторону магистра Рикс. По внешности она, конечно, тебе не соперница, зато выгодная пассия: ведущий преподаватель на кафедре артефакторики. Умеют братья Тореддо совместить любовь с выгодой.
Я только хмыкнула, примериваясь ножницами к ткани. Возражать особого смысла нет: посмотрим, что будет дальше. Если магистру Рикс не дорога ее репутация, почему я должна вступаться за нее? Но как же быстро расходятся здесь слухи!
— А какую выгоду Найрет нашел в той первокурснице, по-твоему?
— Она из богатого горного клана. Не чета мне, — Анджина раздраженно ударила книгой по кровати и отвернулась к стене, показывая, что разговор окончен.
Я пожала плечами и принялась кроить основную ткань. Вряд ли у оборотней такие уж далеко идущие планы на девушек. Скорей всего, им просто требуются развлечения.
23. Большое похмелье от маленькой победы
Бунт и революция мне никогда не нравились. — Александр Пушкин
Снова утро, тхаров гонг и беготня в душевую и обратно. Пятый учебный день начался.
Мы чуть не опоздали. Провозились с одеванием дольше, чем рассчитывали: Анджи захотела подвести и без того яркие глаза черным, прихорашиваясь перед свиданием. Схватив сумку с конспектами и готовый заказ для Кайи, я выскочила вслед за соседкой из комнаты и понеслась на завтрак. Холодный резкий ветер с гор моментально сдул остатки сна и ударил меня ознобом. Это заставило ускориться, но все равно я порядком промерзла, пока бежала. Усевшись за стол рядом с Анджиной, с облегчением перевела дух: успеваем поесть. Теперь можно не торопиться и спокойно цеплять ложкой комковатую кашу из кимуры.
Разговоры о главном событии этого месяца — отборочном туре в Сарросе — продолжились. Все были оживлены и делились впечатлениями о вчерашнем заезде. Странно, но о бедном погибшем гонщике и его раненом товарище сегодня не вспоминали вообще, нахваливая победителей.
Похоже, не интересны соревнования здесь были только мне, да еще Анджине — она механически жевала невкусную кашу, витая в мыслях где-то очень далеко.
Первыми в расписании пятницы значились теория и практика зельеварения. Здесь меня поджидало нечто необычное. Едва я появилась в аудитории, ко мне подскочили сразу несколько однокурсниц. Я уже как-то свыклась с холодными взглядами и презрительными усмешками; милые улыбки и пожелания светлого дня стали новинкой.
Заводилой явилась Кайя, которой, конечно, не терпелось посмотреть, за что же она отдала целых пять золотых. Я не стала томить девушек: развернула свое творение и представила его на суд заказчицы и ее подруг. Восторженные охи и ахи меня даже не удивили. Сумочка действительно вышла очень красивой. Гораздо лучше, чем моя. Добротная ткань и яркие аппликации, ровные надежные швы — даже самым злым критикам не пришло бы в голову назвать это торбой или сумой. Настоящий модный дамский аксессуар. А вот то, что у меня моментально появилось еще несколько заказчиц, искренне порадовало. Я договорилась с ними на тех же условиях, что и с Кайей, хотя им придется ожидать своей очереди. Постараюсь шить в день по сумочке — деньги нужны срочно, мне необходим новый плащ, ведь холодает день ото дня.