Бастардъ (СИ)
***Несколько дней спустя во дворце…
— «Ну и что там за шум поднял наш герой с этими Чулочками»-
— «Ох ваше Величество это что то невообразимое, мало что высшем свете эти Чулочки произвели фурор так теперь и почтенное купечество на них запало и идёт перепродажа этих самых колготок, простите даже полношеных, по 600 — 700 золотых, причём был один забавный случай… после того как на балу в купеческом собрании две супруги богатых негоциантов заявились в этих самых колготках, и через несколько дней на балу менее высокого ранга одна из дам тоже пришла в колготках и когда она шла домой на неё напали чтобы снять эти же самые колготки и оказалось, что у неё просто ноги были покрашены луковом отваре»-
— «Да видимо засиделся наш молодой друг без приключений пора его вызывать на Совет и давать главное задание, время поджимает и помочь нам может только он. Ведь согласно пророчества, лишь командир Изумрудной алы, принесет потерянный блеск величия» — .
Непосредственно перед завтраком, ко мне заявился фельдъегерь из дворца, это был никто иной, как Дон Григ, в мундире лейтенанта Департамента Двора. Как он рассказал, вопрос о признании чина и устройстве на службу, решили две блестящих упаковки с колготками. Церемониймейстер во время аудиенции первым делом стал выспрашивать у Грига, нельзя ли через него выйти на поставщика барона Панцера, а то мол дочь и жена, его уже запилили по поводу этих чулочков. Мои девчонки, подарили близняшкам Грига коробку колготок из своих запасов и Григ мудро взял с собой на аудиенцию во дворец несколько экземпляров, что ему вельми помогло. Григ был в курсе всех светских сплетен и почему вручил вельможе три глянцевых пачки… Для супруги, для дочери и ещё на всякий случай. Так что в этот же день он получил диплом лейтенанта дворцовой стражи и место специального фельдъегеря, что было немаловажно и для меня, так как Григ, уже в чине капитана служил параллельно в моей секретной службе (его девушки и мои девчонки тоже там состояли). Я назвал эту Контору, Почтовой канцелярией, и заказал для неё у Хоттабыча три Ундервуда, на которых девчонки с удовольствием трещали, печатая, всевозможные приглашения и меню.
Хотабыч, как пылесос вытягивал из меня золото, ибо мне требовалось все больше и больше нестандартных складских позиций. Но тут мне помог старина Гимли. Ведь любой гном в первую очередь рудознатец и горняк, и Гимли, нашел в одной из заброшенных шахт натуральную золотую жилу из самородков, и как хозяину земель и своему сюзерену, доложил мне обо всем без утайки. Я похвалил его за преданность (а куда бы он делся) и назначил ему пять процентов с выработки драгоценного металла, а из своей доли добычи, приказал выплавлять слитки и чеканить круглые бляшки с дырками, как раз для расчетов с Хоттабычем. Это не являлось чеканкой денег, так что Имперских законов я не нарушал, а с Имперским налогом разберусь в конце года.
На следующий день Григ снова пришел ко мне и доложил, что как офицер Дворцового департамента, он теперь подчиняется герцогуМяусу, начальнику подканцелярии этикета приемов и торжеств, и протянул мне Пакет с печатью Совета, где было сказано, что завтра меня ожидает аудиенция у Главы Совета в их главном здании. И тут включилась Мона и сообщила, что именно этот герцог и является таинственным заказчиком асасинов из «Черного шипа». Надо сказать, что я при каждом удобном случае осваивал возможности своего Искина, и как то раз выяснил, что Мона автоматически создает информационную базу по окружающему миру, так как получает информацию от других искинов, но сама с ними информацией не делится, так как является выше их по рангу. И я сразу заказал ей банк досье на всех лиц, имеющих хоть какое-то касание к моей персоне, с указанием степени их опасности. Так что теперь помимо «Чуйки» о встречных или об упоминаемых персонах, мне сообщала и Мона. Адмирал Канарис вроде говаривал, что мол кто владеет информацией, тот и владеет Миром, но подзабыл свой же постулат (за что и пострадал на рояльной струне). А вот нам если что Мона подскажет. Кстати Мона придумала себе фичу… Сообщая обычную информацию она появлялась на экране в образе Моны, а экстренную, докладывала в образе Анны Карениной, иногда и в обеих ипостасях. В чем, в чем, а в чувстве юмора, девушке не откажешь.
Глава 17. Как бароны становятся маркизами
Главный комплекс зданий Совета находился на холме окружённым большим садом, который так и назывался Большой сад. Тот особняк где я проходил инициацию тана, был городской приемной Совета, а тут была святая святых, то есть главная резиденция. Здания поднимались трехступенчатой анфиладой, на первый ярус проход был практически свободным, между первым и вторым ярусом был еще один сад, который назывался Садом отдохновений, а дальше уже начиналась система допусков. Я прибыл не один… Меня сопровождала Селена, в элегантном зеленом милитари деловом костюме с юбкой миди, элегантными погончиками лейтенанта и егерским шевроном на рукаве, нашей звездой на груди, кортиком на портупее и элегантной сумочкой до кучи (в сумочке лежал ПСМ и пара обойм), ну и для комплекта баронет Вилс, так же в офицерском мундире моей дружины, со шпагой и с АПС в деревянной кобуре. У ворот в Большой сад нас встретил дон Григв новом мундире Административного департамента баронства Панцер, и являвшегося копией генеральского мундира Наполеоновской армии. К мундиру кстати полагалась кобура с Морским Кольтом. На Грига с завистью косились все без исключения штатские и военные чины кишевшие в саду. А Григ провел нас через первый ярус и вывел в Сад отдохновений, где моя «Чуйка» тревожно мявкнула, когда в глубине аллеи показалась группа людей. Трое из низ несли явную ауру опасности, еще двое, помимо этого несли знак ВСМЗ от Куратора, шестой мерцал вдобавок гипертрофированной злобой и ложью, и как сообщила Мона, это и был герцог Мяус. И тут все кроме герцога обнажили оружие, причем ввиду того что двое нападавших выхватили аж двуствольные пистолеты, мы были в своем праве, когда обнажили свои стволы. Наши с баронетом Стечкины ударили очередями, дон Григ радостно бабахал из своего Кольта, а Селена держала тыл, как и было заранее оговорено. Герцог Мяус меланхолично посмотрел на тела своих спутников, сделал жалобно-благостное лицо и направился к нам, держа на виду руки, в них ничего не было, кроме изящного футлярчика для драгоценностей. Герцог извинялся не переставая и явно хотел вручить этот подарочек именно мне, тут «Чуйка» буквально взвыла, а Мона голосом Анны Карениной, сообщила, что в футляре находится мощный магический артефакт. Я знал, что нам, после Изумрудной инициации в Урочище ничего не страшно, но предохраняться надо и в бою, и посему я послал в голову герцогу, трехпатронную очередь из своего АПС. И тут со всех сторон высыпали фигуры в салатовых рясах и фиолетовых форменных камзолах. Мы стали спиной к спине, поменяли магазины и стали на полном готове ждать продолжения банкета. Конечно неприятно убивать своего ближнего, но еще неприятнее, когда твой ближний убивает тебя.
И тут на переднем плане появился наш старый знакомый капитан Гук, он громко объявил, что наши милости могут не тревожиться и что они пришли к нам на помощь и дона барона, ждет Совет. Тем временем фиолетовые альгвазилы занялись телами несостоявшихся убийц, а младшие жрецы Совета какими-то устрашающего вида щипцами, осторожно взяли футляр и поместили его в массивный мифриловый ларец, который со всеми предосторожностями куда-то уволокли. Покосившись на них капитан сказал: «Спасибо барон, благодаря вам найден, наконец пропавший из сокровищницы Совета — Черный орех. А вас и ваших спутников, прошу следовать за мной.
Нас провели прямо на третий ярус Дворца Совета, Грига, Селену и баронета, попросили подождать в роскошной приемной, а меня пригласили в кабинет председателя Совета. Правда перед входом, салатовый секретарь со змеиными повадками, попытался что то проблеять про оружие, на что я сокрушенно поведал, что у баронов Панцер принято ходить с оружием даже в сортир и это традиция сложившаяся в веках, а традициям, мы бароны на столько верны, что если бы согласно оным, я должен бы был носить накладной нос и корзинку с ежиками, то в Советеувидели бы забавнейшее зрелище. Селена при этом фыркнула, Григ аристократически улыбнулся, а баронет, как наиболее бесхитростный просто заржал. Так что я вошел в кабинет при всем параде.