Верните ведьму, или Шахматы со Смертью (СИ)

— Что с ним? Проверка шла через твоё ведомство?
Филипп как-то странно наблюдал за Грегори. Склонив голову набок и постукивая перьевой ручкой по подлокотнику кресла. От этого её кончик впивался в мягкое податливое дерево, оставляя на нем следы из точек. А потом Дювье дёрнулся, коснулся пальцами шеи, где примерно физически ощущалась удавка клятвы. 
— Он чист, — резко сказал Филипп, — но к должности не вернётся просто из-за самого факта проверки. Таких пятен не должно быть на репутации главы исполнительной власти маленького южного городка. Он вернётся в участок, но не более.
— Ты издеваешься? — Грегори разозлился. От несправедливости, от этого ленивого вальяжного тона, каким Филипп выдавал расклад. — Как такое вообще возможно? Почему ты не вмешался?
— Сейчас я связан по рукам и ногам. Один мой шаг и оппозиция вонзит клыки в королевский совет. А оттуда пролезет на верхушку, поближе к королевской семье. Понимаешь?
— И что, теперь просто смотреть, как в этой вашей политической войне страдают люди?
— А твой шериф пострадал не из-за политики…
Грегори замер, все ещё сжимая в руках папку с документами Идальго. До него, после нескольких бессонных ночей и сна украдкой где-то в перерывах, все доходило туго. А уж в разговоре с загадками главного безопасника королевства вообще можно не надеяться ни на что…
— Что ты имеешь ввиду?
— Все…
Филипп потянулся в своём кресле и открыл ящик стола. Достал стопку листов. Исписанные чёрными чернилами и продавленные пером, они закручивались по краям. Потом на стол легла сигара. Дювье покрутил ее в пальцах, словно в раздумьях. Отложил и медленно встал. Подошел к секретеру. Вытащил из него бутылку коньяка. В острых гранях переливался свет и от этого цвет напитка заколдовывал своей красотой. Филипп взмахнул бокалом. Грегори покачал головой. Тогда безопасник со стуком поставил бутылку обратно и вернулся в кресло, а потом как-то медленно произнёс:
— Началось все с тебя. Не с Элис, как ты предполагал. А с тебя и Хлои… Сколько раз тебе предлагали продать земли? Сам знаю, что много, так что не отвечай…
Грегори сглотнул тугой комок и горло засаднило.
— Так вот… потом идея с замужеством, но благо дело девчонка сбежала. Потом тебе снова предложили денег? — Грегори кивнул. — А потом вывели из игры Френка. Подставили тебя… Понимаешь, будь шериф при своей должности, ты бы ни дня не провёл в тюрьме, но надо было, чтобы тебя сломали, а ты, паскудник, не сломался. И теперь, когда как-бы зачинщики взбешены, мы только ждём шага…
Филипп закурил. Тягучий пряный дым кольцами вплетался в воздух и оседал на поверхностях такими маслянистыми кляксами, которые лениво перебирали жгуты плетей и цеплялись то за пресс папье, то за бюст короля.
— Элис ни при чём. Это ты — цель. Ее зацепило просто по касательной, как вариант того, что ты не женишься на дочери градоправителя. И если ты о себе не думаешь, подумай о ней. Ее сожрут, если с тобой что-то случится. А они уже не побрезговали убийством.
— Ну, меня, предположим, так легко убить не выйдет…
— Гри, не будь дураком! — рявкнул Филипп аж привстав с кресла и нависнув над столом. — Пуля из даорита в сердце и все… Ты сыграл в ящик.
— Я все же надеюсь до этого не дойдёт… — нехотя признался Грегори и положил папку на стол, отвлекая внимание Филиппа от себя. — Слишком трусливы, чтобы тронуть меня…
— Уезжай… Увози Элис, продавай поместье и уезжай. Это будет лучшим решением.
Молчание висело в кабине почти гробовое. И Грегори только собрался распрощаться, как Филипп успел сказать:
— Мальчишку надо в столицу забрать. Если я все правильно понял, он сейчас в гуще событий…
— Он не согласится, —Грегори припомнил горящие глаза Льюиса.
— Тогда уж будь добр, предупреди и присмотри, — едко выплюнул Дювье.
Разговор с Филиппом был липким и противным, примерно, как подтаявшие конфеты с пралине, и Грегори не мог отделаться от мысли, что его тоже сдвигают с доски, просто сейчас по-хорошему. Поэтому он и не знал, что делать. Что сказать Элис, и лишь сидел, наблюдал за своей обескураженной ведьмой. Понимал, что зверски устал и очень хочет ее обнять. Уткнуться носом в тонкую шею, сдавить Алисию в объятиях и хотя бы немного перестать думать и переживать. Поэтому ее слова выбили и так шаткую почву из-под ног Грегори:
 
— Ванесса приезжала…
  
Глава 9
 
Глаза Элис светились ровным зелёным цветом, без осколков тьмы. Грегори вглядывался в миловидное нежное личико своей чародейки и лихорадочно соображал — что надо сейчас сказать и как поступить. Бренди сделало своё дело на голодный желудок и размыло очертания реальности. Ну, как размыло? Просто притупило интуицию.
— Ты … Элис, прости меня… Этого не должно было случиться, — на подлокотнике лежала книга с заклятиями. Тонкая, в мягком переплете. И Алисия забрала ее на колени, чтобы занять руки. Она поглаживала форзац и слегка цепляла его уголок ногтями, но молчала.
Вот это молчание было хуже крика. Когда Элис кричала, она была живой и настоящей. А сейчас она делала вид, что ей все безразлично.
— Я не хотел, чтобы вы встречались. Я не думал, что это знакомство для тебя было бы приятным… — продолжал Грегори. Наверно бренди недостаточно старался, потому что шестое чувство вопило и било в колокола, что сейчас что-то случится. Ах, да… аромат сочной зелени так сильно щекотал нос, что захотелось расчихаться.
— Именно, Грегори, ты не думал… — ее голос был мягким, условно дружелюбным. — Или наоборот, слишком много думал «что для меня лучше?», вместо того, чтобы просто спросить…
Это фиаско.
Грегори прикрыл глаза и откинул голову на спинку кресла.
— Ты догоняешь меня, забираешь из отцовского дома, но при этом тебе абсолютно наплевать чего хочу я… — голос звенел. Грегори чувствовал его вибрации всем телом, словно колдовство решило показать, что оно сильно.
Стенли понимал, что сейчас любое его оправдание, объяснение сойдёт просто за капитуляцию. К своему возрасту он понял, что если женщина настроена поругаться, она сделает все возможное, но испортит настроение всем. Себе — в первую очередь. Тут можно было бы сказать, что Грегори ощущал себя в ловушке, то есть почти беспомощным, поэтому спросил:
— Чего ты хочешь? — он был настолько спокоен, а между строк читайте — устал, что его голос тихо и мягко прозвучал в стенах библиотеки. Элис растерялась. Облизала губы. Заправила за ушко кудрявую прядь и примолкла. Даже аромат летней травы потерялся среди книжной пыли и чернил.
— Многого… — неуверенно ответила его ведьма и Грегори мысленно ухмыльнулся. — Начнём с правды.
— А давай начнём? — воодушевился Стенли, даже позу поменял: наклонился, оперся локтями в колени и сцепил пальцы в замок. — Вопрос от тебя, потом от меня. Кто соврёт — выпивает бренди!
Глаза Элис полыхнули. Такой расклад ее не устраивал однозначно, потому что она теряла ориентиры от обычного десертного вина, а тут — крепкий алкоголь. Но, видимо, договорившись со своими тараканами в голове, она кивнула.
— Что случилось с твоей любовницей? — она намеренно сделала упор именно на это обозначение статуса покойной. И Грегори это заметил. Поморщился. Но все же ответил.
— Она не была ей. И прибыла в поместье только чтобы свести меня с ума. Зачем? Ещё не знаю… Но после твоего отъезда она занервничала и сбежала. А может после того, как я получил откат от приворота. В любом случае, бежала она недолго. Убийство в подворотне…
У Элис на глаза набежали слёзы. Она прикрыла рот ладонью и сдерживалась, чтобы не разреветься, поэтому Грегори одним пальцем придвинул к ней бокал с алкоголем. Просто так. В качестве успокоительного. Алисия отпила, а потом сразу же отхлебнула чая.
— Зачем приезжала Ванесса?
— Поговорить…
— Поговорили? — неуверенный кивок головой. — Вопросы ко мне остались?
Остались. Это видно по тому, как покраснели щеки Элис. Она хотела спросить — что ей ждать в дальнейшем, но боялась, ведь не уверенна в его чувствах, и поэтому нехотя качнула головой.