Покорители неба (СИ)
Джет скривилась, напряженно думая о чем-то. Вены на ее могучей шее вздулись. Даби взвела курок пистолета, целясь в верзилу. Каждая секунда бездействия делала обстановку еще напряженнее. Доран вдохнул и выдохнул. У него всегда были крепкие нервы и хороший уровень терпения, но не сейчас…
За спиной Дорана раздалось шуршание и возня. Он обернулся. Люди спокойно, но оперативно покидали помещение, бросив все свои дела. Неподвижным в комнате остался только человек в кресле. Он все еще лежал с белой тканью на лице, драгоценные камни на его резных протезах поблескивали на неоновом освещении. Но его рука была небрежно поднята, словно давая приказ.
Доран понял, кто тут главный.
DR-1-COS-V1-08-029
Глава 28. Джикэй. Часть 4
Женщина-стрекоза изящными пальцами коснулась ткани и убрала ее с лица мужчины, что покоился в кресле у окна.
Помещение к этому времени успело опустеть. Даже тела, все еще валяющиеся в эйфории аффи, оттащили наружу. Женщина-стрекоза сложила полотенце к остальным, спокойно покинула их и заперла дверь. Остались только “Хараначчи”, мускулистая Джет, Бой в балаклаве, да верзила с Даби, целящиеся друг в друга пистолетами. И все из-за небольшого синего кейса со “стразами”.
Человек неспешно присел в кресле. Даже с костлявым телосложением, он выглядел пока что лучше всех, кого Доран видел в Джикэе. Дорогая шелковая рубашка винного цвета обтягивала широкие плечи и неестественно тонкую талию. Густые кучерявые волосы собраны на затылке в короткий хвостик, придающий ему несерьезности. А спереди челка волос полностью закрывала лоб и глаза, оставляя видимыми только острые скулы, точеный нос и большой рот. Он носил свободные шорты до колен, поэтому непонятно было, насколько кибертезировано его тело.
Возможно не только ноги, но и туловище заменены протезами, покрытыми резными узорами и драгоценными камнями. — Нечего и думать, Тиз. Вонючее дело, — отмахнулась Джет. — Они за стразами со Спящей Дайки.
Губы Тиза растянулись в самодовольной улыбке. Всё его зубы были золотые, как и его протезы.
— “Хараначчи”, значит? — протянул он расслабленно.
— Так точно, — сказала Мичира. — Вы тут главный? С кем имеем дело?
— Не твое собачье дело.
Тиз неуклюже переставил длинные точеные протезы на пол — сначалу одну, потом другую — и встал с кресла. Доран сразу подметил про себя его сутулые плечи и практически стертые костяшки кулаков. Признаки рукопашного бойца.
По сравнению с остальным телом, ноги Тиза были непропорционально длинными, из-за чего Тиз выглядел как кукла, которой приделали части другой игрушки.
— Нам нужен груз, — продолжала Мичира. Доран удивленно покосился на нее. Такое ощущение, что она нарочно их нервирует.
— А мне нужно пойло и крепкий мико под пограничный трек гранж-панка, — отозвался Тиз, светя золотыми зубами.
Он покачивался, двигался медленно, словно плывя по пространству. Доран отступил, дав ему приблизиться к Мичире.
Могло показаться, что ему неудобно пользоваться протезами. Но отчего-то Доран был уверен — это лишь уловка. На самом деле Тиз контролировал каждую клеточку своего тела, считая протезы, а также он успел изучить "Хараначчи" за эти пару минут. Была в Тизе алертность хищника, которая иногда чувствовалась и в Даби. Это люди, которые привыкли молча оценивать все вокруг себя.
— Проклятие, — выругался вдруг Ситим на линии.
Все “Хараначчи” непонимающе наклонили головы, не выдавая своего беспокойства.
— Я наконец-то пробил их. “Сиэгэн”. Их фирменный лого — росомаха. На данный момент заправляют большинством нелегальных техногруппировок в Джикэе.
"Техногруппировки?" — Доран не знал точного значения этого термина, но догадаться было несложно.
— Пришли к власти совсем недавно. Черт, Даби, не повезло нарваться на них именно сейчас…
— Неужели дела в Пончике так плохи, что вы сунулись сюда, в само логово Зла и отсталости? — насмешливо протянул Тиз, склонившись к Мичире.
— Джикэй был промежуточной точкой для груза, — отвечала та. — Не более.
Она была полностью расслаблена, ни один мускул не дрогнет, ни дрожи в голосе. Лишь сами "Хараначчи" знали, что она перебирает пальцами не от скуки. Одно нажатие — и Мичира обнажит острые клинки.
— Мы с гордостью считаем себя разными. Джикэй и Пончик. Верхняя станция и Нижняя. Но знаете, в чем я полностью согласен с ними?
Тиз обращался к своим сподвижникам, которые сейчас недовольно хмурились и в нетерпении разминали мышцы.
— Для верхних, такие понятия, как “любовь” и “дружба”, давно устарели и считаются неактуальными. И больше никто ими не пользуется. Потому что такие чувства не существуют в чистом виде. Даже между ребенком и матерью. Чтобы вызывать “дружбу” и “любовь”, — при последних словах Тиз пренебрежительно усмехнулся, — древним обществам приходилось использовать рекламные сказки и религию.
Дорану невольно вспомнилась инсталляция в Далан-Кине с космонавтом и женщиной в белом пышном платье. Как они поженились, жили годами в какой-то понятной только им гонке, потом согнулись в старости и сгнили в земле. Ради чего они это сделали? Неужели можно заставить рационального человека сделать подобное ради “любви”? Да, методы массового убеждения в древних цивилизациях были сильны.
— Теперь поведение стада можно контролировать другими методами, забыв лживых уловках и поэзии. Аффи, наука, космос, миф об идеальном человеке будущего… А все то положительное, что испытывают люди друг к другу, заменили на "эмоциональную привязанность". В этом я разделяю взгляды верхних. Нет смысла в пустых клятвах и обещаниях. Для меня ценность в другом. Попробуете догадаться? — Тиз сверкал золотыми зубами и склонился к Мичире в ожидании ответа.
“Здоровье? Репутация? Самоутверждение?” — мелькнуло у Дорана.
— Мы взломали вашего подрывника, — заговорила Даби, не спуская глаз с верзилы.
Так вот почему Ситим внезапно вышел из беседы, когда они были в фуд-корте! Да, диспетчер там совсем не отдыхает… Даби продолжила:
— Несколько стеков распакованы, флешки могут рвануть в любой момент. Вы устроили тут лекцию об эмоциях не из любезности. Вы боитесь за свою жизнь.
Тиз перевел взгляд с Мичиры на координатора, только сейчас ее заметил.
— Сам главарь “Сиэгэна”, — продолжал Ситим на линии, — личность таинственная и особо не светится. Но он и его приближенные, как вы можете видеть, это совершенные киборги с дорогущими протезами. Конечно же, под обшивкой у них далеко не отвертки да пилки.
Доран заметил, что одна рука у Тиза за поясом. Видимо, держится за оружие.
— Неудивительно, — протянул Тиз, ни капельки не смутившись, и кивнул Джет. — Вы, бестолочи, тратите деньги на выпивку и эйфо-салоны, вместо того, чтобы поставить сносный антивирус, не так ли?
Бой сделал вид, что разглядывает потолок, а вот Джет буквально вспыхнула.
— Эй, это был наглый набег! Закинули ратника и стянули точки флешек!
— Вы не смогли защититься от стандартного ратника?
— Не такой уж и стандартный! Эти выродки из Пончика!
Тут Доран не выдержал.
— Мы из Юхэ, а не из Пончика! Что, трудно запомнить три буквы?
“Хараначчи” медленно повернули к нему головы. Ханай и Мичира были шокированы, а Даби приподняла бровь, словно говорила: “Серьезно?”
— Кхэ-кхэм… — Ситим деликатно откашлялся. — Не советую доводить дело до личной беседы с любым из них. Послужной список у “Сиэгэна” залит кровью.
Голос Тиза все еще был насмешливым, но уже проступали стальные нотки.
— Вы не у себя дома. Вы на нашей территории. Уважайте законы Джикэя, — подчеркнуто произнес он, достаточно ясно проводя линию между ними и “Хараначчи”.
— У нас нет никаких препирательств с местными, — говорила Мичира. — Мы всего лишь посыльные. Курьеры.
— Не стройте из себя монашек. Кому как не вам знать, как впиваться зубами в костлявую добычу и не отпускать, даже под градом охотничьих стрел? Когда зверь голоден, он будет идти по запаху крови.