Покорители неба (СИ)
— Сдавать вещи нам не надо? — спросил Доран.
Эргис уставился на него, как на дурачка.
— Ты чего? Мы же в Джикэе!
“Хараначчи” просто пошли вперед. Что удивило Дорана больше всего, так это то, что почти у всех были вингпеки. Не лучшего качества, конечно, больше похожи на реактивные ранцы. Даже маленькие дети носили глайдерские комбинезоны и мини-вингпеки. Судя по кислородным маскам у каждого на шее, для них полеты, как обычные прогулки. Просто берешь и вылетаешь из башни когда захочешь.
Ребята шли, не снимая шлемов и ловя на себе самые разные взгляды. От удивленных и ехидных, до почти ненавидящих.
— Они такие высокие! — шептались люди.
— Ну, и генетика. Явно верхние?
— Хочу такое же лицо!
— Чего они приперлись, куклы уродливые?
Даби невозмутимо шла впереди. При любом нападении, она могла использовать свой биопротез руки. Доран тоже чувствовал себя увереннее, учитывая пистолеты у него за спиной. Хотя, в отличии от Даби, ему понадобится разрешение. Эх, эти капризы бюро-машины…
Раздался истеричный визг, началась суматоха. Карлик бежал по холлу, прижимая к себе явно чужой вингпек пурпурной расцветки. Дамочка с размалеванным лицом и ядовито-розовыми волосами орала на весь холл.
— Ловите его, сукины дети! Грабеж!
Карлик взлетел на своем реактивном ранце и направился прямо в сторону “Хараначчи”. Даби подала знак посторониться и спокойно пропустила его. Доран неуверенно заговорил:
— Может, нам стоит…
— Нет, — отрезала она.
Когда вор почти достиг выхода, огромная металлическая клешня схватила его в воздухе. Он испуганно заверещал, но сумку не отпустил. Киборг-великан, обладатель клешни, кровожадно ухмыльнулся и начал сдавливать его пополам. Карлик забулькал синей жидкостью и задергался. Засверкали искры, синтетическая кожа стягивалась и рвалась, обнажая металлическое нутро.
Только Доран в ужасе смотрел на это. Остальные либо проходили мимо, либо с азартом улюлюкали, но в основном снимали на видео. Карлик вздрогнул в последний раз и сдулся, как шарик.
Женщина уже семенила к ним, яростно проклиная всех и вся. Но киборг-великан не собирался отдавать пурпурный вингпек. Они принялись торговаться, посыпая друг друга матом. Доран пялился на это, как на необычное развлечение. В Юхэ, да и в других жилых станциях такого точно не увидишь.
“Хараначчи” двинулись дальше.
Покинув холл, ребята вошли в грязный лифт. Кабинку заполнили до краев, несмотря на явное превышение веса. Затем, скрипя и дергаясь, лифт поехал вниз. Доран оказался зажат в угол, без возможности двигаться. Вот теперь ему уже не до веселья. Лифт мог не выдержать и сорваться, или еще хуже — они могли здесь застрять на часы… В надежде Доран глянул на панель уровней — почти 90 этажей!
На каждом уровне двери открывались, и люди буквально вываливались наружу. Но тут же заходило еще, сдавливая пассажиров к стенкам. Доран старался дышать и думать о хорошем.
В динамиках шлема он услышал голос Даби:
— У вас час, — и с нажимом она добавила. — Не опаздывать.
При этом координатор сверкнула глазами и посмотрела на виноватых Ханая и Эргиса. На 83-м этаже двери в очередной раз раздвинулись. За ними показался стеклянный коридор, ведущий в соседнюю башню. За стеклом летали глайдеры, а огромная безголовая статуя бросала на них тень. Даби единственная вышла из кабинки, протиснувшись сквозь недовольных людей.
— В прошлый раз мы зависли в аффи-руме и опоздали почти на полчаса, — рассказал Ханай и вздохнул. — Пришлось сделать 50 отжиманий…
Доран понимающе закивал и мог представить, как у них потом болели руки и плечи.
— Ну, куда хотите сходить? — с предвкушением спросил Эргис. — Мичира, ты сейчас куда?
Девушка наклонила голову, задумавшись.
— На 61-й. Нужно проверить кое-что. И да, Кирай, — Мичира поймала взгляд Дорана, — что бы ни случилось, помни, что ты сам за себя отвечаешь.
— Так я и не забывал, — отвечал ей тот.
На 61-м этаже двери открылись.
— Не прибей кого-нибудь случайно, — пожелал Ханай, то ли в шутку, то ли всерьез.
— Постараюсь.
Мичира покинула их, выйдя на уровне с техмастерскими — там царили грохот и лязг металла, крики и ругань, завывание ремонтного оборудования с мерным постукиванием. Мичира уверенно направилась в сторону комплекса с тарахтящими моторами.
Доран всегда считал инженерку самой отзывчивой и дружелюбной из “Хараначчи”, но недавно узнал, что она полтора года была солдатом Внешней Защиты. А он как никто знал, что туда берут только людей с определенным уровнем агрессии. Да и во время нападения Удильщиков Мичира вела себя решительно и яростно. Теперь Доран и не знал, что думать.
— Она может кого-то случайно избить?
Ханай хмыкнул.
— Ты быстро поймешь, почему.
С каждым пройденным этажом людей становилось все меньше. Доран выдохнул с облегчением. Они потихоньку ползли вниз. Эргис наклонился к Ханаю и что-то шепнул ему. Ханай прыснул от смеха и хлопнул Дорана по спине.
— Отведем тебя кое-куда, — сказал он.
Доран был рад, что хотя бы одну станцию он сможет полноценно посетить и осмотреть. Самостоятельно, без проводников и запретов. Даже если это Джикэй. Хоть какое-то разнообразие.
Парни вывели его на 17-м этаже. Ему в глаза тут же ударили ядовито-пурпурные лучи прожектора. В полумраке лилась тягучая гипнотическая музыка, по полу ползли клубы дыма. Это был этаж, наполненными мерцающими дисплеями и неоном. На экранах сменялись кадры с обнаженными людьми. Разнообразие форм, цветов и декораций — мужчины, женщины, даже животные, дети и пожилые.
— Ясно, — протянул Доран. — Как там Ситим сказал, эйфо-салоны?
— Ага. И лучше шлемы не снимать, — предупредил Ханай. — В воздухе могут быть токсины.
Они прошли дальше. Из освещения, зеркального потолка и тумана казалось, что уровень бесконечный. Из динамиков доносились стоны, смех, глубокие низкие голоса, что завораживали или отдавали приказы, вздохи и визги. Эти звуки были неестественные, созданные симуляторами. Помимо лабиринта из мониторов, здесь так же были стойки, где продавались не только напитки, но и психостимуляторы и вещества. А в глубине уровня, скрытые за туманом, располагались кабинки с номерами. У некоторых была очередь. Над каждой кабинкой висел небольшой дисплей, на котором проигрывался ролик определенного содержания, а также код и цена.
Самая большая очередь столпилась у кабинке, где ребенок в маске с кроличьими шутками просил почитать сказку перед сном. Голос у него был до омерзения неестественный и слащавый.
— Это ведь просто видео, верно? — угрюмо спросил Доран, требуя скорее подтверждения, чем правды.
— Когда как. Насколько я понял, если первая цифра в коде 1, то это живой человек. Если 0 — симуляция. Причем вторые гораздо популярнее.
У ребенка-кролика код был 08874666. Доран почувствовал облегчение от этого.
— Подобное вообще законно?
— Это Джикэй, — отвечали ему, словно это все объясняло.
— И вы сюда ходите? — недовольно пробурчал Доран.
— Нет, но ты должен знать, что подобное существует в Джикэе, — сказал Ханай. — Посмотри, как много тут людей. И до какого дна они опускаются.
Посетители эйфо-салона были такими же разнообразными по возрасту и внешности, как и предложения на экране. Большинство все же люди зрелого возраста. Дорану стало не по себе при виде них. У этих людей было бессмысленное выражение лиц, как у животных под успокоительными. Они просто брели на голоса. Лишь изредка в пустых глазах появлялись искорки, которые будто давали сигнал мозгу двигаться вперед, а лицо искажалось от глупого оскала. Они выглядели жалкими.
Мимо них прошла группа из женщин лет 35–40, кидая в парней веселые взгляды. Они покачивались на высоких каблуках и смеялись.
— Красавчики, вышли подышать?
— Скажи мне свой код, сладенький, и мамуля о тебе позаботиться.
— Ты высокий! У тебя все большое?
— Тихо, дамы, — их встретил человек, не похожий ни на женщину, ни на мужчину. Скорее смесь и того и другого. Глаза с длинными ресницами полуприкрыты, на пальцах поблескивают перстни, ногти также покрыты золотым лаком. Одежды почти нет, вместо этого цветные татуировки неприличного содержания.