Покорители неба (СИ)

Аффи оборвалось до того, как Дорана стошнило от омерзения.
Появился другой образ. Женщина стоит у стойки и заказывает себе кофе. Она хороша собой — пышные блестящие локоны, красная помада на чувственных губах, дорогие серьги с крупными драгоценным камнями. Глаза обрамлены длинными ресницами, делая её взгляд очаровательным. В руке у неё поводок, на поводке кукла с приклеенной к голове фотографией чьего-то лица. Получив бумажный стакан, женщина тащит куклу к свободному столику. Устраивает её на стуле и садится напротив. Она много говорит, фальшиво смеется, нервно дёргает свои локоны. Кукла не отвечает. Только за витриной сверкают молнии.
Тут в глазах женщины отражается дикое бешенство, она хватает куклу и начинает её избивать, требуя ответа. Потом рыдает и рвет себе волосы. Её лицо растекается, глаза и губы превращаются в размазанные пятна краски. Остаётся только плоский овал с торчащими редкими волосками и жалобно искривленным отверстием вместо рта.
Кафе растворяется, сменятся на площадь с людьми. Это мужчины в идентичных темно-синих официальных костюмах, одного роста и с одинаковыми лицами. Они все двойники. Люди идут, обеспокоенные чем-то, в разных направлениях, не замечая друг друга и каждый занятый собственными мыслями.
Один из них вдруг хватает другого и швыряет наземь. Бедняга пытается встать, но обидчик давит на него носком ботинка. Бедняга так и остается на земле. Мужчина продолжает хватать людей из толпы и опускать их ниже себя, пока все люди в площади не сидят перед ним на коленях, понурив головы. Мужчина горделиво выпячивает грудь, довольный своей работой.
Потом оборачивается и видит еще одного мужчину, у которого такие же лицо и одежда. Он вцепляется первому в пиджак и силой опускает на колени. И так до бесконечности. Стоит только одному возвыситься над толпой, как появляется другой, его точный двойник, и решает занять его место. Хотя со стороны эта борьба казалась бессмысленной, ведь все они были одинаковы.
Площадь накрывает ливень, а люди все сменяются, кто-то правит, кто-то пресмыкается. Ведь зачем прекращать борьбу из-за непогоды? Дождь скоро пройдет.
Но они ошибались.
Дождь не прошёл, а только усилился.
Земля необратимо менялась. Ось сместилась, меняя климат и магнитные поля. Континенты набухали и разламывались на части, как в мясном бульоне. Плавающие куски сталкивались друг с другом, ломаясь на еще более мелкие куски, либо налезая друг на друга, сливаясь и меняя рельеф. Удивительный процесс, где планета подобно дремлющему великану завывала, отряхивалась и вставала на дыбы.
А люди могли только отчаявшимся стадом перепрыгивать с одного тонущего куска суши на другой.
Когда первые волны перемен прошлись по материкам, люди восприняли это как хороший способ отвлечься от надоевшей рутины комфорта. Угроза росла, а они самодовольно хохотали, вытаскивая из-за пазухи диковинные устройства и размахивая планом. Потом проклинали, всё и всех. Затем молили о прощении у павшего идола, у неба или мертвого животного, вслепую надеясь, что великан уснёт, и снова наступит покой.
Покой наступил.
Но не для людей.
Цивилизация рухнула. Сохранились записи людей из той эпохи, Эпохи катаклизмов, и во всех них повторялись три слова — огонь, смерть и шум. Да, шум стоял такой невыносимый и жуткий, что проникал под кожу и добирался до самого сердца, до самой души. И когда всё утихло, у людей больше не было души.
Они были не больше, чем мешки, набитые мясом и костями, хоть как-то сохранившие разум и способность передвигаться. Они выходили из норок, из пещер и насыпей. Испуганно озирались и принюхивались, ничем не отличаясь от зайцев или ворон, от жуков или рысей. Гордость человечества пала. Теперь люди не более чем один из выживших биологических видов после эпохи катаклизмов.
Никаких привилегий и почестей.
Начинай сначала, человек.
Начни с себя.
***
Аффи закончился. Доран откинул шлем и потёр переносицу. Он не был готов к этому. Обычно видеолекции бывают более легкими для восприятия, чтобы быстрее усвоить информацию. Но аффи Далан-Кина отличались. Слишком масштабные и в некотором роде поучающие.
 
Хотя Доран итак знал про всё это.
В первые пять лет жизни жителей Юхэ приобщают к естественным наукам и дают представление об окружающей среде через изучение основ физики и биологии. Кроме этого даются уроки по жизненно важным предметам, такие как общественные правила, личная гигиена, техника безопасности, оказание первой медицинской помощи и другое.
Во вторые пять лет, детям начинают преподавать историю. Доран не особо интересовался этим предметом. Но он хорошо запомнил портрет человека из двадцать первого века.
Безграмотный потребитель с низким уровнем социальной и экологической ответственности. Токсичное поколение, взращенное среди помойных континентов. Их не нужно ненавидеть, говорили преподаватели истории. Ведь в то время было низкий уровень образования и медицины. Но правда есть правда: именно из-за людей 21 века наступил экологический кризис.
В отличие от расслабляющего аффи, эффект от видеолекции был другой. Кончики пальцев покалывали, пульс участился, а голова болела в двух точках — затылке и макушке.
— Так, теперь я понял для чего это, — Доран почти невидящими глазами нащупал подлокотник кресла, откинул крышку и выудил пилюлю.
— А вы сообразительный, — не упустил случая дрон.
— Не ехидничай, — Доран проглотил пилюлю. Он откинул голову назад и медленно дышал, делая глубокие вдохи.
Ему заметно полегчало.
— Сколько прошло времени?
— Десять минут.
— И всё?!
Дрон не ответил. Они — дежурные роботы — не любили тратить заряд на повторение или объяснение очевидных вещей.
— Что не так с этими видеолекциями? Почему у меня так болит голова?
— Соединить формат обучения и ощущений не так просто. У некоторых особо восприимчивых индивидов могут быть побочные эффекты после просмотра одной из таких лекций.
— Может, надо было предупредить?
— А вы бы передумали?
— Да чтоб тебя… — ругнулся было Доран, но вовремя опомнился.
Не хватало ему еще беседы с нейропевтом на тему адекватного восприятия роботов.
— Интересная была лекция?
— Да не особо. О наших предках и о том, как они довели нашу планету до состояния выжженного шара в космосе.
— Надеюсь, это было образное выражение. Ущерб от Эпохи катаклизмов принято преувеличивать.
— Кто бы говорил! Даже твои предки не смогли предсказать начало Эпохи. Возможно, люди тоже неправильно оценивали свои возможности, — сказал Доран. И насмешливо добавил. — Учитывая какие у них были тогда вычислительные машины.
— Неудивительно. Моими предками были ноутбуки.
Доран рассмеялся.
— И все же грустно, что они не смогли ничего предотвратить… А нам приходится за это отвечать, — Доран выпрямился. К его удивлению, протезы были в полном порядке.
— Одна из основных задач научных станций, — сообщал дрон, — это курировать терраформирование планеты.
— Полезное дело. Но знаешь что?
Дрон заинтересованно мигнул индикатором. Доран включил двигатель, вингпек за спиной приятно загудел.
— Я рад, что родился именно сейчас, когда человечество освоило небо! — Доран чуть воспарил над полом. — И что я могу свободно летать. В отличие от бедных поколений прошлого.
— Отрадно это слышать.
Доран потихоньку пролетел над сидениями и поравнялся с дроном. Вингпек покорно его слушался, и даже протез не болел.
— Кирай-Доран, — вдруг донеслось из динамиков зала.
Парень удивленно застыл, услышав свое имя. К тому же, говорил не механический голос системы. А живой человек.
— Администрация станции Далан-Кин просит вас подойти ко входу двадцать два.
DR-1-COS-V1-05-015
  
Глава 16. Земля предков. Часть 1
 
— Кирай-Доран. Администрация станции Далан-Кин просит вас подойти ко входу двадцать два.