Отягчающее обстоятельство (СИ)

Да и кто бы на его месте согласился помочь нынешнему мужу своей бывшей жены? Это было бы слишком благородно, а Дэн никогда не отличался этим качеством. Но всё же, чем чёрт не шутит?
Женщина решилась позвонить бывшему зятю, тот оставил ей свои координаты:
— Слушаю, Татьяна Михайловна. Что-то случилось?
— Да, случилось, но это не телефонный разговор.
— Хорошо, тогда подъезжайте ко мне в офис, поговорим с глазу на глаз.
Разговор продолжился уже в кабинете. Татьяна Михайловна не стала ничего придумывать и ходить вокруг да около, а рассказала всё, как есть:
— В твоих руках человеческая жизнь, Денис. Не знаю, может я и зря к тебе обратилась, но у меня просто нет выбора. Люба ничего не знает и открутит мне за это голову, но я всё же предпочла рискнуть, даже зная, что ты можешь отказать. Пожалуйста, помоги, век буду за тебя молиться.
Прежде чем ответить, Дэн долго молчал. Татьяна Михайловна терпеливо ждала, с надеждой глядя на бывшего зятя. Тот наконец собрался с мыслями и сказал, взвешивая каждое слово:
— Значит говорите, больше не к кому обратиться? Я конечно могу дать нужную сумму, для меня она не столь значительна. Но возникает вопрос, а Люба и её муж примут мою помощь?
— Уверена, что примут, куда они денутся? Так ты поможешь или нет?
— Помогу, но не за просто так.
— И почему я этому не удивляюсь? Назови свои условия.
— Хочу официального признания своего отцовства.
— Зачем тебе это, Денис? Люба всё равно к тебе не вернётся, она Гену любит, понимаешь ты это или нет?
— Пусть любит кого хочет, я не против, мне нужен сын. Именно он после моей смерти должен унаследовать всё моё имущество.
— А ты что это о смерти вдруг заговорил, никак умирать собрался?
— Нет, ни о чём таком я не думаю, но все мы под Богом ходим. Ваш Гена тоже был уверен, что здоров, как бык, не так ли? А оказался колоссом на глиняных ногах. Так что, уважаемая Татьяна Михайловна, я помогу, но только на своих условиях
— Вначале мне надо поговорить с дочерью. Это ведь не шутки? То отказываешься, то готов признать отцовство.
— А я и не собираюсь шутить. Сделаем ДНК-тест, чтобы комар носа не подточил.
— Значит всё-таки сомневаешься?
— Ничуть не сомневаюсь, просто так надо, чтобы потом проблем не возникло. Поговорите с Любой, если она согласна, я сразу же дам нужную сумму.
Татьяна Михайловна в тот же день позвонила дочери. Люба выслушала и, после некоторых раздумий, поняла, что надо соглашаться, пока Денис не передумал. Главным было спасти Геннадия, а остальное всё не важно. Вот только как сказать об этом ему? Вот уж кто точно будет против.
  
Глава 12 Первая ложь…
 
Подумав хорошенько, Люба пришла к выводу, что Геннадий ни за что не согласится принять от Дениса какую бы то ни было помощь. Это было бы слишком унизительно для его гордости и самолюбия.
Нет, нельзя рассказывать о предложении бывшего мужа, а тем более о его условиях. В то же время, Гена должен знать, что у их проблемы есть решение, иначе как потом объяснить откуда взялись такие большие деньги? Не свалились же они просто так, из ниоткуда?
Нужно придумать что-то простое и вместе с тем правдивое. Но как подобрать правильные слова и усыпить бдительность мужа? Впервые в жизни Люба собиралась его обмануть и это очень сильно её угнетало.
С другой стороны, если это ложь во спасение, то почему бы к ней не прибегнуть? Нельзя больше медлить ни минуты и тратить драгоценное время, оно и без того слишком упущено. Найдя себе оправдание, Люба приступила к трудному разговору:
— Геночка, я сегодня звонила маме и долго разговаривала с ней и Владленом Аристарховичем.
— Вы что, снова обсуждали мою болезнь?
— Да, но не только это. Мне нужен был совет насчёт продажи моей квартиры.
— Любимая, давай не будем начинать всё сначала. Мы же уже всё обсудили? Скажи, зачем, имея двоих детей, продавать жильё, если всё равно никто не даст за него нужную цену?
— Они мне тоже об этом сказали. Но знаешь, Владлен Аристархович заявил, что может легко достать эти деньги.
 
— Откуда у обычного пенсионера такие бабки? Он что, решил в старика разбойника поиграть, банк ограбить или картинную галерею?
— Не думаю, что он вообще на это способен.
— Тогда, как можно объяснить его заявление?
— Точно не знаю, сказал, что всё расскажет при встрече. В общем, нам с тобой нужно к ним съездить.
— Так бы сразу и сказала, что соскучилась и хочешь увидеть маму.
— От тебя ничего не скроешь, я и правда успела соскучиться.
— Тогда в чём же дело, душа моя? Попроси на работе отгулы или напиши за свой счёт и поезжай. Может хоть немного развеешься?
— А ты разве со мной не поедешь?
— Я с детьми останусь дома.
— Ну, нет, тебе будет тяжело с двумя сразу. Возьму с собой сына или дочь.
— Тогда бери Севу, он без тебя не может, Василиска в этом плане поспокойнее.
Люба испытывала двоякое чувство, одновременно стыд и ликование оттого, что удалось быстро добиться нужного результата. Уже на следующий день они с сыном отправились в аэропорт, откуда вылетели первым же рейсом.
На прощание Геннадий сказал жене одну фразу, от которой Любе стало не по себе:
— Постарайся не пересекаться со своим бывшим, прошу тебя. Не ходи одна по городу и Севку не оставляй без присмотра. Кто знает, что у этого упыря на уме?
— Я еду всего на пару дней, не думаю, что он вообще узнает о нашем приезде. Не переживай, мы с Севочкой даже из дома не будем выходить.
— Вот и хорошо, безопасность превыше всего.
— А ты чего это вдруг о Денисе вспомнил? Сам же говорил, что у него кишка тонка предпринять что-то против нас?
— Говорил, не спорю, но всё же, будь осторожна.
— Может ты мне не доверяешь?
— Что за глупости? Конечно доверяю, а как иначе, ты же моя жена? Семья без доверия — это не семья, а только видимость одна. А вот ему я не доверяю. Мало ли что у него в голове?
— Тогда может вместе поедем? Чтобы ни о чём таком не думалось?
— С удовольствием бы поехал, но это лишние расходы, а у нас сейчас каждая копейка на счету.
— Знаю, надеюсь, что еду не зря и Владлен Аристархович правда сможет помочь и найдёт деньги на операцию.
— Не думаю, что муж твоей матери точно понял, какая именно сумма нам нужна. В любом случае, поезжай. Ты в последнее время сама не своя.
— Пока, любимый.
— Приглядывай за Севкой, глаз с него не спускай.
— А ты заботься о себе и Василисе.
— Всенепременно, только возвращайтесь поскорее.
Люба чувствовала угрызения совести оттого, что вынуждена обманывать мужа, но у неё не было выбора. По приезду она посвятила мать и Владлена Аристарховича в то, что задумала.
— Прежде чем ехать на встречу с Денисом, необходимо придумать, как убедить Гену, что деньги на операцию дали вы. Говорить нужно одно и тоже, чтобы не запутаться.
— Зачем что-то придумывать, Любаша? Почему бы не рассказать так, как есть? — вопрошала Татьяна Михайловна.
— Потому что Гена будет против. А тем более, когда узнает, какой ценой мне достались эти деньги.
— Но каково ему будет узнать обо всём после? Думаешь, он простит, что ты действовала за его спиной?
— Мама, не нагнетай, пожалуйста, и без того тошно. Сейчас главное, чтобы Гену поскорей прооперировали. Потом я обо всём ему расскажу, уверена, что он поймёт и простит. Владлен Аристархович, вы же мне поможете?
— Конечно помогу, Любочка. Что нужно сделать?
— Скажем Геннадию, что у вас были ценные бумаги или акции, которые удалось выгодно продать.
— В принципе, звучит правдиво, я вполне мог вложить деньги в ценные бумаги.
— Вот и славно. Мам, надеюсь, ты тоже согласна?
— Не согласна, но куда я денусь с подводной лодки? Дочь, главное, чтобы ты потом не пожалела.
— Я подумаю об этом после, когда ничто не будет угрожать жизни и здоровью моего мужа.
Заручившись поддержкой матери и Владлена Аристарховича, Любовь сразу же позвонила Денису, чтобы договориться о встрече и обсудить все детали предстоящей сделки.