Темный Охотник (СИ)
Впервые в жизни Мия поняла, что такое настоящее целительство. Порванные мышцы и связки срастались под её руками, как по мановению волшебной палочки, а глубокие следы от когтей разгладились и исчезли, как не бывало, стоило лишь поднести окутанную белым свечением ладонь.
Всего через пару минут она закончила.
— Так быстро? — удивился Егор. — Ты говорила, он едва ли не при смерти, а управилась чуть не по щелчку пальцев.
— Знаешь, — девушка повернулась к Егору, — у меня тоже найдётся о чём с ним поговорить.
* * *Сегодня я не проснулся. Ощущение было, будто я воскрес. Тело приятно ныло, а мозг аж щекотало от долгожданного отдыха. Складывалось ощущение, что меня как следует подлатали, пока я спал.
— Хр-р-р, — подал голос Веневитин.
Я взглянул на соседушку. Тот спал в противоестественной позе, зато на груди у него устроилась тёплая мягкая девчуля. Мия. Значит, меня всё-таки подлатали. Сердобольная лекарша кинулась спасать бедного беззащитного меня, как только я вырубился.
Да уж, до своего былого уровня мне ещё расти и расти! Подумать только, меня лечила целительница, пару дней назад упавшая в обморок от лёгкой энергетической подпитки.
Ох, чёрт.
Интересно, увидела ли она что-нибудь интересное для себя? Поняла ли что-нибудь?
Позже узнаем.
Ладно…
Я нашёл рядом с кроватью свои штаны, нащупал телефон и взглянул на время. Ух ты! Уже семь утра! Пора на завтрак собираться, по идее, но…
Кажется, Егор вчера был не слишком рад меня видеть. Пожалуй, лучше свалить по-тихому, пусть влюблённые спокойно проснутся, помилуются, может ещё на один заход сходят, да и оденутся без моего присутствия.
«Белки? Вы как там? Живые?»
«Всё хорошо, хозяин» — отозвалась Диля, но я уловил в голосе эдакую недосказанность. Тут же намекнул, что вижу её насквозь и велел выкладывать, чем они там занимаются.
Как оказалось, белки проснулись раньше меня и решили погулять по базе, разведать лишний раз, где и что.
Разведывали они разведывали, а затем случайно увидели, как на помойке за корпусом-столовой копошатся белки. Другие белки. Обычные. Из тех, что не заканчивали ВУЗы.
Диля к такому отнеслась болезненно и загналась о смысле бытия, а вот Чип мучился теперь морально-этической дилеммой другого толка. А что, если? — думал Чип, привыкший к вниманию девочек-белочек у себя дома. — А нормально ли это вообще будет? Не извращенец ли я?
Н-да…
Технически, из Океана Душ я могу призвать ему хоть целый гарем, но… но я подумаю об этом позже! Начинать новый день с мыслей об интимной жизни белок что-то как-то странновато.
Я встал, тихонько оделся и вышел прочь из комнаты.
Завтрак, — пронеслось в голове, — завтрак, завтрак, завтрак, завтрак… Интересно, в такую рань в столовой найдётся, что пожрать?
— Чернов! — вдруг окликнул меня смутно знакомый голос.
Я обернулся и увидел воина-орла Нецали.
— Не спится? — улыбнулся я.
— Тебя Лагранж к себе вызывает, приказал найти тебя и привести к нему, — воин-орёл чуть поморщился, видимо, не привык исполнять мелкие поручения.
— Ну, вести меня не надо, — на всякий случай предупредил я. — Дорогу найду.
— Ещё бы! — хмыкнул Нецали и, развернувшись, утопал по своим делам.
Вот как? Интересно, зачем я понадобился ему в такую… ах, то-о-о-очно! Твою-то мать! А я и забыл совсем! Вчера на арене! Лагранж был там! Я же ещё выделил его среди зрителей! Пальцы-сардельки, манера курить в две затяжки и жирное брюхо…
Так, ладно. Допустим, начальник базы видел, как его новоприбывший курсант между делом размотал десятикратного чемпиона арены.
В таком случае вопрос: «Почему он меня вызывает?» — больше не стоит. Осталось выяснить, зачем…
⊰──────⊱ ✿ ⊰──────⊱
Друзья, хотим сказать вам большое спасибо, что читаете. Ваши поддержка, доброжелательные комментарии и вопросы, в которых виден искренний интерес к героям и миру вокруг них, очень мотивируют писать дальше!
Мы открываем подписку. Если у кого никакой возможности оплатить нет и не предвидится — пишите в личку Андрею.
Ну а мы со своей стороны будем стараться и дальше радовать вас новыми приключениями Артёма, его белок и других новых знакомых, некоторые из которых, глядишь, даже друзьями станут.
И ещё раз спасибо, что вы с нами! Вы самые лучшие!
Глава 16
Деловое предложение
— Присаживайся, сынок.
Всё тот же прокуренный насквозь кабинет, всё тот же мерзкий жирный Лагранж. Вот только общий вайб кардинально изменился. И слово «сынок» больше не звучит уничижительно. Так-так-так, неужели кто-то решил начать всё заново?
Вот только в каком ключе? Чего Жан-Жак хочет? Договориться о сотрудничестве или протежировать меня с барского плеча? Вещи вроде бы похожие, а разница между ними гигантская.
Насчёт сотрудничества подумаю, а вот ручной зверушкой быть не хочу.
— Доброе утро, — для начала сыграем в дурачка. — Что-то случилось, мсье Жан-Жак?
— Да, Чернов, случилось. Я тут подумал и решил пересмотреть твою просьбу о сдаче экзаменов экстерном.
Что ж, значит будем общаться между строк.
— Ночью думали? — пусть понимает, что я узнал его на арене.
— Ночью, — кивнул Жан-Жак и улыбнулся. — Именно ночью и думал. Ещё разок пересмотрел твоё личное дело, знаешь ли. Дисциплина у тебя, конечно, ни к чёрту, зато есть другие таланты.
— Хм-м-м… А мои таланты случайно не стоили вам слишком дорого?
Жан-Жак замолчал. Интересно, ответит или нет? На меня он ставил или же против меня?
— Очень дорого, — наконец ответил он. — Ты даже не представляешь себе, насколько. Но дело тут не в этих несчастных монетках. Знаешь поговорку про рыбу и удочку?
— Знаю.
— Так вот, минувшей ночью ты отобрал у меня удочку, Чернов. Понимаешь ли… ты случайно не записываешь наш разговор?
Вместо ответа я вытащил телефон, демонстративно включил экран, продемонстрировал отсутствие активных приложений, снова выключил и положил на стол перед начальником.
— Так вот, — продолжил Лагранж. — Пообещай, что разговор останется между нами.
— Обещаю, мсье Жан-Жак.
— Отлично. Тогда для начала задам тебе один вопрос. Ты любишь деньги, Чернов?
— Само собой, — кивнул я. — Так же, как и все.
— И это прекрасно. Я тоже люблю их, прямо-таки обожаю. А Йеллоустоун — это место, где деньги можно делать буквально из воздуха, Чернов. Само собой, при том условии, что ты знаешь как. Я вот, например, знаю.
— Рад за вас. Вот только при чём здесь удочка?
— Не торопись, — Лагранж прикурил сигарету. — Обо всём по порядку. Как начальник базы, я получаю рапорт о каждом разломе, в котором побывали наши егеря. И, скажем так, иногда среди разломов попадаются настоящие жемчужины. Инструкции предписывают нам закрывать их, чтобы предотвратить дальнейшее распространение эпицентра, но иногда это бывает… м-м-м… неразумно.
Ага. Вот так, значит.
— В этих разломах полным-полно ресурсов, Чернов. А некоторые из местных ресурсов так и вовсе уникальны в своём роде, — Жан-Жак неприятно хмыкнул. — Мы здесь можем добывать такое, что другим и не снилось. Этого больше нет нигде, уж поверь…
Ну-у-у…
На самом деле не удивил. Использовать разлом, как кормушку — обычное дело. В любой стране мира, включая Российскую Империю. Да и в моей прошлой жизни это было обычной практикой. За хлебные разломы воюют, их продают, обменивают и передают по наследству. Так что схема проста и никакого изящества я в ней не вижу. Вижу лишь скотство, связанное с тем, что здешние разломы и впрямь имеют свойство расползаться. Опорные пункты егерей — это не коммерческие структуры, их задача сдерживать эпицентр. Это не про бабки. Это про безопасность.
Разумеется, закрывая разлом, глупо оставлять в нём что-то ценное. Как говорится, лута много не бывает. Но сознательно держать открытыми разломы на границе эпицентра. Смахивает на активную жизненную позицию под названием «после нас хоть потоп».