"Солдат удачи".Тетралогия
…В столице империи Махаре вновь собирался Высший Совет. Аристократы, совершив переворот и убив императора, решили не избирать нового правителя, а создали некую палату из представителей высшей знати. В ней большинством голосов назначался Верховный Канцлер, правящий государством в течение пяти лет, после чего таковой мог быть переизбран или оставлен, если у него хватит ума заручиться поддержкой большинства. Первым таким правителем стал герцог Торола. И он первым же своим Указом объявил вне закона всех репликантов бывшей империи. Отныне каждый подданный, будь он аристократ или простолюдин, обязан был при встрече с репликантом убить такового на месте. Кое-кто из самых прозорливых посчитал этот приказ слишком уж предвзятым. Война с Республикой продолжалась по-прежнему, лишних сил ни у армии, ни у флота на охоту за репликантами не имелось. А озлоблять бывших солдат вряд ли стоило. Ведь они, потерявшие всё, могли обрушиться на тылы государства, создать помехи передвижению транспортов и торговле. Да мало ли чего ещё? А если вдруг восстановленные вздумают заняться пиратством? Что тогда? Но герцог не желал видеть и слышать ничего, а тем более, сыграло роль ещё и то, что его родственник был казнён по приказу Грема Беспощадного именно за то, что вознамерился указать этим исчадиям Тьмы их место. Так что здесь играла свою роль и личная месть. Поэтому Указ о преследовании восстановленных был подписан, и за его соблюдением устанавливался самый строгий надзор. Но если бы только Верховный Канцлер знал, что его ждёт, он бы первым примчался на Терру умолять репликантов о сотрудничестве и защите… А между тем тучи над Новой Империей сгущались не просто дождевые, а грозовые…
…Ну, вот и моя очередь заселяться… Он не стал говорить это вслух, стоя у калитки в аккуратном пластиковом заборчике, который окружал небольшой двухэтажный особняк с обширной галереей вокруг второго этажа и верандой по всему периметру первого. Строительный комплекс умудрился не затронуть растущие здесь раньше деревья, не мешающие дому, и тени хватало. Роботы вписали в интерьер усадьбы маленький бассейн, аккуратно выложенный шестигранными плитами литого камня. Само же строение вкусно пахло смолой и лесом, поскольку было деревянным. Убранство дома оказалось довольно скромным: пара диванов в большом холле, несколько стульев, стол и тумба кухонного автомата. Правда, ещё камин. На втором этаже — спальни, детская, кабинет хозяина. И воздух, напоённый ароматами. Александр вышел на балкон, и ему отчего-то захотелось улыбнуться. Здесь родятся его дети. Повезёт — даже внуки… Впрочем, поживём — увидим. На данный момент основная задача для провалившихся в неведомые дали пространства-космоса выполнена — они нашли себе пристанище, где смогут начать новую жизнь. В это время в кармане ожил фон. Недовольно вытащил его наружу, включил. Вспыхнул светящийся куб в воздухе, в котором появилась голова Роммеля:
— Прошу прощения, герр Медведефф… Но у нас неотложный случай. Не могли бы вы прибыть к нам на совещание?..
…Александр был спешно вызван в Ставку репликантов — сообщение, пришедшее из империи от новоиспечённого императора, требовало его непосредственного присутствия.
А после того как он увидел голографии кораблей чужаков, даже хвалёное самообладание изменило парню. Митриты! Ужас Живого Бога! Да, один раз силы вторжения были полностью уничтожены. Но тогда им противостоял объединённый флот Терранского княжества. А что сейчас? Всего один, пусть и сверхмощный дредноут! Ни один из имеющихся в этом Пространстве-Времени боевых кораблей не был способен оказать захватчикам хоть сколько-нибудь достойного сопротивления…
Он отложил папку, поднялся. Оба вождя, Черняховский и Роммель, смотрели на него с надеждой. На мгновение в кабинете воцарилось молчание.
— И?
Не выдержал первым Эрвин. Терранец вздохнул:
— Нам остаётся только умереть. Но умереть — с честью. Сколько у нас времени?
— По беглым прикидкам — около месяца. Столько им нужно, чтобы разделаться с Республикой окончательно и перейти к империи. Имперцы задержат их ещё на меньший срок. Но… Подождите! Что вы такое говорите?! Как — умереть?! — Неожиданно для себя, Александр не выдержал: — Вам нечего им противопоставить?! Их боевая унирема — пятьдесят километров длиной! И это — самый мелкий корабль! А у вас максимальный размер — два, слышите — два километра! Их лучевые орудия превратят вас в газ, прежде чем вы подойдёте к ним на расстояние досягаемости ваших пушек! Посылать вас на убой?! Да мне совесть такого не позволит!
Медведев ударил кулаком по столу и опустил голову. Неожиданно тихо ответил Черняховский:
— А если бить их по частям? Сейчас силы противника распылены по мирам Республики. У вашей «Кали» невероятная скорость и мощь. Плюс, как я понимаю, превосходство в технологии и опыт. Мы готовы предоставить вам десантный наряд и всю возможную с нашей стороны помощь. Да и… Мне кажется, что ваши роботы-универсалы тоже способны на многое.
Парень успокоился так же быстро, как и вспылил:
— Верно. — Пошевелил пальцами, что-то прикидывая в уме. — При полной мощности работы конвертеров мы сможем за месяц построить четыре корабля. Три боевых, класса «Перун». По пятьдесят километров каждый. Это немного, и до супера они, конечно, не дотянут. Но драться с диремами и униремами смогут на равных. Плюс брандеры с антиматерией…
Улыбнулся, довольно потёр руки.
— Ого, друзья! Мы, кажется, сможем неплохо пустить митритам кровь!
Он ухватил заранее принесённую Иллу чашку кофе и сделал большой глоток. Роммель вновь не выдержал:
— А четвёртый корабль?
— Ковчег.
— Что?! — в унисон спросили оба репликанта.
Александр повторил:
— Ковчег. Спасательный корабль. На него нужно погрузить всех, кто остаётся здесь, и вывести в неисследованные секторы. Это наша надежда на будущее возрождение жизни в этом мире.
— И на сколько человек рассчитан такой ковчег?
— Порядка десяти миллионов, если рассчитывать на полностью автономное существование в течение поколения.
— Десять миллионов?! Да у нас столько нет на всей Новой Терре! Зачем?! Не лучше ли построить ещё два-три боевых корабля?
Иван Данилович осёкся — глаза терранца полыхнули бешеным пламенем:
— А вы хотите спасти лишь своих?! Только репликанты и их семьи? Вам плевать на тех, кто сейчас готовится к смерти в Республике и империи?! Будут беженцы! Я вам скажу больше — уверен, уже сейчас Республика срочно эвакуирует детей! Совет обратится к императору Тороле с просьбой принять их и защитить. Мне жаль… — Глухо закончил фразу: — Но они — обречены…
— Тогда не стоит ждать у моря погоды. Нужно начинать работу немедленно.
— Да-да, простите.
Александр вытащил из кармана портативный коммуникатор, включив режим логгера, набрал короткую комбинацию, затем вновь выключил аппарат, сделал новый глоток и недовольно поморщился — кофе совсем застыл.
— Все многофункционалы отозваны для строительства, господа. Начинайте формировать экипажи. По семь тысяч человек на каждый боевой корабль, и четыре тысячи на ковчег. Список специальностей я передам. С завтрашнего дня начинаются их тренировки. Это — первое. Второе — командирами кораблей будут мои офицеры. Благо они имеют непосредственный опыт боёв с этими тварями. Согласны?
Два молчаливых согласных кивка. Полковник поднялся.
— С вашего позволения я возвращаюсь к себе. Нужно провести разведку и, по возможности, пустить этим митритам первую кровь, господа…
…Глава Высшего Совета тупо смотрел на голографическую картинку, изображающую состояние дел на фронтах империи. Сиреневые языки вклинились в алую сферу, изображающую зону, подвластную совету во множестве мест. Пришельцы неожиданно начали целую серию операций, даже не покончив окончательно с сопротивлением Республики. И сил у империи, чтобы парировать эти удары, — не было. Единственный резервный восемьдесят второй флот сейчас двигался к миру восстановленных солдат, названному ими Террой. И кто знает, чем закончится сражение. А если опять разгромом? Лучший адмирал империи пал вместе с силами наказания восставших в первой попытке. Ясно, что в любом случае нападающие понесут огромные потери, даже несмотря на то, что репликанты гарантированно понесли потери в прошлом сражении… И что тогда? Может, пока не поздно, вернуть их? Перебросить для отпора вторгшихся в их мир чужаков? Что делать? Что? Герцог отвернулся к окну своего кабинета. За стеклом расстилался сад, наполненный гуляющими придворными, которых в последнее время стало почему-то в несколько раз больше. Ну, ещё бы — каждый из Верховных пристраивал своих родственников, друзей, знакомых и полузнакомых туда, где было тепло и сытно, ко двору. С ума сойти! И каждый хочет жрать, жрать и ещё раз жрать! Растаскивается казна, разваливается порядок, закон уже не действует: единственная сила — звонок «сверху». На военных заводах беспорядки и восстания. Торола сжал кулаки — сейчас, будучи на месте Грема, он прекрасно понимал покойного императора. И точно так же осознавал, что суровые, беспощадные методы Жестокого — единственная мера, могущая спасти империю от гибели. Безмозглые аристократы не хотят понимать, что в этот раз всё по-другому…