Роковой поцелуй (СИ)

— Что-то случилось.
— Да, мы уже тоже поняли это, — Бекки скинула с себя одеяло.
Я вслед за ней спустила ноги с кровати, как вдруг где-то за окном раздался протяжный рев кого-то из взрослых драконов.
— Святые провидцы, — прошептала Бекки. И мы все бросились одеваться.
  
19.2
 
Натянув на себя первое, что попало под руку, выбежали на улицу и сразу столкнулись с другими ребятами. Рик на ходу натягивал джемпер, Чез застегивал рубашку, а Барни и вовсе выскочил в одних носках.
— Что произошло, знаете? — спросила их Бекки.
— Нет, только услышали зов своих драконов, — ответил Рик.
— А меня никто не звал, — сказал Барни озадаченно. — Не знаю, хорошо это или плохо. Потому что я совсем не чувствую Дымка.
Дымком он звал своего воздушного дракона за пепельный окрас.
— И я тоже своего не чувствую, — с нами поравнялась испуганная Сара, закутанная в плащ, как в гусеница в кокон. — Слышала только больших драконов.
Мимо нас промчался Винсент, ни на секунду не задержавшись, даже когда его попыталась окликнуть Сара.
Со стороны общежитий педсостава тоже уже бежали ректор и другие наставники. К ним по пути присоединялись стражи, которые в эту ночь не были на дежурстве. У ректора я заметила в руках какой-то чемоданчик.
«Златоглазка! — позвала я мысленно с разгорающейся тревогой. — Что с тобой?»
«Я тут, я в порядке, — ответила она спустя лишь несколько секунд, за которые я чуть не сошла с ума. — Другие не в порядке».
«Я иду к тебе».
«Я знаю».
У входа в Колыбельный дом стояли стражи, и среди них Кейн.
— Пока все не входите, — велел он. — Только те, чьи драконы не в порядке. Или кто вовсе не может с ними связаться.
Сара, Винсент, Барни и Люк сразу ринулись внутрь.
— Люк тоже не слышит своего дракона? — спросила я Джо.
Она покачала головой и произнесла хрипло:
— Не знаю, мы же поссорились, — ее глаза блестели от набежавших слез.
Сквозь толпу протиснулся ректор со своим чемоданчиком, за ним — миз Фина. Оба тоже скрылись в Колыбельном доме.
— Так что произошло, нам может кто-то объяснить? — крикнул Фирс с негодованием.
— Пока ещё мало что известно, — ответил громко Кейн и обвел всех серьёзным взглядом. — Только то, что некоторым маленьким драконам внезапно стало плохо. Другие, заметив это, подняли тревогу. Их услышали взрослые драконы и передали также остальным. Мы пока не знаем, что именно произошло. Сейчас ваш ректор попробует понять, что с ними, и окажет помощь.
— А если это какая-то эпидемия? — испуганно вскрикнула Сесиль, подруга Сары. — И заболеют все!
— Без паники, миз Джарет, — осадил ее строго Кейн. — Ректор Форест — лучший драконий целитель. Он всем поможет.
— Но что могло случиться? Вчера же все было хорошо, — Юна уже тоже чуть не плакала.
— Мой Лори говорит, что дракона Барни не могут разбудить, — шепнула мне Бекки и прикусила от волнения губу.
«Златоглазка, как ты себя чувствуешь? — обратилась я к своей драконице. — Не болит ничего?»
«Не болит. И спать не хочу», — услышала в ответ.
«Что там происходит у вас?» — спросила тогда я.
«Я не все понимаю. Человек, которого ты называешь ректором, щупает огненную, а она, хоть и не может подняться, но шипит».
Огненная? Кажется, это драконица Винсента.
«А древесная? Ее хранитель — Люк. Что с ней?» — продолжила я.
«Она вообще как неживая. И два других, водяных, тоже. Или они не хотят просыпаться?»
— Святые провидцы… — прошептала я.
Судя по сосредоточенным лицам остальных ребят, они тоже пытались выудить хоть какую-то информацию у своих маленьких драконов. Джо и вовсе не находила себе места, переживая за Люка.
Двери распахнулись, и из нее выбежал Барни со своим драконом на руках. Ни на кого не глядя, он устремился в сторону медицинского крыла. За ним выскочила заплаканная Сара, которая тоже прижимала к себе дракончика. Когда появился Люк, к нему бросилась Джо:
— Что с ней?
— Ректор пока не знает, — мотнул тот головой. — Но она дышит. Мы пока в медпункт…
Джоанна кивнула и проводила его взглядом.
  
Последним вышел Винсент со своей драконицей. Она действительно в отличие от других была в сознании, но смотрела на всех помутневшими глазами.
Потом появился ректор и миз Фина.
— Идите к своим драконам, — бросил нам ректор. — Не отходите от них ни на шаг, следите за их состоянием. Если кому-то из них станет хуже, сразу в медкрыло, я буду там.
— Но вы уже поняли, что с ними? — спросила его Джоанна.
— Есть предположение, но мне нужно его подтвердить. Как только что-то станет известно точно, я всем объявлю, — ответил ректор и ускорил шаг, торопясь догнать миз Фину и остальных.
Мы же поспешили в Колыбельный дом.
— Ты точно в порядке? — я опустилась рядом со своей Златоглазкой.
«Да, все хорошо, — она прижалась ко мне. — Но было страшно. Немного. Это огненная всех разбудила, а потом ей стало хуже. И древесной тоже. А потом мы увидели, что два водных никак не просыпаются».
— Если вдруг почувствуешь себя хуже, сразу говори, — я нашла плед, который Златоглазка в панике отбросила в сторону, и снова накрыла ее им. — Я буду с тобой, пока все не прояснится.
«Хорошо», — и Златоглазка положила голову мне на колени.
— Как у вас дела, миз Рафор? — услышала я и внутренне вздрогнула: на миг мне показалось, что это Шейн.
Однако рядом стоял Деймон Кейн и участливо смотрел на нас со Златоглазкой. Сердце разочарованно пропустило удар, но я все же заставила себя улыбнуться с благодарностью:
— Все хорошо.
Он улыбнулся мне в ответ и направился к следующему хранителю и его дракону.
  
19.3
 
В ожидании хоть каких-то новостей время тянулось медленно. Кейн находился с нами постоянно, и его присутствие, конечно же, согревало сердца двух моих подруг, Бекки и Юны. Только одна радовалась этому открыто, а второй приходилось скрывать свои чувства за маской безразличия. Я же, глядя на него, постоянно возвращалась мыслями к Шейну. Как так получилось, что в столь тяжелую минуту для Академии его здесь нет? И что бы он делал, если бы был рядом?
Ректор появился в Колыбельном доме только к обеду. Он выглядел уставшим и очень озабоченным. Мы все с тревожным ожиданием воззрились на него.
— Как ваши драконы? Никаких ухудшений? — поинтересовался он первым делом.
Мы дружно ответил, что нет.
— Хвала богам, — вздохнул ректор и опустился на предложенный ему кем-то стул.
— А как драконы в лазарете? — спросила Джо. В первую очередь ее, конечно же, интересовала подопечная Люка.
— Все живы, — ответил мирг Форест, слабо улыбнувшись. — Думаю, скоро будут в порядке.
На лицах всех ребят промелькнуло облегчение.
— Так что произошло, вы выяснили? — снова Джоанна.
Ректор кивнул, но отвечать не спешил, будто это требовало от него особой решимости.
— Мои худшие опасения, к сожалению, сбылись, — наконец произнес он. — Кто-то пытался отравить наших юных драконов.
— Отравить? — мы с подругами испуганно переглянулись.
То же самое ошеломление испытывали и остальные студенты, а также стражи.
— Что вы имеете в виду, господин ректор? — заговорил Деймон Кейн.
— То, что сказал, мирг Кейн, — ректор провел ладонью по лицу. — У драконов, что сейчас в медкрыле, мы обнаружили в крови неизвестное вещество, похожее на яд. К счастью, мы смогли нейтрализовать его, и теперь драконы идут на поправку. И все благодаря тому, что вовремя подняли тревогу. Если бы чуть помедлили, боюсь, было бы все куда трагичнее.
— И как это вещество в них попало? — страж задумчиво сузил глаза.
— Предположительно через желудок, — ответил ректор.
— То есть кто-то накормил драконов отравой?
— Боюсь что так, мирг Кейн…
— Но кто это мог сделать? — тот озадаченно потер переносицу. — Ни один хранитель не способен на такое! Или вы хотите сказать… — он настороженно посмотрел на ректора.