Сделка с джинном (СИ)

Ко мне подошел Патрик, на мгновение притянул к себе, поцеловал в лоб.
– Повеселимся, стрекозка? – И беззаботно, белозубо улыбнулся, скрывая волнение.
– Полет бабочек! – объявил распорядитель.
Это я настояла заменить первую фигуру танца, никаких больше «мышеловок», а бабочки… Они напоминали мне о Яре.
Слуги внесли в зал корзины, где, как и в прошлый раз, находились разноцветные ленты, да только теперь на них не было бубенцов, зато на каждой лежало заклятие, защищающее от ран. Лезвие кинжала пройдет мимо, острие меча промахнется, стрела уйдет в сторону – хоть у разбойников, которые появятся в доме с минуты на минуту, не было стрел, подстраховаться не помешает. Латифа и Хафиз потратили несколько часов, зачаровывая каждую ленту.
– Полет бабочек? – изумленно воскликнул граф Дейтон.
Он быстрыми шагами приблизился к распорядителю бала и пронзил его суровым взглядом, под которым тот сгорбился и втянул голову в плечи. Да ведь они в сговоре! Как я сразу не поняла?
– Именинница пожелала эту фигуру танца, – пролепетал распорядитель.
Томас Дейтон зло уставился на меня, но я смело вздернула подбородок.
– Ленты должны повязать все, и мужчины, и женщины, – сказала я, возвысив голос. – Цель фигуры – отыскать в танце свою пару с лентой того же цвета.
– Да мы знаем, знаем! – перебил меня Август.
Сестры Бейли, хихикая, спорили из-за ленты синего цвета, вторая как раз болталась на запястье Августа. Патрик повязал себе и мне фиолетовые.
– А что же вы не участвуете, милый граф? – спросила я у Томаса Дейтона. – И прелестная графиня Далила? Подходите, подходите!
Граф Дейтон обменялся с бароном Фарли встревоженными взглядами: все шло не так, как они задумывали. Отказать хозяйке бала – нарушение всех традиций, моветон. Граф Дейтон едва сумел совладать с лицом, так его перекосило!
Я собственноручно повязала дорогим соседям ленты: алые – Дейтонам и карминовые – Фарли. Латифа, беспокоясь, что я могу перепутать, положила эти ленты немного в стороне от всех остальных.
– Разве не будут выключать свет? – прощебетала Изабелла Фарли ненатуральным писклявым голосом. – Ой, а мне так хотелось потанцевать в темноте.
– Позже! – Я обезоруживающе улыбнулась. – Но этот танец вам тоже понравится!
Зазвучали первые такты вальса. В зале ярко горел свет. Гости разбежались кто куда, чтобы потом, кружась в танце, отыскать и выхватить из толпы свою пару.
Во всеобщем веселье никто не обратил внимания, что хозяева дома нарушают правила: я осталась рядом с Патом, а папа не отходил от мамы.
Мой взгляд метался по залу.
Яр, Хафиз и Латифа приняли боевую стойку, чуть подавшись вперед, сжав кулаки.
Граф Дейтон оттеснил жену к стене и поднял ладонь, давая знак своему сообщнику: они решили идти до конца, пусть план и пошел по другому сценарию.
Двустворчатая дверь с одной стороны зала и дверь террасы распахнулись, пропуская людей в черных масках. Они, ослепленные ярким светом, закрывали лица руками и топтались на месте – эффект неожиданности был потерян. Зато их увидели все – гости, музыканты и мы.
Главарь разбойников – я узнала его – отдал короткую команду своим пособникам, указывая на нас с Патриком, а сам бросился к отцу, взмахнул мечом!.. Я вскрикнула. Выругался главарь: лезвие мазнуло по воздуху, немного не дотянувшись до груди отца. Я в страхе и забыла, что на руке папы заговоренная Латифой лента.
Разбойники рассыпались по залу. Грохотали об пол, выбивая мраморную крошку, шары кистеней, лязгала сталь, в ужасе кричали женщины.
Наемники драли глотки, извергая ругательства, надеясь запугать гостей и выбить преимущество. Но острия ножей, как заговоренные – да ведь так оно и было, – не могли никого ранить, а гости успели выхватить оружие.
– Именем короля!.. – провозгласил граф Дейтон, но он тут же осекся на полуслове.
Он сам, его жена и супруги Фарли застыли посреди поля боя причудливыми статуями. Судя по выпученным глазам, они все слышали и осознавали, только не могли пошевелиться: заговоренные Латифой ленты сделали свое дело.
 
Битва между тем, не успев разгореться в полную силу, затухала. Яр, Хафиз и Латифа с трех сторон теснили наемников в черных плащах и масках в центр зала, сминали их воздушной волной.
Тут случилось непредвиденное: один из разбойников оказался магом и пробил блокаду, образовав в щите узкий проход. Не знаю, насколько бы хватило его сил, но достаточно было и того, что головорезы бросились прочь…
Но тут же будто наскочили на невидимую стену. Хотя «стена» была вполне видима, осязаема и чрезвычайно сурова: подоспели боевые маги. И как много! Они оцепили помещение по периметру, и сразу сделалось понятно, что без их позволения никто не покинет зал.
Последними зашли мастер Эрмин и мастер Верейс – мой прошлый, будущий, а вернее, несостоявшийся куратор первого курса боевого факультета. Я вздохнула с толикой грусти и в то же время облегчения: хорошо, что Яр в облике Питера никогда не приложит достойного мага дубиной по голове.
Мастер Верейс щелкнул пальцами, и граф Дейтон отмер, закашлялся, схватившись за горло, но скоро взял себя в руки, распрямился и указал на моего отца.
– Это государственный преступник! Я действую по приказу короля!
– Да? И где же он? – спокойно спросил мастер Верейс.
– Кто? Что?
– Приказ короля. А вот у меня личное распоряжение от его величества Карла II задержать преступников и заговорщиков, посягающих на жизнь и здоровье графа Киллиана Арчера и его семьи.
Мастер Верейс вынул из воздуха и продемонстрировал Томасу Дейтону свиток, запечатанный сургучом с оттиском герба дома Корнуолла с перекрещенными пиками и василиском.
Мы с братом переглянулись, и Патрик улыбнулся краешками губ.
Им с отцом все удалось! Сенешаль короля лорд Айман, а на самом деле ныне свободный джинн Фархан Бадр Джазим, вовсе не хотел утратить власть и влияние при дворе. Он не отказался от союзников в лице древнего аристократического рода Арчер. А Карл… Карл просто слабый мальчишка, который сам по себе ничего не решает! Он сдулся после того, как отец продемонстрировал кристалл-вестник с записью и пообещал передать его совету.
Граф Дейтон растерял все слова, он беззвучно открывал и закрывал рот и даже не пытался сопротивляться, когда один из боевых магов, взяв его за плечо, повел его к выходу.
Ко мне подошел мастер Эрмин, кивнул.
– Удачный улов, – сказал он. – Столько заговорщиков сразу.
– Куда вы их сейчас?
– Через телепорт прямиком в городскую тюрьму. Камеры готовы. И парням неплохо заплатили за работу… Удачи, леди Вивиана.
– Спасибо вам за все! Вы этого не помните, но на самом деле вы мне очень-очень помогли!
Я опустила руку в карман и достала колечко – сигнальный артефакт.
– Оставь себе, – сказал мастер Эрмин и подмигнул. – Мало ли – пригодится.
Зал постепенно пустел. Я, глядя, как разбойников одного за другим выводят прочь, обмякла, будто воздушный шар, из которого выпустили воздух. Прислонилась к плечу Патрика, он обнял меня за талию. Леди Бейли рыдала, вцепившись в дочерей. Служанка совала ей под нос нюхательную соль. Барон Коннор отирал со лба испарину, не зная, что чудом избежал смерти. Его сын Филипп и малой Август Леманн возбужденно переговаривались, вид у них при этом был героический и воинственный: наверное, представляли, как стали бы сражаться с головорезами, если бы боевые маги – вот незадача! – им не помешали. Хорошо, что они никогда не узнают, как все случилось на самом деле…
Неужели это победа? Все? Больше нечего бояться?
– А где Адриан? – вдруг вспомнила я.
  
*** 72 ***
 
Яр и Патрик оставили меня под присмотром Хафиза и Латифы, а сами отправились на поиски виконта Дейтона. Патрик, взяв в помощники трех боевых магов, пошел осматривать дом, Яр метнулся в тюрьму, чтобы выяснить, нет ли Адриана среди арестованных, но тот будто в воду канул.
– Он сбежал, – уверенно сказала я, когда парни вернулись. – Он ведь трус. Вышел из ворот во время суматохи и теперь отсиживается где-нибудь под кустом.