Сделка с джинном (СИ)

– Ух! – сказал он, похоже, растеряв все слова. – Ого!
Но замешательство брата длилось недолго.
– Признавайся, ты загадала джинну желание затмить сегодня на балу всех остальных девушек, – шутливо сказал он.
Лучше бы он не упоминал джинна! Я тут же вспомнила, что браслет так и валяется под кроватью, а если Патрик сейчас посмотрит на полку и не обнаружит подарка на обычном месте, он обо всем догадается.
Поэтому я поскорее взяла его под руку.
– Гости уже прибывают? – спросила я, уходя от скользкой темы.
– Да, ждут в гостиной и хотят поприветствовать тебя!
Весь первый этаж дома был украшен цветами в честь моего дня рождения. Мне посчастливилось родиться в конце августа, когда георгины, астры и хризантемы раскрашивают сад в яркие цвета. Клумбы оставались пышными даже после того, как садовники срезали цветы к сегодняшнему торжеству.
Прибывших гостей провожали в большую гостиную, где для них приготовили стол с закусками. Я издалека услышала шумные веселые голоса и замерла на месте, закусила губу.
– Волнуешься, маленькая сестренка?
Брат ласково накрыл ладонью мою руку, лежащую на сгибе его локтя.
– Я с тобой. Я всегда буду с тобой, стрекозка.
Я набрала в грудь побольше воздуха, насколько позволял тесный корсет, и заставила себя улыбнуться. О чем переживать? Подумаешь, первый взрослый бал, первое взрослое платье, это ведь все равно я – та самая Вивиан, которую все хорошо знают.
Пока я собиралась с духом, в коридоре, идущем от пристройки с телепортом, появилось семейство Бейли, сопровождаемое лакеем. Виконт Бейли, его жена леди Арина и две их дочери – Камилла и Талия.
– Виви! – позвала меня Талия.
Они с сестрой бросились навстречу и закружили меня, разглядывая наряд и наперебой нахваливая ткань и покрой.
– Ну-ну, девушки, вы совсем смутили нашу именинницу! – урезонил дочерей лорд Бейли. – Но должен признать, что ты, моя дорогая Вивиана, выглядишь потрясающе.
Смеясь и разговаривая, мы вошли в гостиную, заполненную людьми. Семья Бейли прибыла последней, остальные приглашенные уже собрались. Патрик подвел меня к родителям и отошел.
Я встала между папой и мамой, готовая принимать поздравления. Щеки пылали, дыхание теснилось в груди. Было одновременно и боязно, и радостно. Я обвела взглядом помещение, сама не зная толком, кого выискиваю, но заметила Адриана, стоящего у камина с бокалом вина в руке, в тот же миг поняла, что именно его хотела увидеть, и сразу успокоилась.
Он тоже посмотрел на меня. Я улыбнулась, он, помедлив мгновение, улыбнулся в ответ и отхлебнул из бокала. Вид у него сделался отстраненный и задумчивый.
Из-за его секундного замешательства я тут же начала терзаться глупыми мыслями: «Наверное, я ошиблась. Адриан с удовольствием общался со мной, пока я была ребенком, но сейчас я взрослая девушка. Может, я ему совсем не нравлюсь. Зачем я ему первая улыбнулась? Теперь он думает, что я липучка. Больше нельзя на него смотреть. Ну вот, я снова на него посмотрела!..»
Гости подходили по очереди, чтобы поприветствовать меня. Через некоторое время начало казаться, будто я объелась меда: так сладко стало от поздравлений. Мол, свет давно не видел таких красавиц и умниц, и мой будущий муж станет самым счастливым человеком на земле, и я несомненно послана родителям в награду за их добродетель.
– А я-то был уверен, что ты была послана нам всем в наказание, – чуть слышно шепнул Патрик и вручил мне фужер с игристым вином. – Ух, каким же ты была маленьким нытиком!
Я шлепнула его по плечу и хихикнула. Брату всегда удавалось разрядить обстановку.
Граф Дейтон и барон Фарли стояли у стены, рядом со столиком, загроможденным подарками, и что-то обсуждали, сблизив головы. Кольнула неприятная мысль, что нерешенный вопрос о землях все-таки испортит мне праздник, но тут оба отца семейства опомнились и подошли, чтобы поздравить меня с совершеннолетием.
Напрасно мама переживает! Нашим добрососедским отношениям ничто не навредит.
Последним подошел Адриан. Он будто специально выжидал. Хотел меня помучить? Я слышала, взрослые парни любят эти игры, чтобы привлечь девушку. Нужно вести себя то холодно и отстраненно, то дружелюбно и весело. Я просто никак не предполагала, что человек, которого я знаю с детства, станет оттачивать на мне «искусство любви». Так, кажется, называют это в свете?
 
Как многому мне еще предстоит научиться! Как боязно выходить во взрослую жизнь.
– Ну, вот и ты, – сказал Адриан.
– Вот и я… – растерянно подтвердила я.
– Больше не ребенок.
– Да, я знаю…
Какой необычный у нас разговор.
У Адриана дернулся уголок губ. Он быстро наклонился к моей руке, чтобы скрыть странное выражение лица.
– Все вальсы – мои, – твердо произнес он, когда распрямился. – Особенно последний.
Он кивнул и стремительно отошел, оставив меня с трясущимися руками и звенящей пустотой в голове. Что он имел в виду, говоря о последнем вальсе? Считается, что кавалер приглашает даму на заключительный тур вальса, если окончательно определился с выбором.
Значит ли это, что Адриан собирается в скором времени сделать мне предложение? Руки в перчатках вспотели, над губой тоже выступили крошечные капельки пота.
Патрик внимательно посмотрел на меня, словно спрашивал взглядом, не нужна ли помощь. Я едва заметно качнула головой: «Все в порядке, я справлюсь!»
– Приглашаем дорогих гостей пройти в зал! – У входа в гостиную появился распорядитель бала.
В подтверждение его слов раздались первые такты общего обязательного танца – лунарии.
Вот и хорошо, начну танцевать и успокоюсь. Адриан рано или поздно раскроет свои планы относительно меня, а то, может, он просто дурачится.
  
*** 6 ***
 
Лунарию обязаны танцевать все гости, даже почтенные отцы и матери семейств – таковы правила. Да его и танцем-то сложно назвать: пары степенно сходятся и расходятся под музыку, зато одышка никому не грозит.
Мы с Патриком шли первыми. Брат твердо держал мою руку, и его уверенность постепенно передалась мне. Когда отзвучала последняя нота, от волнения не осталось и следа, я и вспомнить не могла, из-за чего распереживалась.
– «Вальс золотистых листьев»! – объявил распорядитель бала следующий танец.
Пат, стоящий рядом, поклонился, собираясь снова пригласить меня, но Адриан его опередил, стремительно появившись из-за спины. Он держал обещание приглашать меня на все вальсы.
– Дружище! – Он хлопнул Патрика по плечу. – Позволь и мне танцевать с нашей прелестной хозяйкой бала.
Пат демонстративно отряхнул плечо – он не любил фамильярностей – и сдержанно сказал:
– Если Вивиан не против.
– Я… – В горле пересохло, и голос прозвучал сипло. – Я согласна.
Патрик уступил место Адриану, и тот решительно принял мою ладонь. Вторую руку положил на талию и умело повел за собой в танце. Вальсировал он великолепно, с таким партнером не надо задумываться о поворотах, не нужно считать шаги – а я, признаюсь, довольна неуклюжа в этом.
– Я ведь тебя не поздравил, Виви, – негромко сказал Адриан, склоняясь с высоты своего роста к моей голове. – Обомлел от твоей красоты. Но это меня не извиняет!
О! Так он обомлел от красоты! Это его извиняло, да еще как, но вслух я пролепетала только:
– Ничего страшного. Я сама очень рассеянна сегодня.
Снова сделалось жарко, кровь бросилась к лицу.
– Ты уже не ребенок, Вивиана. Сегодня я увидел, как ты расцвела, и я… Тебе нехорошо, Ви? – Адриан заметил красные пятна на щеках и запнулся на полуслове. – Выйдем подышать свежим воздухом. Держись за меня.
Патрик проводил нас настороженным взглядом, когда мы шли мимо него к открытой двери на террасу. Ему не нравилось, что мы с Адрианом останемся наедине: теперь я не малышка, и разговор с молодым мужчиной без свидетелей может меня скомпрометировать.
Брат двинулся следом, но я, обернувшись, качнула головой. Он еще сильнее нахмурился, однако уступил. Столько забот с младшей сестрой! Вместо того, чтобы самому веселиться и отдыхать, Патрик теперь будет караулить меня у входа.