Сделка с джинном (СИ)
*** 17 ***
Потянуло сухим теплым ветром, запахло высушенной на солнце травой. Насколько хватало глаз, предо мной простиралась степь. Над головой на черном бархате неба горели звезды. Таких больших и ярких звезд я никогда не видела в городе. Далеко-далеко на западе у самого горизонта вставали гряды гор.
Вот это магия! Высшего разряда! Все словно настоящее. Я чувствовала запах, ощущала прикосновение ветерка к коже. Я бы не отказалась немного прогуляться по этому миру.
– Как спокойно и тихо, вовсе не похоже на испытание, – сказала я, обернувшись к джинну.
И вздрогнула. Яр вернул свой первоначальный облик. Метались огненные всполохи в глазах, узоры на халате горели золотом и серебром. Было и еще кое-что. Тонкие белые шрамы на его груди, почти незаметные в день знакомства, сделались багровыми, будто только-только затянулись. Ноздри трепетали от едва сдерживаемой ярости.
– Яр?..
Он не ответил, словно не слышал меня, да и вовсе забыл обо мне. Сжав кулаки, он поворачивался туда-сюда, всматриваясь в темноту.
Похоже, Арка Возможностей приняла моего джинна за студента и приготовила испытание ему.
Запахло дымком, и посреди степи вспыхнули огни, осветив шатры. Джинн рванул с места. Его войлочные тапочки бесшумно ступали по земле.
– Стой, подожди!
Я побежала следом, но туфли натирали ноги. Я почти сразу отстала, а потом, разозлившись, скинула обувь и пошла босиком. Трава оказалась теплой и мягкой, совсем не колола ступни.
– Ладно, отлично, – ворчала я. – Бросил меня здесь одну. Все равно Арка тебя не выпустит!
И, решив, что нет никакого резона торопиться – джинн пройдет испытание вместо меня и вернется, чтобы разыскать хозяйку, – я уселась на пригорке и залюбовалась далекими кострами.
Умиротворение длилось недолго. В поселении творилось что-то нехорошее. Заметались тени, забегали, закричали люди. Мужчины в ярости, женщины и дети в страхе. Из степи к поселению приближалась угроза. Я не видела, кто наступает: я была в безопасности, с другой стороны шатров.
Джинн побежал, чтобы помочь? Предотвратить? Наверное, я могла остаться на пригорке и ждать, пока все закончится, но почему-то не могла. Поднялась на ноги и, постояв, двинулась вперед.
– Это просто иллюзия, – сказала я себе. – Никто не пострадает. Это не реально. А если реально… Если реально… то чем я смогу помочь?
Вдруг Арка Возможностей перенесла нас в другой мир, где от нашего вмешательства будут зависеть жизни? Я не маг, я не боец. Я даже оружия в руках никогда не держала. Какой от меня прок?
«Но ты можешь спасти хотя бы одну жизнь, – прошептал внутренний голос. – Хотя бы одну. Можешь спрятать ребенка, унести его на руках…»
До ушей донесся тонкий детский плач, и тогда я, ругая себя за глупый, никому не нужный героизм, кинулась вперед.
Я ворвалась в круг шатров, когда поселение оказалось полностью окутано едким дымом. Горели не только костры – горели шатры, полыхали, как факелы. В чаду суетились люди, выкрикивали слова на незнакомом языке, но как я ни старалась – я не могла дотянуться ни до одного из них. То справа, то слева слышался детский плач, однако, бросившись на голос, я хватала руками лишь пустоту.
Пламя окружило со всех сторон. Задыхаясь в дымном смраде, я бежала то в одну сторону, то в другую, натыкаясь на пылающие шатры. Глаза слезились, в горле и в груди саднило.
Неожиданно огонь расступился, оставляя проход, и я бросилась в него, вырвалась на свободу из огненного плена. Огляделась и поняла, что еще ничего не закончилось.
Один из шатров, обтянутый белым войлоком с набитыми по нему золотыми листьями, был шире и выше остальных. Жилье непростого человека – предводителя или полководца.
У самого входа, обернувшись лицом к степи, раскинув руки, замер Редьярд. От его ладоней расплывалось радужное сияние. Я сразу вспомнила о мыльных пузырях в чане с посудой. Пленка выглядела такой же тонкой: надави – и лопнет.
В степи зашевелились тени. Зло, наступающее на мирное поселение, выглядело как сгустки тьмы с точками глаз. Раздался резкий звук, и мгла выплюнула яркие вспышки. На Редьярда, на шатер, на меня со свистом неслись… Пули? Я вспомнила этот звук! Слышала, когда папа и Патрик тренировались в саду, стреляя по деревянной мишени, – готовились к охоте.
Я приготовилась к тому, что раскаленные кусочки металла прошьют меня насквозь, однако радужная сфера, казавшаяся такой непрочной, останавливала их полет. Пули, ударившись о преграду, падали у ног Яра.
Я сделала шаг к джинну. Еще один. Подбежала и встала сбоку, глядя на побледневшее, сосредоточенное лицо Редьярда.
– Это ведь не по-настоящему, – прошептала я, сама себе не веря до конца.
Вонь пожарища, звук пуль, крики людей – все было очень реально.
– Чем тебе помочь? – спросила я.
Он тряхнул головой, точно отгонял меня, как назойливую муху.
– Не нужна… твоя… помощь… – процедил он сквозь зубы.
Какой упрямый, даже и теперь продолжал меня ненавидеть. Я бы так и переминалась с ноги на ногу, не понимая, что делать дальше, но тут из шатра послышался плач.
Я нырнула под полотнище и оказалась в просторном, вкусно пахнущем травами помещении. Босые ноги утонули в густом ворсе ковра, блеснули кривые сабли, висящие на стенах. У очага жались друг к другу две фигурки – две темноволосые девочки.
Я подбежала и обняла обеих за плечи. Они подняли на меня залитые слезами лица. Одной на вид было лет десять, другой – пять. Девчушки ухватились за меня с отчаянной надеждой, а я, сама недавний ребенок, неожиданно ощутила себя взрослой.
– Все будет хорошо! – прошептала я, подбадривая малышек. – Не волнуйтесь! Все будет хорошо!
– Он нас спасет? – доверчиво спросила младшая девочка.
– Конечно, глупенькая, – сказала старшая. – Брат нас защитит.
«Не всегда братья могут защитить… – мелькнула грустная мысль. – Даже когда хотят этого всей душой…»
Снаружи шел бой не на жизнь, а на смерть. Грохнул, разрываясь, заряд пороха. Шатер пошатнулся, но устоял. Устоял ли Яр? Судя по всему, да: битва продолжилась.
Какая жуткая иллюзия! Надеюсь, всего лишь иллюзия! Девочки, которых я обнимала, прижимая к себе, казались по-настоящему живыми. Их плечики вздрагивали, они хрипло дышали и вскрикивали.
Кто бы это ни сотворил – он могучий маг. И очень злобный!
Последний раз взвизгнули пули, и все стихло. Полог шатра отодвинулся, в проеме появилась черноволосая голова джинна. В это же мгновение две девчушки растаяли, как не бывало. Мои руки, только что обнимавшие детей, повисли в воздухе.
Джинн выпрямился и огляделся. На его лице, обычно непроницаемом, сменилась гамма чувств: радость, надежда, будто он ожидал кого-то увидеть, а после – жестокое разочарование.
– Никого… – устало сказал он, опустившись на ковер, и сел по обыкновению, скрестив ноги. – Я победил. Но поздно.
– Все хорошо… – произнесла я дрожащим голосом, подбираясь поближе и присаживаясь рядом. – Хорошо…
Я, как яркая птица с океанских островов, повторяла одно и то же слово. Ну и встряска! Вот это испытание!
Шатер вздрогнул, как будто рядом прошел кто-то огромный, от его поступи затряслись войлочные стены. Громоподобный голос произнес:
– Ты прошел на боевой факультет. Поздравляю!
Джинн нахмурил брови.
– Хафиз? – спросил он недоверчиво.
– Это ты? – в свою очередь изумился обладатель оглушительного голоса. – Что ты здесь делаешь?
Полог снова качнулся, на этот раз пропуская внутрь вовсе не великана, как можно было подумать, а щуплого старичка. Из ворота черного халата – такого же, как у Редьярда, – торчала лысая, как шар, голова, смуглые щеки сморщились, как печеное яблоко.
Старичок заметил меня и лукаво улыбнулся.
– Джинн магической академии, – представился он.
– Раб кувшина! – ахнула я.
– Предатель, – прошипел Яр.
*** 18 ***
Старичок присел рядом с Яром на ковер. Мой джинн смотрел волком, раб кувшина, наоборот, благодушно улыбался, в глазах-щелках сверкала хитринка.