Встреча у водопада (СИ)

— Давайте, в следующий раз вы выберете билеты для себя. Готов сопроводить вас на любое мероприятие. Мы с Фомой недавно говорили о том, что вам стоит посетить театр.
— Обсуждали меня за спиной? — удивленно воскликнула Людмила Федоровна. — Как не совестно?
В ее голосе не прозвучало осуждения, хотя Яблокова всем видом пыталась его продемонстрировать.
— Не совестно, — отозвался я. — Вы заботитесь о нас, а мы о вас. Все справедливо, я считаю.
  
Затем я демонстративно посмотрел на часы. До спектакля оставалось два часа. Пора было собираться. Женщина заметила мой взгляд и вздохнула, а потом с живым интересом уточнила:
— Ты мне вот что скажи, Павел Филиппович, каково это — быть отмеченным богиней подземного мира?
— Да нормально. Никаких обязанностей на меня пока не возложили. Только призраки докучать стали.
Людмила Федоровна удивленно подняла бровь:
— Это каким это образом?
— Теперь мне мертвых особо искать не приходится. — пояснил я. — Они сами стягиваются ко мне со всей округи, чтобы я… благословил их. Я даже не уверен, чего они от меня ждут. Но выглядит это очень странно.
— Какая прелесть. — восхитилась соседка. — Некромант, который благословляет. Скоро тобой точно заинтересуется Синод.
От этих слов я вздрогнул и пробормотал:
— Очень бы не хотелось. Это будет отвлекать от работы.
— Бросьте, было бы забавно, если темного признали святейшим. На фресках изобразили бы с крыльями, нимбом…
Я сдержался, чтобы не осенить себя знаком Искупителя. И порадовался, что никто не видел меня в том образе, который описала Яблокова.
— Надеюсь, вы не стали рассказывать бабушке о том, что узнали от мертвых? — уточнил я. — Ну, про то, что Мара отметила меня как избранника.
— Тут есть нюанс, Павел Филиппович, — со вздохом произнесла соседка. — У твоей бабушки имеются свои призрачные слуги. И они сразу увидят, кто перед ними. А затем расскажут про это Софье Яковлевне. Странно, что ты об этом не подумал.
— И то верно, — согласился я.
— В этом твоя странность. Ты часто распутываешь сложные дела, продумывая все на два хода вперед, и абсолютно не способен просчитать элементарные вещи, которые касаются тебя самого. Так что лучше бы тебе поведать обо всем бабушке. И сделать это как можно быстрее. Иначе княгиня может и разобидеться. Она хоть и некромантка, но сердце у нее доброе и ранимое.
Я встал с кресла:
— Спасибо за подсказку. Но мне сейчас пора собираться в театр. Нужно будет заехать за Ариной Родионовной.
— Надеюсь, ты не поедешь к ней в гости с этим Гришей? — с тревогой уточнила Людмила Федоровна.
— Фома занят на службе, так что за руль могут сесть либо Гриша, либо Ярослав, — просто ответил я.
— Призраку я доверяю больше, — поспешно заявила Яблокова. — Если человека из семьи Чеховых привезет в свет бывший уголовник, в высоком счете может разразиться скандал.
— А призрак?
— Соврешь, что купил машину с автоматическим водителем, — отмахнулась Людмила Федоровна.
Я усмехнулся и направился к себе в комнату.
Костюм и правда ожидал меня на спинке кресла. Я быстро переоделся. Встал перед зеркалом и, завязывая галстук, отметил, что тёмно-синий с тонкой белой полоской костюм, идеально сидел на мне. Я поправил манжеты, убедившись, что всё выглядит безупречно. А затем взял лежавший на столе билет и направился к выходу.
В гостиной меня уже ждал сюрприз. В виде Фомы, который сидел в кресле и задумчиво листал книгу по праву, которую я оставил на столе.
— Добрый вечер, мастер, — поприветствовал я друга.
— Бросьте, вашество, — отмахнулся Питерский. — Какой я мастер? Я даже талантом не владею.
— Ты имеешь титул, — поправил я парня. — А это куда важнее.
— Я пока вас ждал вот что подумал, вашество, — сменил Питерский тему разговора. — Вот вы закончили лицей. И мастер Шуйский тоже. Выходит, мне также придется праву учиться? Я ведь теперь начальник особого отдела жандармерии.
Я задумался:
— Наверное, — ответил после недолгой паузы. — По своду законов Империи начальник отдела должен иметь высшее юридическое образование. Но тут есть нюанс. Хотя призраки и признаны в империи, их правовой статус пока не определен. А значит, и призрачного права не существует. Так что может быть учиться тебе и не придется.
— Хорошо бы, — ответил парень и встал с кресла. — А то я полистал этот ваш учебник и ничего не понял. Только голова заболела.
— А ты…
— Так Любовь Федоровна позвонила мне несколько часов назад, — пояснил Питерский. — И попросила меня освободиться пораньше и отвезти вас в театр. Так что вашество, машина уже подана.
Я только усмехнулся, подивившись проницательности Яблоковой. Фома же направился вниз по лестнице. Я последовал за ним.
— Ты не обязан, — сказал я на ходу.
— Знаю, — усмехнулся парень. — Но мне это не в тягость. Пока вы не определитесь со своим новым водителем, то придется вам помогать. Куда вы без меня?
— Никуда, — согласился я, уже стоя на пороге.
Моего локтя коснулась Яблокова.
— Погоди, Павел, — попросила она и протянула мне небольшую коробочку из синего картона. — Вот. Подари это Нечаевой.
— Что? — удивился я.
Женщина покачала головой и открыла крышку, продемонстрировав украшение, которое лежало на бархатной подушке. Тонкий браслет из белого металла с несколькими синими камнями выглядел почти невесомым.
— Вы полагаете, что это уместно…- начал было я.
Яблокова нахмурилась, и я едва успел увернуться от подзатыльника.
— Уверена, что ты мало времени уделяешь своей будущей невесте. Конечно, она порядочная девушка и не станет сетовать на твое поведение. Но уж побаловать ее безделушками ты в силах. Поверь, это все такие мелочи, о которых и говорить не стоит.
Я послушно забрал коробочку и еще раз осмотрел украшение.
— Безделушка, говорите? — хмыкнул я, узнавая драгоценность из ларца княгини Чеховой.
— Это Софья Яковлевна велела передать через тебя Арине Родионовне. Стоит всему свету показать, что вы не просто так рядом находитесь.
— Она носит заколку, которую вы мне отдали, — смущенно сообщил я.
— Какая хорошая девушка. Не зря она мне сразу понравилась, — заулыбалась Людмила Федоровна и вытолкала меня на порог. — Ступай, а то опоздаешь.
Машина уже стояла у крыльца. Питерский занял кресло за рулем, я же разместился на переднем пассажирском сиденье. И едва я закрыл за собой дверь, Фома сообщил:
— Мне она тоже вручила подарок для Иришки. Даже неловко, что я сам об этом не догадался.
Я пожал плечами, и машина выехала из арки.
* * *
Арина Родионовна уже ждала нас во дворе, сидя у фонтана. Девушка была облачена в голубое платье, которое очень ей шло. Едва машина подъехала к воротам, Нечаева встала со скамейки и направилась к нам. Я невольно залюбовался ею.
— Добрый вечер, Павел Филиппович, — произнесла Нечаева, едва я вышел из авто. — А я как раз закончила вечернюю прогулку. Спасибо за цветы. Но сдается мне, что это Людмила Федоровна заказала их.
— Простите, я исправлюсь…
— Бросьте, все хорошо. Я знаю, что вы заняты.
Я улыбнулся и открыл перед девушкой дверь, помогая Нечаевой разместиться на заднем сиденье. Сам сел рядом. И авто выехало на дорогу.
— Как прошло заседание? — уточнила девушка.
Я рассказал ей про все, что произошло в зале суда. Нечаева слушала меня не перебивая, только хмурилась и кивала головой. А когда я закончил рассказ, протянула:
— Это вы хитро придумали, Павел Филиппович. Если бы ваш оппонент согласился на перенос дела в суд Синода, то сильно бы усложнил жизнь своего клиента.
Я улыбнулся:
— Признаться, сообразил я про этот ход не сразу. Вернее, мне помогли ваши пометки. Спасибо вам, что подготовили дело. Последние дни выдались очень сложными, и сам бы я собраться точно не успел. И тогда, возможно, проиграл бы.
Девушка хитро прищурилась:
— Хороший секретарь на вес золота, Павел Филиппович, — ответила она. — Не так ли?