Мелкий бес (СИ)
Сходу запрыгнув на телегу, я от злости сбил на мужике шапку. Коренастый с большим пузом мужчина, с трудом слез и почесывая плешивую голову с редким рыжим волосом, поплёлся за головным убором.
- Пошла! Пошла! - закричал я лошади и та бодро полагала вперёд.
- Куда? Куда!? - заорал мужик. – Сдурела что ль!? Цыганам продам!
Лошадка послушно остановилась. Мужчина ухватился за боковую доску телеги, но я ударил когтями по толстым пальцам. Крестьянин упал на зад и пронзительно завопил. Очень ловко для своего телосложения он подскочил, прижимая руки к заду. На грязных серых штанах расплывалось пятно крови.
Что-то я переборщил. Мужик запрыгал на одной ноге, подвывая. Он так голосил, что я устыдился и решил помочь ему надурить мельника. Что только на меня нашло? Никогда не любил излишнюю жестокость.
Крестьянин стоял на дрожках, не желая мучить ушибленную задницу. Вскоре показалась мельница. Невысокий забор из камней полукругом охватывал большое деревянное строение, стоящее вплотную к реке. Колесо крутилось силой течения, издавая мерный успокаивающий плеск.
- Здоров, Збышек! - приподнял шапку крестьянин.
- Здоровее видали, Януш, - с мрачным видом ответил мельник.
Мне он сразу не понравился. Рожа у него какая-то разбойничья. Брюха свисало почти до колен, а коричневые кожаные штаны так туго натянулись на бедрах, что отпечатывались все складки. Но здоровый гаденыш. Ладони, как лопаты, а грудь едва ли меньше жернова. И глазки нехорошие. Левый затянут белой пеленой, как бывает у стариков, отчего Збышек постоянно зловеще щурил здоровый глаз.
- На помол привез, - тяжело спрыгнул крестьян. - Только чтоб меленько-меленько была, а то в прошлой раз будто ты сам зубами перетирал.
- Не бреши, - сказал Збышек, поправляя топор, висевший за поясом. - Давай загоняй.
Внутри мельницы было сумрачно, все покрыто белой мучной пылью, и воняло крысами. Здесь их было предостаточно - сразу из четырех углов на меня уставились черные бусинки глаз. Здоровенные твари! С таким пасюком не всякий лев справится, что уж говорить про кошку. Но кошка имелась. Чёрно-белый масти кошечка сидела на самой верхней балке, затравленно поглядывая вниз.
Мужики принялись таскать зерно большими ведрами на второй этаж, пока не заполнились большой короб, откуда зерно ссыпалось под жернова. Мельник крякнул, сдвигая рычаг и вал медленно закрутился, увлекая за собой кулаковое колесо. Жернова начали тереться. С лотка поперла грубая мука, почти хлопья.
- Меленько надо! - заорал Януш, державший мешок.
Я пинком отогнал подбежавшего крысюка. Не составляло труда разобрать в крысином писке возмущение. Пасюков смутило то, что я хожу на двух ногах.
- Так, помощь ваша нужна, ясно? - обратился я к зверям.
Ближайшая крича ощерилась, показывая десяток острых клыков. Кхм, в моем мире у этих зверушек были два крупных резца. А здешние и человека могут порвать. Я погрозил крысам кулаком. Звери проигнорировали меня. Да и черт с вами.
- Ну, готово, - хлопнул ладонями мельник, отчего образовалось облако белой пыли. - Двадцать полных мешков это будет тридцать медных.
- Без ножа меня режешь, - завопил Януш. - За тридцать два медяка ты руками ее перетереть должен!
- Кому должен, тому прощаю, - усмехнулся Збышек. - По миру меня пустишь. Эх, двадцать семь и мешок муки в придачу.
Мужчины пожали друг другу руки. Затем мельник достал топор, заставив крестьянина испуганно отшатнуться, и ухнув, высоко подкинул его. Бельмастый глаз Збышека сверкнул в полумраке мельница. Януш зачарованно смотрел за падающим топором. Мельник ловко схватил оружие и сунул за пояс. Крестьянин остолбенел. По его подбородку текла ниточка слюны, а глаза остекленели. Насвистывая, Збышек принялся перегружать мешки с телеги, относя их в пристройку. Взамен он подменял их на свои.
Из любопытства я заглянул в один. Мука, как мука. Но стоило смахнуть рукой верхний слой, как обман вскрывался. Почти целиком мешок заполняла шелуха, перемешанная с бурой мукой, мелкими опилками и жучком. Заменив больше двух третей груза, мельник взялся за топор. Вот же пройдоха!
- Ох! - Збышек схватился за громко урчащее пузо. - Ох!
Я победно оскалился. Сработало. Понимание заклинание улучшилось, ведь я пошел не совсем обычным путем - огненная чесотка пробралась в кишки мужчины, что дало вполне естественную реакцию. Эффект конечно послабее будет, чем на коже. Заклинанию надо пробить естественную защиту, чтобы пробраться внутрь, да и не всякого проберет. Но мельник побежал, попердывая и держась руками за необъятную задницу.
- Эй, недалёкий? - я крепко отхлестал мужика по щекам.
Тот потряс головой и заморгал. Затем хлопнул себя по левому уху и замотал башкой, словно вытряхивая попавшую туда воду.
- Хто? - крестьянин беспокойно озирался. - Хто здесь!?
Схватив его за ноздрю, я прошипел прямо в ухо:
- Отец это твой, кретин, мельник тебя надурить хочет, муку подменил. Вот и пришлось прийти тебе на помощь, бестолочь.
- Отец? - испуганно икнул Януш, но затем резко переменился в лице. - Эта шельма надурить меня хотела?
- Да-да, - зашептал я. - Мешки проверь,
Януш забрался на телегу и заглянув в первый же мешок, сначала побелел от ужаса, а потом резко побагровел от злости. Следуя моим подсказкам, он подменил мешки обратно.
- Надо мельника наказать, - вкрадчиво сказал я. - Чтобы не дурил честных людей.
- А оно точно правильно? Точно? - заныл Януш, голой задницей угнездившись на коробе для засыпания зерна. - Что-то не идёт, батенька. Не хочется мне по большому.
Заклинание подействовало на Януша в разы сильнее, чем на мельника. Его внутренности издали такое громкое бурчанье, что рыскавшие по мельнице крысы бросились к своим норам. Последовавшая трель напомнила мне осаду крепости - огромные глыба камня врезались в стены с таким же треском, – а пыхтение крестьянина мало чем отличалось от стонов посеченных осколками людей.
- Помогите, боги, помогите мне, - всхлипнул Януш, побелевшими пальцами вцепившись в край короба.
- Чего? - я ощутил движение камня на кольце. - Нравится тебе?
Жёлтый глаз открылся почти полностью. Януш свалился с короба и натянув штаны, на трясущихся ногах поковылял к лестнице.
- А уплата за помол? - громко заорал я. - Туда и сыпь.
Зажав нос, мужчина ссыпал медяки прямо в зловонную кучу.
Шепот лукавого: 77 из 100
Мельник вернулся ровно в рот момент, когда телега крестьянина проехала двор. Он потянул носом воздух и поочередно осмотрел сапоги. Наконец, Збышек заметил, что телега уехала.
- Деньги, деньги, паскуда! - заорал он, побежав догонять телегу.
- В коробе глянь! - донёсся голос крестьянина.
- В руки не мог отдать? - пробурчал мельник, возвращаясь. Он поднялся по лестнице. - Это? Это!? Это что!?
Он заглянул внутрь короба и страшно закричал. Его рожа так побагровела, что казалось, что вот-вот кровь брызнет из глаз. Збышек покачнулся и опёрся на перила лестницы. Будто не желая верить в случившееся, он снова глянул в короб. Крик повторился. От испуга, кошечка, что спускалась по стропилам вниз, оступилась и полетела вниз.
- Опа! - я словил зверя, не давая ему расшибиться. Летела кошка спиной, точно бы померла.
В благодарность животное ударило меня когтями по морде. Вывернувшись, она напоследок оцарапала мне руки и бросилось… как раз под ноги мельнику. Збышек запнулся и накренившись, побежал вперёд, пытаясь удержать равновесие. Его голова с громким стуком врезалась в опорный столб. Все же есть доля правды в поговорке про перебежавшую дорогу кошку.
Мрачный и злой, мужчина, потирая ушибленный лоб, зашёл в подсобку, где принялся пересчитывать мешки. Огромный синяк почти светился в темноте. Камень Лиха чутко реагировал, открывшись почти полностью.
Беда. Ободок почти полностью облетел. Надо бы как-то наставить мельника на праведный путь.
Но Збышек вряд ли поддается перевоспитанию. У него прям на роже все отпечатано - мошенник и подлец.