Мелкий бес (СИ)
- Если бы у бабы были яйца, она была бы мужиком, - парировал Савелий. - Ваш брат тогда еще по чаще бегал, волков трахал.
- Ты чего не видел, про то не говори, - как-то неуверенно сказал старик. - Дальше, что было? К колдуну пошел?
- К колдунье, она тут жила на хуторе вдовьем, а как его сожгли, то в город перебралась, - сказал свин. - Она и присоветовала мне взять свиней, пойти в лес на поклон царю лесному. Ох и натерпелся я тогда страху. Ночью там шуршит все, трясется, кто-то кричит, да свиней по одной выхватывает. Как рассвет наступил, я без сил упал и заснул. Просыпаюсь - все свиньи пропали, а на шее у меня медальон. Во!
Купец с трудом поддел свиными лапами отворот кафтана и вытащил деревянный амулет, искусно сработанный в виде головы вепря. Я заметил, как глаза волхва жадно загорелись. Савелий спрятал амулет обратно и продолжил:
- Иду себе и тут голос за спиной, - купец поежился. - Говорит, не поворачивайся, а то зверем лесным обернешься. Я застыл, как столб, а он продолжает, мол у тебя все будет хорошо, каждая матка будет по тридцать поросят приносить, на одном воздухе они будут вес нагуливать, только одно - мяса в рот не брать, а то беда случится страшная. А еще говорит… Как придет к тебе гость под седьмое января, то дочку за него замуж выдай. И пропал.
- Ну ты и дурень, - протянул волхв. - Какое ярмо себе на шею повесил.
- Да что тут! - всплеснул руками Савелий. - Это ж не конец. Хочу покаяться, сил уже нет в себе держать. Была у меня первая жена. Я ей крепко-накрепко сказал, и кулаком добавил - готовь, как хочешь, но чтобы ни куска мяса, ни капли жира. Проходит год, а на меня уже больно смотреть, худ стал, как тростинка, Люди смеяться начали, что чем толще свиньи, тем худее купец. Жонка страшно обиделась. И тайком мяско мне подложила. Я ем, а потом будто в голове помутилось. И того… Очнулся, а уже доедаю бедняжку, так охоч стал до мяса.
- Ах ты рыло людоедское! - прошипел старик.
- А я почем виноват!? - закричал Савелий. - Я им говорю не клади мяса, сука! А они кладут! Я всех трех дур и схарчил!
Меня кольнуло неприятное предчувствие. Как-то неуютно, будто кто-то в спину смотрит. Я украдкой обернулся. Из окошка на нас смотрела белая поросячья харя. Я быстро перебрался к волхву на плечо и зашептал об увиденном. Тот кивнул.
- А кольцо где взял, чтобы дочку уродиной обратить? - спросил волхв. Он приложил руку к ножке стола и та начала пускать длинные и гибкие побеги, тянущиеся к купцу.
- Сам смастерил, - с гордостью признался купец. - Дело нехитрое, ежели действовать в точности. Красавицей она выросла, не хотел, чтобы глаз кто положил, а то придут за уговоренным, а девка порчена уже. Но будет вам, поздно уже, пора домой вам.
Купец поднялся из-за стола, Его харя покрывалась жестким черным волосом, а клыки выпростались из=за губ, закручиваясь к носу. В сенях что-то загремело. Двери распахнулись и в проем втиснулась свиная рожа, страшно заревев. Огромный хряк доставал ушами до потолка.
- Ах ты ебло свиное! - не менее страшно зарычал волхв.
Я сразу же использовал две Неудачи на купце, что уже обратился лесным вепрем - его одежда разорвалась от мышц и колючей шерсти. Старик чуть запоздал. Страшный удар кулаком отбросил его в стену, а сверху обрушилась тяжелая посуда - чугунные котелки и сковороды. Хряк уже почти протиснулся. Пасть щелкала, истекая слюной. Подмогу себе вызывал, стервец.
- Буйный рост, - использовал я заклинание на дверном косяке, но ничего не вышло. Дом защищен. - Чесотка.
Я зарядил заклинанием по Савелию, наслав ее на глаза. Купец взревел и замотал башкой. Волхв поднимался в обличии медведя, но переход не успел завершиться, и разбушевавшийся купец врезался в него, нанизывая на клыки. В комнату протиснулся помощник Савелия. Белый хряк побежал к хозяину и боднул сбоку волхва, подбрасывая его. Клыки пропороли грудь старика наискось, но взмах медвежье лапы оставил след и на купце – когти пропороли ухо и лоб, заливая глаза кровью. Свинью тоже попала под случайный удар – ее левое ухо размотало на три полосы, а из щеки брызнула кровь.
Свин-помощник высоко заверещал. Из дверей бросились новые свиньи, размером поменьше. Купец отступил, утирая кровь с лица. Волхв почти скрылся под натиском свиней, кусающих его и тянущих вниз. Но куда домашней свинье против медведя? Во все стороны полетели клочья мяса и брызги крови.
Проморгавший Савелий нанес коварный удар - он врезался в волхва сбоку и мотнул башкой, вспарывая длинными клыками бок медведя. Но неудача уже начала свое дело. Поскользнувшись, купец грохнулся оземь. Пытаясь выбраться в свалке, купец бросился вперед и длинные клыки крепко вонзились в стену.
Полностью покрытый кровью медведь не упустил шанса. Когти вскрыли спину и бока вепря. Волхв драл его, пока из страшных ранг не посыпались дымящиеся кишки. Тогда-то Савелий и сдох. Свиньи тут же бросились врассыпную,
Я не мог и шагу ступить - пол стены и потолок сплошь покрыты кровью. Волхв оперся на стену и громко дышал, вывалив язык. Сражение тяжело далось ему. Еще не полностью обратившись человеком, он упал без сил прямо в разбросанные потроха.
Я же приметил среди синеватых кишок, забористо воняющих дерьмом, маленький красный камешек, похожий на каплю застывшей крови. Да неужели? Я обтер найденный кровавый камень об кафтан купца и понюхал. Хм, на вид вроде оно, а вот на запах… Камень вообще не имел никакого запаха.
- Папенька! - закричала Зира, бросившись к телу отца. Видно, ей был знаком его нынешний облик.
- Какой он тебе отец, дура! – заревел я, топая на нее. – Трех жен своих схарчил и мать твою сожрал! Людоеда покрывала, сука!?
- Так отец ведь родной! – упала на колени и горько зарыдала девушка. – Куда я без него теперь! Ох, сиротинушка я горькая, судьба незавидная!
- Да не голоси ты! - выругался я. – Тут или он нас, или мы его. Лучше покажи, где мастерская его.
- Он же не мастеровой, откуда у него мастерская? – на миг девушка перестала плакать. – В подполе у него комната есть закрытая, он там книги учетные держит. А ключ всегда с собой носит. Ох, пойду по миру или удавлюсь без оцта родного!
Я подбежал к трупу Савелия. Ключа не было. Я быстро обыскал комнату – ключ сорвало вместе с цепью и откинуло под скамейку. Так, где подпол? Я дернул Зиру за косы. Она только сильнее заревела и поползла на коленях к мертвому отцу. Черт, надо ее отвлечь. Вот! Я запрыгнул на полку и схватил чудом уцелевшее маленькое зеркальце в янтарной оправе.
- Смотри! – я ткнул его в лицо девушки. – Кольцо давала тебе отец? Давал? Оно тебя уродиной делало, чтобы ты жениха не нашла, а вышла за чудище лесное!
- Это я? – ахнула Зира, мигом забыв про смерть папеньки. – Правда я?
- Правда-правда! – закивал я. – Подпол где?
Не отрываясь от отражения, она указала на угол комнаты, где лежал кусок цветной холстины. Заворочался волхв. Вот же сука. Мне надо попасть в подпол. Если купец смог смастерить кольцо, что меняет облик человека, там точно будут ценные книги или артефакты. Старикашка почесал голову, еще не открывая глаз.
- Ни пуха, ни пера, - выдохнул я, хватая тяжелую сковороду. – Эх!
Хрясь! Комнату заполнил низкий гул. Волхв обмяк, снова потеряв сознание. На макушке старика подозрительно быстро набухала большая шишка. Не пришиб ли случаем? Я поднес лапу к губам старика. Дышит. Вроде… Да и хер с ним.
- Ой, какая прелесть, - Зира провела пальцем по пухлым губкам. – Вот же батенька урод! Говорил, что меня конь лягнул в детстве, оттого лицо такое. А я…
Я не стал слушать речи Зиры, борясь с тяжелой крышкой. Ух, громадина. В подпол вела широкая лестница. Я спустился вниз. Проход перегородила крепкая деревянная дверь с замком. Ключ подошел. Я вошел в большую комнату. Боги мои…
Глава 25
На задней стене комнаты висела голова огромного вепря, неодобряюще буравя меня крохотными черными глазками. Остальные стены закрыты шкафами, упирающимися в потолок, сплошь заставленными мешочками, коробочками, сосудами и прочей алхимической дребеденью. В центре комнаты стоял деревянный пьедестал, где лежало что квадратное и волосатое.