Замок Тэсдея (= Дом на горе)

Разумеется, теперь в печи жгли не уголь, а дрова, которые в погожую погоду запасал для Эмили Тэсдей. Они использовали это просторное и гулкое помещение в качестве столовой - просто потому, что так было удобнее. Конечно, за эти годы они внесли в убранство кухни кое-что личное. Противоположную от плиты стену украшала огромная картина Тэсдея - натюрморт из фруктов, овощей и охотничьих трофеев. На дальней стене висел один из многочисленных портретов Эмили, на этот раз с белым пуделем, на шее которого был повязан голубой бант, который уютно устроился на полных коленях хозяйки. Вряд ли повара двадцатых годов нашли бы уместным присутствие здесь этого портрета. 
Сейчас в этой громадной кухне Тэсдей и Эмили готовились обслуживать своих непрошеных гостей. На столе стояли витиеватые канделябры с зажженными свечами, которые разгоняли сумрак, наплывающий с горы Барчестер. Жаркий огонь, на котором Эмили жарила бифштексы из оленины и котлеты, обогревал кухню. 
Они уселись за длинный стол - Кремер, высокий блондин Бен Мартин, зарезавший своего отца, гигант Джейк Телиски, рыжеволосая Труди и Питер. Очевидно, Дюк Лонг остался снаружи, на сторожевом посту. Джордж Манджер и Линда Грант тоже отсутствовали, хотя о них говорили. 
- Джордж хочет, чтобы я отнес обед ему и даме, - сказал Телиски Кремеру. 
- Пусть спустится сюда, - заявил Кремер. - Я не хочу, чтобы сегодня вечером мы сидели по разным углам. Один Бог знает, когда сюда заявятся полицейские, так что нам лучше быть вместе. 
- Пойду скажу ему, - сказал Телиски и вышел. 
Как ни тяжело было на душе Эмили, обед она приготовила необыкновенно вкусный. Превосходно зажаренные бифштексы с золотистой корочкой истекали ароматным соком. Кроме того, были поданы жареный картофель с луком и внушительная миска с зеленым салатом из огурцов, лука и помидоров. Питер почему-то решил, что это любимые блюда Тэсдея, приготовленные специально по его вкусу. 
Стол был накрыт таким образом, что Тэсдей с Эмили сидели у дальнего конца, а остальных отделяло от них футов шесть свободного пространства. Видимо, старики хотели уединиться, насколько это было возможно в данных обстоятельствах. 
Кремер погрузился в молчание, в то время как Мартин жадно поглощал еду, а Труди Гаррет, игнорируя свою тарелку, все внимание перенесла на Питера. 
- Ну и роскошная же у вас машина! - сказала она. - Я никогда не каталась на "ягуаре". 
- Она неплохо ходит, - сказал Питер. 
Мартин оторвался от сочного бифштекса. 
- На ней, наверно, запросто можно обогнать полицейскую машину, точно? 
Питер пожал плечами. 
- Она без труда делает девяносто миль в час, - сказал он. Единственная проблема в том, что такую скорость можно развить только на специальных автострадах. - Он усмехнулся. - Если вы думаете на ней смыться из Барчестера, думаю, полиция сможет ее догнать. 
Мартин задумался, царапая тарелку острым ножом. 
- Я бы с удовольствием прокатилась в ней при лунном свете, мечтательно протянула девушка. 
При этих словах Кремер словно очнулся. 
- Об этом забудь! - резко заявил он. - Достаточно с нас и одной идиотской прогулки при луне! Мы могли бы оставаться здесь сколько угодно, если бы Джорджу не вздумалось совершить свою проклятую вылазку! 
- Ты слышал, как он весь день напевал этой куколке? - смеясь, сказала Труди. - Уж мне-то это нисколечки бы не понравилось. 
- Не каждую даму возбуждает, когда ее колотят, - сказал Мартин, на минуту оторвавшись от еды. 
Кремер лениво усмехнулся. 
- Манеры трубадуров ухаживать за своими возлюбленными во все века имели успех, - заметил он и повернул голову к двери. 
Там появился Телиски, а за ним - девушка. 
Питер почувствовал, как напрягся. Он никогда не видел такой застывшей маски ужаса на лице человека. Линду Грант он запомнил веселой, милой и приветливой девушкой. Лицо, которое сейчас предстало перед ним, было жуткой карикатурой на лицо прежней Линды. Под запавшими, полными ужаса глазами лежали темные круги. И при этом девушка была дико, нелепо раскрашена! На веках - густые синие тени, на ресницах - черная тушь, небрежно намазанные алой помадой губы походили на шрам. Когда Питер видел девушку в магазине, на ней почти не было косметики. Сейчас она стояла перед ними в белой ночной рубашке, едва доходящей до колен, и по всему было видно, что, кроме рубашки, на ней ничего больше не было. Она двигалась словно придавленная стыдом. 
 
Увидев Питера, девушка остановилась и обхватила себя руками, как бы пытаясь спрятаться. Очевидно, ей не было известно о его присутствии. Испачканные кричащей помадой губы приоткрылись, как будто девушка хотела позвать его на помощь, но она не издала ни звука. 
- Ну давай, малышка, - сказал Телиски. - Ты тоже можешь поесть, пока можешь. 
Труди Гаррет пронзительно хихикнула: 
- Так вот зачем Джорджи попросил у меня мой набор косметики! Он хотел придать тебе сексапильности. О Господи, ну и умора! 
Питер встал. 
- Здесь есть место, мисс Грант, - сказал он, выдвигая стул рядом с собой. 
- Джорджи это не понравится! - предупредила Труди. 
Линда Грант быстро подошла к стулу, который держал Питер, села и тесно придвинулась к столу, словно стараясь сделаться как можно более незаметной. 
Питер с секунду смотрел на нее, а затем подошел к плите, где Эмили накладывала еду на тарелку для девушки. 
- Дайте мне полотенце, - попросил он. 
Кремер и все остальные перестали есть и наблюдали за ним. Эмили дала Питеру полотенце, и он смочил его холодной водой из-под крана. Вернувшись к столу, передал полотенце Линде Грант. 
- Пожалуйста, можете привести себя в порядок, - сказал он и услышал презрительный смешок Кремера. 
- Джентльмен при всех обстоятельствах, - откомментировал тот. 
Линда начала ожесточенно стирать с губ помаду. Когда она закончила, на полотенце остались кроваво-красные пятна. 
Питер обратился к Труди Гаррет: 
- Вы не могли бы подыскать для нее какую-нибудь одежду? 
- Джорджи это не понравится, - ответила рыжая девушка, глаза ее возбужденно блестели. 
- Принесите ей что-нибудь, - тихо, но властно приказал Питер. 
Труди оглянулась на Кремера, который лишь усмехался себе под нос.