Афина. Голос войны (СИ)

Тишину разбил негромкий стон, столь тихий, что Ника по первости решила, что ей показалось. Карта Афины полыхнула, и тогда она заметила две зеленые точки в одной из комнат. Ника припомнила, что на схожем месте располагались покои Эвра — выходили на выгодную сторону и отличались приличных размеров балконом.
А вот соседняя комната оказалась пуста, и Ника, усилием воли подавив лишние мысли и волнения, нырнула в нее — там оказалось темно, пахло духами. Кажется, комната принадлежала женщине. Ника скользнула к окну и прислушалась.
- ..перестал помогать, - раздалось негромкое и злое. - И, ради всех богов, погаси свет! Глазам больно!
- Простите, светлый господин, но мне нужно вас осмотреть, - в ответ прозвучало твердое и сказанное женским голосом. - Я принесла вам повязку на глаза.
На несколько минут воцарилась тишина.
- Мне нужно снять приступ, - снова тихо и зло. - Сегодня помолвка моей сестры!
«Алри Никобатон», - догадалась Ника. - «Интересно».
- Отвар перестал работать. Это плохо, - цокнула женщина. - Не двигайтесь, я осмотрю голову.
Раздалось почти змеиное шипение, и Ника даже посочувствовала наследнику клана — по ее опыту, она так шипела только однажды в жизни. Когда провалилась в провал гор Драхуса и упала на спину. А наследник, по всему выходило, часто испытывал такую боль — раз отвар перестал работать.
- Плохо, - подтвердила мысли Ники неизвестная женщина. - У вас опять шея каменная. Вы соблюдали мои рекомендации?
- Я ел. И спал, - а теперь голос Алри окрасился нотками вины. - Как ты и говорила.
- Я говорила исключить переработки и нервное напряжение, - грозно ответила женщина, и Ника восхитилась — мало кто из простолюдинов когда-либо в жизни решался таким тоном говорить с аристократами. И тут же мысленно осеклась, вспомнив Морену.
Алри в ответ пробурчал нечто ругательное и очень тихое, так, что Ника ничего не расслышала.
- Они вам не помогут, - отбрила женщина. - Я не буду назначать вам большую дозу отвара и лекарств, они в больших концентрациях принесут вам больше проблем, чем пользы. Единственное, что могу порекомендовать, это сон.
Алри выругался более отчетливо.
- Мне надо спуститься. Хотя бы на полчаса, - сказал он после полминуты раздумий. - Но свет...
- Ничем не могу помочь, держите тяжелую и прохладную повязку на веках, вот и все, - твердо завершила диалог женщина. - Доброго вам вечера, светлый господин.
Пауза, негромкие странные звуки, затем шаги, а после едва хлопнула дверь. Алри Никобатон остался в комнате один.
«Теперь я знаю, что он чем-то болеет», - подумала Ника. - «Понятия не имею, пригодится ли эта информация, но неудачно, что он на втором этаже. Придется вести себя максимально тихо».
Ника осталась стоять, контролируя дыхание и войдя в медитацию. Любые лишние движения сейчас, когда Алри Никобатон не отвлечен неизвестной женщиной, могли привести ее к раскрытию, поэтому Ника терпеливо стояла, не издавая ни звука и чутко слушая происходящее. В какой-то момент ей показалась, что она снова на предгорье Драхус, ждет, пока появится снежный барс.
Торопливые шаги она услышала спустя полчаса. Встрепенувшись, Ника сосредоточилась на звуках из соседней комнаты.
- Доброго вечера, светлый господин, - и снова женский голос, но другой. Моложе и словно испуганный.
- Что там? Говори, - потребовал Алри.
- Паралийцы прибыли, но без одного. Без блондина, - оттараторила вошедшая, из-за скорости звуча невнятно. - С ними села Рияда, ваша сестра, как вы и просили, и потом подсела Бахир Албахрия. Все смотрят, но пока не обсуждают.
- Танцы уже начались?
- Я уходила перед самым их началом.
Алри вновь выругался.
- Прочь. И продолжай следить. Главное — слушай, кто говорит и что говорит, кто подходит, кто держится на расстоянии. И разговоры слушай. Всех!
- Будет исполнено, светлый господин, - снова быстро проговорила служанка, торопливо проглатывая гласные, и спустя полминуты дверь чуть хлопнула, закрываясь.
Алри зашипел на звук, пока Ника радовалась своей удаче — надо же, ей будут приносить сводку событий на блюдечке! Хоть раз глобально повезло. Когда ликование стихло, от скуки Ника принялась размышлять — наследник явно мучался неведомой хворью давно. Не терпел свет, громкие звуки, судя по последнему шипению, тоже.
  
«Первый раз слышу», - подумала Ника. - «И причем тут шея? И сон».
Она знала, что лекари или знахарки принимали роды, что при лихорадке или горячих ранах стоило тоже идти к ним, что иногда при падении кость смещалась, и что некоторые ушибы и гематомы тоже стоило подлечивать припарками. Но боль от света и звуков? Что-то новенькое.
Внизу нарастал странный шум. Прислушавшись к тишине, Ника осознала, что внизу играли музыку, которая становилась все громче с каждой минутой. После очередного стона сочувствие к наследнику стало сильнее, и Ника едва удержалась от порыва перелезть к нему в покои на балкон и прикрыть окна, чтобы приглушить звуки — внизу играли быстрый ритм на барабанах, в который начала вплетаться трогательная хорда.
«Хорошо играют», - подумала Ника, слушая заковыристые ругательства Алри Никобатон. - «Но бедолагу жаль, ему явно не нравится».
Следующий час Ника слушала любопытные и иногда совершенно незнакомые ей ругательства наследника клана, замерев и не шевелясь. Звуки музыки и барабанов причиняли Алри явную боль, и в конце, когда и ритм, и громкость усилились многократно, тот просто шипел и стонал, пока последний отзвук не стих наглухо.
«Закончилось», - с облегчением подумала Ника. - «Если он сейчас тут помрет, меня же поймают. Эта его болезнь неопасна? Хотя, тогда та женщина не ушла бы».
Следующий час Ника слушала любопытные и иногда совершенно незнакомые ей ругательства наследника клана, замерев и не шевелясь. Звуки музыки и барабанов причиняли Алри явную боль, и в конце, когда и ритм, и громкость усилились многократно, тот просто шипел и стонал, пока последний отзвук не стих наглухо.
«Закончилось», - с облегчением подумала Ника. - «Если он сейчас тут помрет, меня же поймают. Эта его болезнь неопасна? Хотя, тогда та женщина не ушла бы».
Потянулись долгие минуты ожидания. Через раскрытое окно в покоях доносился негромкий гул голосов — кажется, первая и торжественная части подошли к концу, и теперь аристократы Эрзо принялись развлекаться беседами, вином и яствами. Ника едва слышно вздохнула, ощущая, как тянуло пустой желудок — после опыта полуголодной жизни с беженцами она никак не могла наестся.
Торопливые шаги разбили тишину на втором этаже, и Ника встрепенулась, прислушиваясь.
- Светлый господин, - оттараторила уже знакомо служанка. - Слуги видели, как Бахир Албахрия вела беседу в комнате.. для женщин.
В ее голосе прорезалось смущение.
- Кто-нибудь слышал, о чем говорили?
- Нет. Но Бахир вернулась к своему брату, а не к столу паралийцев. К ним еще подсел светлый господин Дави Фархет, но беседа кажется сложной.
- Говори яснее.
- Они почти не общаются, - пискнула служанка, и Нике показалось, что она слышит долгий, тяжелый вздох Алри.
- Я спущусь еще через полчаса, - наконец сказал он. - Продолжай наблюдение.
- Светлый господин, после танцев паралийцы подошли к вашей сестре и ее жениху, - путаясь в слогах, доложила служанка, и поспешила покинуть покои. Дверь хлопнула чуть громче обычного.
- Да чтоб тебя, - глухо сказал Алри. - Как не вовремя.
Ника про себя не согласилась — как по ней, приступ у наследника случился невероятно вовремя. Для нее.
 Глава 28 
Кассандра насладилась танцами. Пару раз едва пригубила вино, жалея, что оно не разбавленное, и отмечая, что остальные тоже пьют микроскопическими глотками — за исключением сидящего напротив Дави, который изредка отпивал прилично.
«Интересно. Не боится потерять голову? Или наоборот, хочет потерять самообладание для чего-то?», - Кассандра мельком глянула на Эвра, который прикоснулся к своей чаше один раз, едва сдержал желание поморщиться и теперь брал чашу исключительно для того, чтобы в руках что-то было.