Принц-леопард

Гарри откинулся и лег рядом с ней, тяжело и прерывисто дыша.
– Я хотела, чтобы ты этого не делал, – сказала Джордж, удовлетворенно лизнув любимого в шею. - Я хотела, чтобы ты оставался со мной до конца.
– Ты же знаешь, моя госпожа, что это невозможно, – голос его прозвучал неумолимо.
Она повернулась и прижалась к нему. Ее рука тихо гладила его потный живот, пока снова не нашла его мужскую плоть. Взяв ее в руку, она подумала, что разговор может подождать до завтра.
Но, проснувшись на следующее утро, она обнаружила, что Гарри уже ушел.
***
Одна рука Беннета была закинута за голову, нога расслабленно свисала с кровати. В ледяном свете луны его шея казалась сделанной из металла. Он храпел.
Осторожно ступая, Гарри бесшумно прошел по комнате и приблизился к кровати спящего. Ему следовало покинуть эти места еще неделю назад, когда он осмелился сбежать прямо из неостывшего ложа своей госпожи. Собственно, он так и собирался поступить. Однако он долго не мог оторвать взгляда от обнаженного тела любимой женщины, безмятежно спящей после ночи страстной любви: ведь он знал, что покидает ее навсегда. Но другого выхода он не видел. Хотя им и удалось скрыть от Грэнвиля выздоровление Гарри, но скоро Сайлас все обязательно пронюхает, это лишь вопрос времени. И с того момента, как это случится, жизнь леди Джорджины окажется в опасности. Ведь Сайлас Грэнвиль безумен в своем гневе. Гарри отчетливо понял это во время своего заключения в подвале лорда. Поиск и убийство Гарри были конечной целью Грэнвиля, какие бы другие мотивы ни руководили этим монстром. Лорда Грэнвиля ничто не остановит, даже жизнь невинной молодой женщины. Сайлас любыми средствами добьется своей цели и убьет Гарри. Подвергать жизнь своей госпожи такой опасности несправедливо, тем более что у их отношений, скорее всего, нет будущего.
Он прекрасно осознавал все эти доводы. Но что-то все равно держало его здесь, в Йоркшире. Поэтому он сейчас прятался ото всех; за последнюю неделю Гарри достиг в этом деле больших успехов. Ему удавалось скрыться как от самого Грэнвиля, так и от его головорезов-ищеек, рыскавших по полям и лесам. Сегодня он тоже передвигался с большой осторожностью. Его кожаные ботинки едва слышно поскрипывали. Спящий на диване мужчина их явно не слышал.
Прислушался к шорохам и поднял голову только лежащий на соломенном тюфяке рядом с хозяйской постелью паренек.
Гарри замер и посмотрел на Уилла. Мальчик едва заметно кивнул ночному гостю. Гарри кивнул в ответ и приблизился к кровати. Минуту он стоял и просто смотрел на спящего Беннета. Потом склонился и прикрыл его рот ладонью. Беннет конвульсивно дернулся, потянул руки вперед, пытаясь убрать ладонь Гарри.
– Кто здесь?…
Гарри снова приложил ладонь к губам Беннета, тот в ответ двинул его коленом. Гарри сдавленно хрюкнул.
– Тише ты, остряк чертов, это я.
Беннет еще некоторое время сопротивлялся, пока слова Гарри не достигли его сонного разума, и только потом затих.
Гарри предостерегающе поднял руку.
– Гарри? Ты?
– Радуйся, что это всего лишь я, – шепотом проговорил Гарри. – Если будешь все время так крепко спать, не заметишь, как в дом проникнут воры. Даже Уилл проснулся.
Беннет свесился с кровати и посмотрел на мальчишку:
– Уилл, ты здесь?
– Да, сэр, – Уилл уже успел сесть на своем тюфяке.
– Господи Иисусе, – Беннет откинулся на подушку, прикрыв глаза рукой, – ты до смерти напугал меня.
– Вижу, ты совсем расслабился там, в Лондоне, – ухмыльнулся Гарри уголком рта. – Не правда ли, Уилл?
– Ну, я не знаю… – Видно было, что паренек не хотел очернять своего нового хозяина. – Можно и поволноваться сейчас немного, ничего особо страшного не случится.
– Спасибо, старина Уилл, – Беннет убрал с лица руку и посмотрел на Гарри. – Зачем ты пришел ко мне среди ночи?
Гарри сел на кровать, прислонившись к спинке. Мыском ботинка он подвинул ноги Беннета, освобождая себе место. Тот раздраженно следил за действиями незваного гостя и потом оттолкнул ботинок.
 
Гарри вытянул ноги и спокойно сказал:
– Я уезжаю.
– Так ты пришел попрощаться?
– Не совсем. – Гарри опустил глаза и принялся разглядывать ногти на пальцах правой руки. Там, где у всех нормальных людей обычно бывают ногти, у него их не было.
– Твой отец одержим идеей убить меня. Когда он узнает, что леди Джорджина спасла мне жизнь, выходила меня после истязаний, он дико разозлится.
Беннет кивнул:
– Да, он совсем обезумел, всю прошлую неделю носился по угодьям и орал, что наконец-то посадил тебя под замок, буквально сошел с ума.
– Да, он ведь еще и член городского магистрата, не забыл об этом?
– И что ты в такой ситуации можешь сделать? Кто вообще может с ним что-либо сделать?
– Я могу только найти настоящего преступника – того, кто травит овец, – Гарри посмотрел на Уилла, – и того, кто убил миссис Поллард. Это умерит его пыл. – И еще тогда он точно отстанет от его любимой госпожи.
Беннет сел на кровати.
– Это все здорово, но как именно ты собираешься найти преступника-убийцу?
Гарри замер. На шее у Беннета на тонкой цепочке висел кулон – маленькая, грубо вырезанная фигурка сокола.
Гарри моргнул. На него нахлынули воспоминания.
Это было давным-давно. Прекрасное раннее утро. Солнце светит так ярко, что больно открывать глаза. Они с Бенни, пожевывая былинки, растянулись на траве, на самой вершине холма.
– Смотри, что у меня есть, – Гарри вынул из кармана эту фигурку и протянул Бенни.
Тот покрутил ее в своих по-мальчишески грязных пальцах.
– Это птица.
– Разве не понятно, это сокол.
– Конечно, я так сразу и понял. – Бенни поднял глаза. – Чья это работа?
– Моя.
– Правда? Ты сам ее вырезал? – Бенни уставился на Гарри во все глаза.
– Ну да, – Гарри пожал плечами. – Меня отец научил. Но это только первая вещица, она еще не очень хорошо получилась.
– А мне нравится.
Гарри снова пожал плечами и уставился на ослепительно голубое небо.
– Хочешь, оставь себе.
– Спасибо.
Они еще некоторое время лежали в траве, готовые вот-вот заснуть под ласковыми лучами солнца. Потом Бенни резко сел.
– У меня тоже есть кое-что для тебя.
Он вывернул оба кармана, покопался у себя за пазухой и, наконец, выудил оттуда маленький грязный перочинный ножик. Тщательно вытер его о штаны и протянул Гарри.
Гарри посмотрел на перламутровую рукоятку, попробовал острие подушечкой пальца.
– Ух, ты, это здорово, Бенни, как раз подойдет фигурки вырезать.
Чем они с Бенни еще занимались в тот день, он уже не мог вспомнить. Наверное, как обычно, катались на своих пони. Может, удили рыбу. Потом страшно голодные пришли домой. Обычно именно так и проходили в то время их дни. Да сейчас это и неважно. А на следующий день отец Гарри обнаружил, что мать спит с Грэнвилем.
Гарри поднял голову и посмотрел в глаза Беннета – такие же зеленые, как и его собственные.
– С тех пор я его больше не снимал, – Беннет прикоснулся рукой к кулону.
Гарри кивнул и на мгновение отвернулся.
– Еще до своего ареста я начал расспрашивать людей, наводить справки. На прошлой неделе после небольшого перерыва я продолжил свои расспросы – тайно, конечно, чтобы твой отец не выследил меня. – Гарри повернул голову и снова посмотрел на Беннета, теперь уже полностью контролируя свои эмоции. – Почти никто ничего не видел и не знает, но ведь тех, кто ненавидит твоего отца, не считая меня, очень много.
– Таких наберется полстраны, не меньше.
На сарказм в голосе Беннета Гарри никак не отреагировал.
– Я подумал, что стоит поспрашивать о более давних временах.
Брови Беннета поползли вверх.
– Слушай, а как насчет твоей няни? Она ведь еще жива, а?
– Старушка Элис Хамбольт? – зевнув, сказал Беннет. – Да, она жива. Когда я вернулся, то первым делом заехал к ней. Ты прав, она наверняка что-то помнит, она много чего знает. Такая тихоня, всегда все подмечала.