Остров первый. Десять невезучих (СИ)

Работа её была отчасти творческой. Как у скульптора, вот тебе бесформенный кусок камня, берёшь зубило и молоток и делаешь из него шедевр. То же самое было у неё, вот бесформенный кусок жира, сделай из него что-то, что хоть отдалённо напоминает человеческое тело. И ведь делала, безнадёжных случаев почти нет, если у человека есть хоть крохи собственной воли, то он обязательно добьётся результата. Так было и с этой женщиной, выглядела она не очень, но зато желания стать лучше хватило бы на троих. Все тренировки выполняла от и до. Никогда не ныла, что устала и всё болит (а всё действительно болело, тренировки для неё были серьёзной нагрузкой), всегда прибывала вовремя и даже, кажется, придерживалась диеты.
Вынимая женщину из тренажёра, Даша похвалила её:
— Вот так, умница, а в следующий раз добавим по два синих.
Худеющая уставилась на неё глазами больной собаки, тут же пришлось подбодрить:
— Результат идёт хорошо, месяца через три ты над такими весами смеяться будешь. А на сегодня у нас всё. Завтра будет выходной, как раз чтобы всё отболело и в норму пришло, а послезавтра к четырём, не опаздывай.
— Ага, — выдохнула клиентка, но возражать не стала.
— И про диету не забываем, — тут же добавила Даша. — Вчера на ужин что ела? И во сколько?
— В восемь, — прилежно ответила она. — Творог, сто сорок грамм, разбавленный кефиром. Гадость.
Она скривилась, выражая тем самым своё отношение к вкусной и здоровой пище. Эти понятия были взаимоисключающими.
— Прекрасно, — Даша улыбнулась, а клиентка, ступая неуверенно на ослабевших ногах, отправилась в раздевалку.
— Есть успехи? — спросил её Вадик, тоже тренер, качок огромного роста, заслуженный мастер спорта в тяжёлой атлетике. — Или умрёт раньше.
— Есть, — с гордым видом ответила Даша. — И немалые. Минус четыре килограмма стабильно, и на её ляжки уже можно без содрогания смотреть. Думаю, за полгода смогу что-то приемлемое слепить. А у тебя как?
— У меня… — Вадик скептически посмотрел на двух парней, что старательно выполняли жим с сорокакилограммовой штангой. — Думаю, к пенсии станут крепкими парнями. Осталось начать правильно питаться, не жалеть себя и бросить вредные привычки. Но это вряд ли, скорее отбудут месячный абонемент и больше сюда не придут.
— Ленивые?
— Даже не ленивые, а… — он задумался, подбирая нужный термин. — Слишком себя любят. Они тут главные, они — пуп земли, они настолько круты, что купили абонемент и даже тренера наняли. И зачем его слушаться? Ну, говорит что-то, и пусть говорит. А мускулы будут расти только от того, что тренер рядом стоит. Сейчас закончат и отдохну. К восьми парень придёт с ожирением, вот на нём и оторвусь.
Даша знала этого парня, вроде бы и здоров, нет ни диабета, ни других болезней обмена веществ, а при этом к пятнадцати годам растолстел до ста двадцати килограмм, притом, что ростом метр семьдесят. Но, видимо, подростковые проблемы крепко дали в голову. Выпросил у родителей денег, теперь каждый день приходит после уроков, сел на диету и слушается тренера во всём. Такой упёртый клиент — просто мечта. Ему и тренер особо не нужен, его только слегка направлять требуется, и иногда придерживать, чтобы не порвал себе мышцы и сухожилия. И результат, который радует тренера (Вадик его даже фотографировал для личной рекламы, вот до занятий, вот через месяц, вот через два), уже через три месяца парень весил приемлемые девяносто пять килограмм, да и фигура, если и не напоминала бодибилдера, то стала вполне привлекательной. Вроде бы, даже девушку себе нашёл.
Даша отошла за сойку и отыскала стакан с давно остывшим кофе. Теперь можно отдохнуть, своя тренировка будет только вечером, попутно решила переключить музыку на ноутбуке. Этот плейлист стоял уже три дня. Но не успела, экран ноутбука внезапно погас, а вместе с ним погасли и лампы, отчего зал погрузился во тьму. Не совсем, конечно, во тьму, в одной стене имелись четыре довольно больших окна, а вот три другие были глухими.
Достав телефон, Даша набрала охрану, старшего смены:
 
— Толик, ты не в курсе, что у нас со светом?
— Пока нет, в городе свет есть, — сообщил Толик, отчего-то закашлявшись. — Могу только подозревать. Саид с утра на первом этаже электрощиток чинил. Что-то так искрило, видимо, так починил. Я ему звонил, он не отвечает, а сходить не могу, я один на вахте.
— Поняла, сейчас сама схожу, узнаю.
— Добро.
Толик отключился, а Даша задумалась. Стоит ли спускаться на первый этаж? Потом решила, что стоит, на первом этаже можно купить кофе в автомате, а заодно найдёт Саида и выяснит обстановку.
Саид, высокий худой узбек в комбинезоне, выполнявший функции завхозе, обнаружился именно там, где и должен был: в коридоре на первом этаже, где он стоял на стремянке и, едва не по пояс залезая в щиток, пытался что-то чинить. Даша засомневалась, стоит ли его сейчас отрывать, там ведь электричество, опасно, убить может. Постояв некоторое время, всё же позвала:
— Саид, как там? Свет скоро будет?
Внутри послышалась возня, полетела пыль и какой-то хлам, потом показалась всклокоченная голова Саида.
— Свет нет, — уклончиво ответил он. — Автоматы горят, один, второй, третий, начальник говно купил, всё менять надо. Сейчас сделаю, а потом менять.
С этими словами он снова нырнул в щиток, сделал он это так резко, что стремянка зашаталась. Даша рефлекторно схватилась за неё, чтобы подстраховать. В ту же секунду раздался треск. Посыпались искры, Даша увидела, что Саид падает на неё сверху, попыталась отпустить стремянку, но уже не смогла. Они упали вместе, а из щитка повалил густой дым.
Семён, сварщик, слесарь,
электрик, немолодой
и крепко пьющий мужчина.
Калым — дело святое, вот работаешь ты по основному месту, получаешь зарплату, пусть и неплохую по меркам предприятия. А тут бац, подходит к тебе начальник цеха, или даже кто-то левый, надо вот это и вон то сделать, желательно завтра к вечеру. Надо срочно, иначе смерть. И можно отправить к начальству, пусть оформляют через бухгалтерию, потом выписывают со склада материалы. Ну и себе любимому сверхурочные.
А можно поступить иначе. Просто взять заказ, найти материалы самому (учёт слабый, подходящее железо обязательно найдётся), а потом поработать пару часов после окончания рабочего дня. Кто-то ему помешает? Да чёрта с два. Тут никто не следит, чтобы работяги не задерживались на рабочем месте. Если раньше уйти надумаешь, тогда да, тогда сделают замечание, а если задержался, наоборот, молодец. Душа болит о производстве. Да и охрана на проходной до шести никого не выпустит, а после — сколько угодно. А потом заказчику останется только договориться с той же охраной и, возможно, с начальником цеха, чтобы полученный результат вывезти.
Так было и сегодня. Некоему человеку потребовалось срочно получить металлическую ёмкость специфического вида. Бак кубической формы, откуда выходит труба с изгибом, а сверху у бака отъёмная крышка, в которую входят две трубы поменьше.
Семён, привсё своём опыте, не мог понять, для каких целей эта штука может служить. Но это было и неважно, дали чертёж, размеры, сказали, какой толщины должен быть стальной лист. Этого достаточно, остальное — не его проблемы. Заказчик подошёл чуть позже, когда всё уже было готово, осмотрел изделие, кое-где измерил рулеткой, после чего сказал, что результатом доволен. Теперь оставалось договориться о вывозе, но это уже не к Семёну, он свою работу сделал.
Заказчик сразу понял прозрачный намёк, вынул из кармана кошелёк и отсчитал несколько купюр. Всё, как условились. Более того, бонусом пошёл небольшой пакет с бутылкой хорошей водки. Это вообще замечательно, будет с чем вечерок скоротать, и в магазин идти не надо.
За ворота он вышел в восьмом часу. Тут было варианта два. Согласно первому он сейчас пойдёт домой, в комнату в общаге, где спокойно выпьет подаренные пол литра под вчерашний борщ, второй вариант предусматривал поход к бывшей жене, которая его всё ещё принимала. Выпить можно и там, но с хорошей закуской, правда, неприятным бонусом были нравоучения бывшей жены.