Весталка. История запретной страсти (СИ)

Но вот одна его рука скользнула по внутренней стороне её бедра и осторожно раздвинула ноги, а другая мягко накрыла её грудь. Марк уже не старался скрывать своё нетерпение: ведь он так долго ждал этого часа. Необузданно, яростно, целовал он нежную шею, набухшие груди, мягкие изгибы бёдер, упругий тёплый живот. Изгибаясь под ним, Альбия тихо стонала от наслаждения. Она забыла и обо всех запретах, и об опасности чужого вторжения в дом, и о возможных последствиях. Сейчас для неё существовал только один Марк, и никакие силы не смогли бы оторвать её от него: этого человека она любила и желала всем своим сердцем и телом... Она почувствовала, как он дотронулся горячими губами до её болезненно напрягшегося соска, подалась ему навстречу и вдруг вскрикнула, ощутив мощный толчок – это Марк вошёл в неё.
От незнакомой резкой боли, пронзившей всё её тело, на глазах у Альбии выступили слёзы. Кажется, Марк что-то заметил, и Альбия, опасаясь, что он остановится, обхватила его за шею руками и обвила поясницу ногами, удерживая его около себя. На мгновение оба замерли, словно перед входом в волшебный мир, созданный только для них двоих... А потом Марк начал медленное движение внутри неё, то продолжая шептать ей на ухо ласковые слова, то покрывая её поцелуями...
Они оба полностью отдались во власть захлестнувших их чувств. Лёгкие вскрики, стоны, прерывистый жаркий шёпот... Движения Марка всё ускорялись, толчки становились всё сильнее и сильнее... И вот, громко простонав, он на миг замер, и с последним его толчком волна блаженства накрыла их с головой...
Марк медленно склонился и прильнул к губам Альбии. Чёрные глаза смотрели на неё с любовью и нежностью.
– Я тебя люблю, люблю, люблю, – произнёс он слегка охрипшим голосом.
– Никогда не думала, что такое возможно, – призналась Альбия и посмотрела на любимого сквозь полуопущенные ресницы. – Я чувствую себя обновлённой, счастливой и вместе с тем немного потерянной. Ведь ты не знаешь, – да и откуда тебе знать? – как пуста и безотрадна была моя жизнь. И теперь у меня такое чувство, будто до тебя я и не жила вовсе, будто вся моя предыдущая жизнь была сном...
– Теперь ты понимаешь, почему и моя жизнь без тебя не имеет никакого смысла? Без тебя я больше не могу дышать! – Марк улыбнулся и провёл пальцем по её подбородку.
Альбия прижала его ладонь к своей щеке и тихонько засмеялась, как смеются дети перед волнующим и полным открытий приключением.
– Знаешь, впервые в жизни я уезжаю так далеко от Рима и впервые отправляюсь в такое путешествие. Несколько недель плавания, вокруг только море и только небо над головой...
– Обещаю, скучать тебе не придётся, – прошептали ей на ухо тёплые губы.
– И что же мы будем делать?
– Любить друг друга всё время, пока будем плыть...
Их обнажённые тела снова приникли друг к другу. Так они лежали, обнявшись, слившись в поцелуе, рот ко рту. Альбия представила, что это их свадебный обряд: что Марк женился на ней в этом скромном, но уютном домике, вдали от всех, у подножия гор, над которыми сияют звёзды.
  
Глава 45
 
– Марк, Альбия, немедленно вставайте! – неожиданно, точно гром среди ясного неба, в доме раздался взволнованный голос Деция.
А в следующее мгновение он уже стоял над обнявшимися влюблёнными; лицо его раскраснелось от холода, свисавшие на глаза золотистые пряди слиплись от пота, дыхание было тяжёлым и прерывистым. Казалось, Деций долго уходил от погони и теперь никак не мог отдышаться.
Никогда прежде Альбия не видела его таким встревоженным и, ещё не зная о том, что случилось, почувствовала холодок в сердце.
– Нужно бежать сейчас же, не теряя ни минуты, – продолжал торопить влюблённых Деций, подавая им одежду. – Одевайтесь и выходите за мной на улицу. Если повезёт, сможем ускользнуть от них под покровом ночи...
– Ты можешь объяснить, что происходит? – спросил Марк, отводя брата в сторону так, чтобы Альбия могла без стеснения одеться. – У тебя такой вид, будто ты повстречался с самой Гекатой...
 
В ответ он услышал рассказ о том, как Деций, направляясь к соседнему городку с намерением поразвлечься в местном лупанарии, повстречал по дороге деревенского конюха. «Уж не один ли ты из тех, кто поселился у нашего Симина?» – поинтересовался тот, наверняка зная, с кем говорит. И не дождавшись подтверждения, прибавил: «Я бы на твоём месте не уходил так далеко, а готовился встречать гостей. Нынче расспрашивали меня люди при оружии да на лошадях, как найти дом Симина, торопились... Я на всякий случай указал им дорогу подлиннее: не понравились они мне, а более всех – женщина, что ими командует».
– Догадываешься, как зовут эту женщину и зачем она привела за собой вооружённых людей? – закончил свой рассказ Деций и, уже не глядя на брата, вышел за порог.
Марк, обнимая Альбию за плечи, последовал за ним. Они едва сделали несколько шагов, как на дороге, посеребрённой светом луны, показались всадники.
– Остановитесь! – прозвучал в ночи повелительный женский голос.
– О демоны подземелья... – со злостью процедил сквозь зубы Деций.
Побег казался теперь невозможным: к ним приближался целый отряд вооружённых людей, любой из которых мог пустить стрелу им вдогонку, вздумай они повернуть в другую сторону.
– Из переулка можно добежать до леса – в темноте не просто продолжать погоню, – сказала Альбия, у которой в момент смертельной опасности появилось неожиданное хладнокровие. – Этим людям нужна я. И я пойду им навстречу, вы же постарайтесь воспользоваться задержкой, чтобы спастись...
– Альбия, я тебя не отпущу. – Марк, как тисками, сжал её плечи. – Я же говорил тебе, что отныне и навеки мы неразлучны. Или ты бежишь с нами, или я остаюсь с тобой.
Альбия вывернулась из его рук:
– Марк, родной, я очень тебя люблю! Жаль, что так вышло, но прошу об одном! Сделай всё, чтобы спастись, чтобы уцелеть и жить дальше – ради нашей любви! Помни: я ни о чём не жалею и ни в чём не раскаиваюсь! Ты был и навсегда останешься для меня единственным любимым мужчиной на свете! – Она губами прижалась к его губам, а Марк вдруг обхватил её руками, притянул к себе и стал, словно безумный, покрывать поцелуями лицо весталки.
– Альбия, любимая, бесценная моя! – шептал он. – Неужели ты подумала, что я способен спасать свою жизнь такой ценой? Для чего она мне без тебя? Перед богами мы теперь муж и жена: я твой Гай, ты – моя Гаия.
– Марк, ты что, с ума сошёл? – Деций умоляюще схватил брата за руку. – Альбия права: ты должен спасти свою жизнь, чтобы потом суметь спасти её! Бежим же, пока не поздно!
Встретив твёрдый и весьма красноречивый взгляд чёрных глаз, Блоссий-младший умолк. Он понял, что все уговоры бесполезны, а он сам теряет из-за них драгоценное время. Через мгновение Деций, пронесясь стрелою по переулку, нырнул в густую темноту леса.
Деллия, приближаясь к дому во главе отряда, видела и Марка, и стоявшую рядом с ним девушку. И ещё она видела, как он обнимал и страстно целовал весталку, а та даже не пыталась сопротивляться. Для Деллии это означало одно: весталка переступила черту и теперь всецело принадлежала Блоссию. «Всё выяснится завтра!» – сказала она себе с мрачной усмешкой, и взгляд её, полный непримиримой ненависти и жгучей ревности, упал на Альбию.
– Берите их обоих, – приказала Деллия сопровождавшим её воинам, которых ей дал Ликин. И, больше не произнеся ни слова, стараясь не смотреть на Марка, развернула лошадь.
А Марк в это время не сводил глаз с Альбии. Они понимали, что пришло время проститься и, скорее всего, уже навсегда, но тем ценнее были для них эти последние минуты.
 
– Прощай, возлюбленная моя, прощай и прости меня за то, что своей страстью я навлёк на тебя столько горестей, видят боги, против своей воли! И пусть мне не суждена долгая жизнь, всё же умирать я буду с уверенностью, что жил не напрасно. Я был счастлив каждое мгновение, проведённое с тобой, моя дивная Альбия, я любил тебя и был любим тобой: нет на свете ничего слаще такой любви.