Обречённая жена дракона

Я спиной пячусь к выходу, не зная, чего ожидать. Клоинфарн не двигается с места. Что он задумал?
– Ты правда позволишь мне уйти? – мой голос срывается от волнения.
– Откуда недоверие, дорогая? Просто… позови, если передумаешь.
– Не передумаю!
– Хорошо. Тогда обещаю… Если сейчас сбежишь, не буду тебя возвращать. Это твой шанс. Используй его.
– Тут есть подвох?
– Конечно.
– Какой?!
Вместо ответа дракон улыбается, и это улыбка монстра. Он знает что-то, чего не знаю я! Он меня не отпустит! Но всё же… всё же я должна попытаться!
Развернувшись, я со всех ног бегу прочь.
Через ворота – мимо слуги, мимо пса сотканного из тьмы. Никто меня не останавливает.
“Это ловушка! Он играется со мной!” – бьётся в голове зловещая мысль, но вместо того, чтобы остановиться, я ускоряюсь, подстёгиваемая страхом.
Туман расступается, а потом смыкается за спиной. Звуки приглушаются, будто на голову надели мешок.
Мне мерещится, то Клоинфарн идёт следом. И вот-вот схватит! А происходящее окажется жуткой игрой в охотника и жертву!
Я несусь сквозь серую пелену, едва не врезаясь в выступающие из тумана исполинские деревья. Почва бугристая от корней, и я внезапно запинаюсь, лечу кувырком, обдирая колени и локти, и замираю, тяжело дыша.
Холод дерёт горло, мышцы гудят. Я вглядываюсь в серую муть, ожидая увидеть силуэты преследователей… Но кругом тишина, не слышно даже лесных звуков. Неужели, меня правда отпустили?
Неужели…
Поднявшись на ноги, я запрокидываю голову, вглядываясь в ночное небо. Но оно почти не угадывается за туманом. Даже собственную вытянутую руку я вижу с трудом. Однако я всё же цепляюсь взглядом за светлое пятнышко луны… Соотнеся тот факт, что сейчас чуть-чуть за полночь, я без труда понимаю, в какую сторону двигаться.
Ну хоть что-то хорошее!
Клоинфарн думает, я тут потеряюсь? Поэтому так просто отпустил? Будет ему сюрприз!
Подобрав с земли длинную крепкую ветку, я решаю пробовать ею почву, прежде чем поставить ногу. Так буду двигаться медленнее, зато безопаснее. Подумаешь, туман! Я его не испугаюсь! Главное, чтобы здесь не обитало крупных хищников…
Сверяясь с луной, я иду в сторону города… Однако очень скоро, мои ноги тяжелеют, их становится всё сложнее переставлять. Я пробую растирать бёрда и лодыжки, но и пальцы начинают сгибаться с трудом.
“Я замёрзла, просто замёрзла”, – уверяю себя, но кругом не настолько холодно, чтобы так леденеть.
“А может, туман ядовит? Что, если он отравляет меня?” – мелькает мысль. Я встряхиваю головой отгоняя её, но она как назойливая оса – возвращается, жалит. Спустя ещё минут десять, я снова поднимаю руку к глазам и вздрагиваю. Пальцы побелели, я их почти не чувствую, и эта жуткая холодная белизна ползёт на кисть, на ладонь. То же самое происходит с ногами. Что это? Лёд? Нет… я словно каменею!
Боги! О Боги!
Я пытаюсь идти быстрее, но мои движения скорее напоминают ковыляния раненого в обе ноги солдата, и вскоре приходится опуститься на землю. Белая хворь уже добралась до локтей и лодыжек. Пальцы сгибаются, издавая жуткий хруст, будто крошится камень.
Слёзы подбираются к глазам. Клоинфарн знал, что так будет! Знал, что его глупая пленница не убежит далеко. Вот почему он столь довольно улыбался! А теперь ждёт, что я позову его на помощь? Что начну умолять спасти меня?! Нет уж… ни за что!
– Ненавижу! – шепчу, с хрустом стискивая кулаки. На землю падает мраморная крошка – это кусочки моей плоти, обратившиеся в камень. Метка на запястье жжётся – она не побелела, оставшись на руке островком здоровой кожи.
Тяжело дыша, вглядываюсь в туман. Он больше не кажется неподвижным… Теперь я вижу – он живой! Клубится, тянет лапы, желая вытянуть мою жизнь. В нём мелькают бесформенные тени, они кружат вокруг словно падальщики. Одна из теней особенно крупная – у неё множество длинных рук и вытянутая волчья пасть.
Морщась от боли, я хватаю палку и выставляю её перед собой. Так себе защита, но свою жизнь я продам дорого! Одновременно с тем, пытаюсь отыскать внутри источник магии…
 
Я его чувствую – в груди под рёбрами тёплый шар. Учителя говорили, что магии во мне много… но вот направлять её я практически не умею! Только если кустик могу заставить зацвести!
Можно ведь бить и чистой энергией! Но для такого использования, нужно распределить её по каналам. А моя сила слишком густая, липкая как смола и не подчиняется приказам воли. Мне говорили, стресс может помочь расшевелить силу… Сейчас его навалом! Но чуда не происходит – единственный эффект от моих потуг – это то, что палка в руках покрывается зелёными листьями.
Проклятье!
“Ну что, далеко убежала?”– раздаётся в моей голове тихий голос Клоинфарна.
– Главное, подальше от тебя!
“Помочь?”
– Нет! – выкрикиваю я, и в тот же миг из тумана выскакивает мелкая тварь, похожая на крысу-переростка. Чёрная, с горящими алыми глазами. Оскалившись, она пытается вцепиться мне в ногу.
Бам! Я отшвыриваю её палкой обратно в туман. И тут же справа появляется тварь крупнее…
“Не упрямься, Адель. Просто позови…”.
– Свали из моей головы! – кричу, ударяя нового монстра в чернильный бок. Пот застилает глаза, я тяжело дышу, руки дрожат. Они побелели уже до локтей и по ощущениям весят тонну! Окаменевшие пальцы стиснули палку, я не могу их разжать, даже если бы захотела!
Новый монстр появляется из тумана – огромный, с десятком конечностей, с длинной пастью полной острых зубов. А я больше не могу поднять руки! Не могу сражаться! Мне холодно, страшно, и я совершенно без сил!
Монстр роет лапами землю, а затем бросается вперёд.
Крик вырывается из моего горла! Но вдруг раздаётся щелчок, и монстр зависает прямо в полёте, будто его поставили “на стоп”.
Затылком я чувствую порыв свежего ветра, а потом кто-то ледяной обнимает меня со спины, обхватывает поперёк живота.
– Я не просила помощи!
– Ты умираешь, – произносит Клоинфарн.
– Нет, вовсе нет… – но я чувствую, дракон прав. Моё сердце стучит с натугой, будто его зажали в тиски, мир кружится. Я уже не стою – я повисла в чужих холодных руках безвольной куклой. Каждый вдох даётся с трудом, словно и мои лёгкие обращаются в камень. Внутренний зверь скулит от страха.
– Уходи, – шепчу онемевшими губами.
– Глупая девочка, – говорит дракон, поднимая меня на руки и прижимая к себе. Я бы хотела закричать. Вырваться! Но у меня не осталось сил.
Лицо Клоинфарна на расстоянии вздоха – лицо с острыми скулами, с надменными дугами бровей, с тёмным взглядом, в котором впервые читается искренняя эмоция – волнение напополам с досадой.
– Я и забыл, насколько упрямой ты можешь быть, – говорит он, а потом наклоняется и целует.
Едва наши губы соприкасаются, меня встряхивает, словно от удара молнией. По телу проходит волна жара, возвращая в конечности тепло. Руки и ноги начинает колоть тысячами иголочек. Больно!
– Ах, – я упираюсь ладонями в мужскую грудь, ощущая рельеф мышц даже под слоем одежды, отворачиваю лицо, пытаясь отдышаться.
Безумие!
Чистейшее безумие!
Ещё вчера я была в родном дворце, в окружении близких и любимых! Я собиралась выйти замуж за доброго и милого Роберта! А сегодня меня силой целует жуткий дракон, и вокруг клубится ядовитый туман, что едва не сгубил меня.
Я хватаю ртом воздух, перед глазами всё плывёт.
– Адель, – голос Клоинфарна пробивается словно сквозь вату. – Моя упрямая Адель. Моя жена. Я не позволю тебе снова сбежать.
Я смотрю на дракона…
И мне вдруг мерещится, что я уже слышала эти слова. Видела этот сжигающий изнутри взгляд. Чувствовала эти объятия, похожие на капкан! И я точно уже ощущала жар этих надменных настойчивых губ на своих трепещущих губах!
Но когда? Когда?!
“Никогда не отпущу”, – эхом проносится в моём сознании, прежде чем оно потухает, погружая меня во мрак забытья.
***
Клоинфарн