Восстание демонов (ЛП)

Хм.
— Как увлекательно… меня зовут Калеа, на всякий случай, если ты не хочешь продолжать называть меня дитя земли.
Тен наклонил голову.
— Я редко утруждаю себя такими пустяками для других людей, но, поскольку ты принадлежишь Райкеру, полагаю, я могу сделать исключение. Ка-ле-а. — он произнес мое имя, словно пробуя его на вкус.
— Спасибо, Тенебрис. Как ты узнал, что я… пара Райкера? — повторила я его предыдущие слова, и жар залил мое лицо.
— Он сказал мне.
Интересно. Я не думала, что Райкер будет говорить такую информацию, особенно когда я даже не была уверена, что он думает о нашей связи.
— Когда вы двое обсуждали это?
— Когда он познакомил тебя со мной.
Мои брови нахмурились. Я не слышала, чтобы Райкер разговаривал с ним ранее на поляне.
— Он говорит на языке фейри?
— В некотором смысле. Фейри общаются с помощью мыслей, и, поскольку мы с Райкером связаны, то можем делать это.
— Правда? Он рассказал еще что-нибудь обо мне? — спросила я.
Тенебрис выгнул темную бровь.
— На этот вопрос может ответить только он.
Я вздохнула. Конечно, очаровательный фейри, человек-лошадь и друг Райкера не собирался делиться со мной мыслями моего предназначения. Такими темпами я никогда не узнаю, какой он видит меня на самом деле.
— О какой связи ты говорил?
Лицо Тенебриса смягчилось, и нежная улыбка разбила его стоический фасад, когда он взглянул на Райкера.
— Фейри — божественные существа, посланные Великими Творцами в качестве защитников своих творений. Со времен существования они живут в гармонии с детьми ангелов. Каждый раз, когда рождается новое поколение королей, один из фейри добровольно становится защитником и опекуном этого ребенка. С помощью ритуалов и рун они устанавливают связь с ребенком, позволяющую им мысленно общаться, тем самым сближаясь. Фейри остается с ребенком, присматривая за ним и его потомками, помогая им по мере необходимости, до того дня, когда Великие Творцы не призовут их подопечных домой, и они не вернутся с ними в Великое Запределье.
— Подожди. Значит, когда Райкер умрет…
— Да. Умру и я. — Тенебрис говорил совершенно серьезно, как будто мысль о смерти нисколько его не волновала.
— Его состояние на грани смерти прошлой ночью никак на тебя не повлияло?
Тенебрис долго молчал, а затем посмотрел на меня.
— Я действительно почувствовал зов смерти, но, поскольку Райкер не умер, на меня это не повлияло.
— И это тебя не беспокоит? Ты жил веками, а теперь из-за того, что связал себя с Райкером, умрешь в течение этого столетия?
Фейри пожала плечами.
— Не все вещи на этой земле вечны, и смерть — это не конец. Большинство будет жить и умирать, и я благодарен за то время, которое у меня было, но, когда придет день, я готов начать следующую часть своего пути.
Я пожевала губу, обдумывая его слова, пока щебетание птиц и жужжание насекомых заполняли тишину.
— Ты упомянул о потомстве Райкера. Значит ли это, что ты сможешь разговаривать и с его детьми?
Тен кивнул.
— Как с кровными родственниками Райкера я тоже смогу с ними общаться.
— Только потому, что у них общая кровь?
— Да. Почему ты удивляешься?
— Я была кровно связана с Райкером, и его кровь течет в моих венах. Значит ли это, что ты можешь говорить и со мной мысленно?
Он нахмурился, сжав губы.
— Райкер назвал тебя своей парой, но не сказал, что связал себя с тобой таким темным способом. Я и не думал пытаться поговорить с тобой, но, полагаю… — он оглянулся, и его голубые глаза внимательно осмотрели меня. «Ты слышишь меня?» Его глубокий голос прозвучал в моем сознании, заставив волосы встать дыбом.
— Слышу… хотя странно слышать, как в голове звучит еще один голос.
— Еще один?
— Демон… — что-то зашуршало в кустах неподалеку, и я слегка сжала перья Стрелы, когда она шарахнулась в сторону, а белка перебежала дорогу. Я схватилась за грудь, тяжело дыша.
Тен долго смотрел на меня с каменным лицом. Я не знала, что он там нашел, но была благодарна, когда он сменил тему.
— Вы с Райкером не кажетесь такими… влюбленными, как большинство недавно вступивших в брак людей, которых я видел. Почему? — он вернул наш разговор в прежнее русло, как будто я не оказалась почти на заднице в грязи. Это было бы не в первый раз.
  
Тепло, не имеющее ничего общего с солнцем, расцвело на моем лице.
— Мы не выбирали быть связанными узами брака, как это делают большинство пар.
Глаза Тена расширились, такого выражения на его лице я еще не видела.
— Тогда почему вы вместе?
— Лилит… императрица демонов… заставила нас.
Тен повернул голову, как будто что-то высматривая в лесу вокруг нас.
— Я не вижу демона, и ты все еще здесь. Это не кажется мне вынужденным.
На моих губах заиграла улыбка, и я кивнула.
— Ну, она заставила его быть со мной, — поправила я. — Как бы эгоистично это ни было с моей стороны, я проведу с ним столько времени, сколько смогу.
— Так ты влюблена в него?
Я не смогла сдержать смех.
— Думаю, это можно так назвать… Почему тебя вообще волнует моя личная жизнь, вернее, ее отсутствие?
— Я не знаю. — взгляд Тенебриса опустился на Райкера. — Но он мне небезразличен. И ты теперь его часть.
— Ему повезло, что у него есть ты.
Пение птиц, мелодия ветра в листьях и мелкие существа в траве заполнили тишину в нашем разговоре. Мое внимание снова переключилось на неподвижного Райкера в объятиях Тенебриса. Ничего не изменилось, но мягкий свет добавлял едва заметное сияние его коже и переливался на беспорядочных черных локонах, обрамлявших загорелое лицо. Он выглядел так, словно только что заснул, а не находился в состоянии, близком к смерти.
Я глубоко вдохнула и почувствовала странный, но приятный аромат.
— Что это?
Тен оживился и огляделся вокруг.
— Ты о чем?
— Этот запах. — резкий солоноватый запах, почти как… — Соль?
— А, это океан, — сказал Тен, и волнение пересилило мой страх. Если мы смогли достичь океана, значит мы были намного ближе к островам. Я подтянула колени, и Стрела вскинула голову, переходя на рысь, заставляя меня подпрыгивать на ее широкой спине.
Тен ускорил шаг, и вскоре лес вокруг нас начал редеть, деревья становились все дальше друг от друга, а кустарники редели. Сверху доносились резкие крики, и я прищурилась от слепящего солнца. Над головой парили крылатые огненные ящерицы размером с птицу, их переливающаяся чешуя отражала солнце сверху и воду снизу.
— Ты когда-нибудь был на Драконьих Островах? — Спросила я.
— Нет, я бывал только на берегах. Драконьи Острова — не место для фейри.
Я нахмурилась.
— Почему нет?
Тен обошел молодое дерево, сосредоточившись на лесе впереди.
— Они принадлежат Драконам.
Мое желудок скрутило, и я прикусила внутреннюю сторону щеки. Конечно, здесь будут драконы; об этом говорилось в названии места. То, что я не подумала об этом, говорило о моей наивности.
— На побережье мы расстанемся, — проворчал Тен, продолжая идти легкой рысью, и на его лбу не было ни капельки пота. — Там же тебе придется оставить и своего пернатого друга. Драконы доставят тебя, но они не очень-то любят, когда кто-то вторгается в их воздушное пространство, неважно с добрыми намерениями или нет.
«Расстаться? Бросить Стрелу?» Меньше всего мне хотелось расставаться с двумя единственными спутниками, на которых я могла положиться.
Я ахнула, когда Стрела прорвалась сквозь последние деревья и остановилась на краю обрыва. Скалистый обрыв почти вертикально наклонялся вниз. Он сливался с обширной полосой мелкого серого осадка, который исчезал в полосе глубокой синей воды, простиравшейся до самого горизонта.
— Океан, — прошептала я, завороженная открывшейся передо мной невероятной красотой.
— Ты никогда не видела его раньше? — Тенебрис остановился рядом со Стрелой.
Он был прав. До этого момента я не видела океана. Живя замкнутой жизнью, за стенами дворца или в горном монастыре, я слышала об океане только сказки. Я закрыла глаза и вдохнула воздух, пропитанный солью. Прохладный ветерок играл моими волосами, а плеск волн и крики огненного дракона смешивались вокруг меня. Однако я не могла долго наслаждаться этими ощущениями, так как состояние Райкера вырисовывалось на переднем плане моего сознания.