Попаданка на Перекрестке (СИ)
Хотя, почему в чьей-то. Очень даже понятно, в чьей, потому что ее хозяин в данный момент стоял спиной к бесплотному духу девушки, и был при этом полностью обнажён.
Будь Марианна в своем теле, она бы точно покраснела как рак, а так принялась беззастенчиво разглядывать охранника. Ее же сон, что хочет, то и делает. Жаль, пощупать не выйдет, хотя хотелось бы, однозначно.
Подсознание не подкачало, показывая отличную, рельефную картинку. По особо выпуклым местам так и хотелось провести рукой или даже языком, чтобы проверить — так ли они упруги, как кажутся. Словно ощутив ее взгляд, Кэлан повернулся, и она забыла, как дышать.
Какой там зов тумана. Сейчас она не отреагировала бы, даже если поблизости разорвалась бомба.
Если он так же хорош в реальности, то я бы отдалась не задумываясь, промелькнула шальная мысль. Ну, она же сейчас во сне, зачем перед собой-то душой кривить. Больше всего ей Кэлан напомнил тех лесорубов и пожарных с эротических календарей — только стекающей по торсу воды не хватало.
Комната оборотня особо не отличалась от ее собственной по размеру. Неудивительно, что компьютер он собрал в подсобке под лестницей — к нему в жилище такая махина бы не поместилась. Узкая кровать, стол-тумбочка с колченогой табуреткой и крохотное окно с плотной занавеской. Даже шкафа не было, его заменяла раскоряченная лапами вешалка, с которой небрежно свисала верхняя одежда вперемешку с рубашками и майками.
Мужчина, что с него взять.
Мотнув головой, Кэлан подхватил с кровати полотенце и открыл дверь, ведущую в душ.
Марианна мысленно облизнулась.
Кажется, планируется десерт!
Преодолеть стену для нее не составило труда. Оборотень уже успел включить воду, и крохотное помещение постепенно наполнял пар. Похоже, он любит мыться в кипятке, отметила девушка, вытягивая призрачную руку. Капли воды пролетали сквозь нее с легкой щекоткой, и Марианна решилась. Провела самыми кончиками пальцев мощному плечу. Кэлан вздрогнул, словно почувствовал ее прикосновение, и с силой потер лицо ладонями, разбрызгивая душевые струи во все стороны. Его волосы намокли, прилипли к телу, и даже борода уже не топорщилась во все стороны, а пристойно лежала ровными прядями.
Кажется, когда-то он ее даже стриг.
Со спины мужчина впечатлял ничуть не меньше, чем спереди. У Марианны, оказывается, имелся пунктик насчёт мощных спин и ягодиц. Честно, она бы сейчас с большим удовольствием укусила Кэлана за аппетитное полупопие. И вообще покусала бы… девушка облизнулась, глядя на то, как перекатываются выпуклые мышцы, когда оборотень чуть сменил положение и упёрся рукой в кафельную стену.
Она потрясла головой, отгоняя наваждение. И что это на нее нашло? Она никогда не была из этих страстных особ, которые царапаются и кусаются, как дикие кошки. Ей и оргазм-то в постели получить была целая история… потому, наверное, бывший и пошёл искать разнообразия.
И что это, спрашивается, происходит? Сначала она набрасывается на Кэлана с поцелуями живьём, теперь вот во сне продолжает заниматься мысленным развратом. Ох, кажется, организм требует своего. Может, пойти на поводу у подсознания? Тем более, если оборотень на самом деле одарён так, как ей рисуется…
Марианна подлетела поближе и повыше, заглядывая поверх его плеча, чтобы пристально оценить его достоинство. Будто ощутив ее внимание, то дернулось и выпрямилось, подрагивая под горячими струями воды. Девушка сглотнула, оценив размер. Поместиться-то, скорее всего поместится… рожают же как-то. Но будет ли от этого хорошо?
Кэлан же тем временем с невнятной то ли руганью, то ли молитвой, обхватил мыльной рукой член, плотно и крепко, и с нажимом провёл от основания к набухшей красноватой головке.
Оборотень с глухим стуком упёрся пылающим лбом в холодную стену. Ладонь его двигалась все быстрее.
Марианна, застыв над его плечом в трансе, завороженно наблюдала, как плоть еще увеличилась в размере, запульсировала, и наконец выстрелила беловатой струей спермы прямо на живот Кэлану. Девушка облизала губы, хоть и не чувствовала во сне сухости. Что до влажности, скорее всего, пижаму ее можно будет выжимать. Подобного возбуждения она давно не испытывала.
Все же что-то с ней творится неладное, вынуждена была признать Марианна. Она была готова кончить только от вида того, как Кэлан мастурбирует. Если бы ей довелось в процессе поучаствовать…
Воображаемый низ живота скрутило сладким спазмом. Ох, там кажется и простыню сушить придется…
Постояв немного неподвижно, оборотень отлепился от стены и решительно переключил воду на холодную. Марианна рефлекторно отшатнулась, пар поредел, а Кэлан, стиснув зубы, решительно шагнул под ледяную струю, приходя в себя.
Помогало, похоже, плохо, потому что мужчина вдобавок пару раз саданул кулаком по покрытым каплями плиткам. Те не дрогнули. Наверно, какие-то специальные, укрепленные, потому что бил оборотень от души, обычные бы точно раскололись.
Попятившись, Марианна бочком, бочком выплыла из ванной… и тут же услышала знакомый вой-песню. Только, кажется, в этот раз ее исполняли не в одиночку, а дуэтом. Может ли быть такое, чтобы тот туман приманивал не только ее, но и кого-то еще? Или он каким-то таинственным образом размножается?
Лететь и проверять, сколько там певцов, девушка не решилась, тем более что тяга становилась все сильнее. Того и гляди, понесет к Никану, или где там теперь обосновалась тварь… и одна ли она?
Неожиданно Марианне стало очень страшно.
Сон это или нет, неважно, но умереть от инфаркта можно и не просыпаясь. А что тут водится, в этом магическом мире, из паразитов, она понятия не имеет. Может, и правда поинтересоваться у преподавателей, кто может так во сне петь? Плевать, если над ней посмеются, тут уже не до шуток. Марианна чуяла пятой точкой, что стоит ей расслабиться и поплыть по течению, на зов — и все. Обратно в тело она может не вернуться. Займет ли его кто-то еще или оно просто умрет, неизвестно, но проверять свои догадки она не спешила. Некоторые вещи лучше не знать наверняка.
Пение стихло — из ванной вышел Кэлан в одном классическом полотенце на бедрах. Стоило Марианне подумать, что это просто готовый кадр из фильма для взрослых, как оборотень размотал ткань и принялся вытирать голову.
Температура в комнате разом подскочила для девушки градусов на десять, и стало трудно дышать…несмотря на то, что ей вроде как и не нужно было. Нет, она все же фетишистка и извращенка, призналась сама себе Марианна, облетая мужчину по кругу, чтобы рассмотреть во всех подробностях. Шерсти, вопреки ожиданию, на нем было не так уж много. Вроде бы, оборотень, животное во второй ипостаси — хотя реальность подобного Марианне все еще было сложновато уложить в голове — но волоски курчавились только на груди и в паху, если не считать небольшой завлекательной дорожки, опускавшей взгляд к самому интересному. Все остальное — гладкая, ровная кожа золотистого оттенка, которая так приятно контрастировала бы с ее собственной бледностью. Девушку посетило отчетливое желание побиться головой о стену, как и сам Кэлан недавно. Что с ней такое творится, отчего она залипает на заросшего бородой неандертальца и мечтает его облизать и покусать? Не иначе, намудрил что-то в эликсирах тот врач, что ее осматривал.
Марианна замерла. А что, вдруг ей и правда что-то подлили возбуждающее? Недаром отношения между охранниками и попаданками не запрещены законом. Не поощряются, да, но и не запрещены. Может, тут какой-то глобальный подвох, о котором она не знает?
Кэлан тем временем устроился на кровати, небрежно укрывшись одеялом по пояс, и бездумно уставился в потолок. Мокрые волосы разметались по подушке. Снова обретшая способность размышлять — раз основная красота прикрыта — Марианна неодобрительно покачала головой. Простудится ведь! Хотя, он же оборотень. Их, наверное, такой мелочью, как сквозняк, не проймешь.
Марианна просидела бесплотным духом в комнате Кэлана до самого рассвета. Раз тот странный туман не может до нее дотянуться здесь, то лучше не рисковать. Она прекрасно помнила свои бесполезные трепыхания, и совершенно не жаждала снова попасть под воздействие таинственного притяжения. Равномерное дыхание наконец задремавшего оборотня убаюкивало, и она сама не заметила, как вытянулась рядом с ним на кровати. Мыслеобраз мыслеобразом, а память и рефлексы никуда не девались, и висеть под потолком ей было психологически некомфортно. Так что она улеглась вдоль теплого мужского тела, уткнувшись носом в уютно пахнущую мылом и мускусом спину, и задремала.