"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Совершенно понятно, что долго всякие неприятности в тылу немцы терпеть не станут. И что тогда? Тогда, скажем, одна дивизия по дороге на фронт притормозит свое движение и вместо фронта начнет наводить порядок в тылу. Нашей армии это, несомненно, будет в плюс, но вот партизанам придется туго. Без авиации, танков и артиллерии воевать с регулярными частями нельзя. Просто почти бессмысленно погубим людей. И если авиацию еще как-то можно будет вызывать в поддержку, то танки и пушки нам точно не светят. Что же остается в сухом остатке? А в остатке необходимость постоянного контакта с командованием наших частей и нанесение ударов в тылу одновременно с ударами на фронте. Пусть фашисты подергаются. Уж тут точно никакого блицкрига у них не будет. А чем раньше начнется война на износ, тем раньше она и кончится.
Далее я стала прикидывать оптимальное число людей для каждого отряда с учетом того, что не все они будут так тренированы, как бойцы ОМСБОНа. Небольшими группами гораздо легче маневрировать. Но ведь и большие налеты тоже нужно проводить. Вот и подбирай после этого оптимальную численность! Ладно, как учили нас классики марксизма-ленинизма, практика – критерий истины. Пока нам удается сочетать мелкие и крупные акции, проводя их с минимальными потерями. Но очевидно, что не всегда так будет. Просто немцы совершенно не ожидали подобного поведения от народа. Но скоро, очевидно, разработают инструкции и начнут принимать меры. Кстати, надо будет озадачить товарища Судоплатова. Пусть через наших Штирлицев затребует содержание подобных инструкций. Мы тоже будем принимать меры.
Через восемь дней, когда я еще не начала нервничать, но уже стала ерзать, в лагерь вернулась первая группа. Если коротко сформулировать результат, то: взорвано три автомобильных моста, ликвидировано два патруля и одна небольшая колонна. С собой привезли три мотоцикла с колясками и пулеметами с БК. И привели с собой еще двух новеньких, которых сразу направили по этапу, то есть сначала к врачу, а потом к Кондрашову. Также доложили о созданной промежуточной точке, достаточной для проживания пяти человек с перспективами развития до двадцати человек. Сдали пятнадцать солдатских книжек. Так как потерь у них не было, а потраченные боеприпасы практически полностью компенсированы захваченными трофеями, то я засчитала выход как успешный. За последующие два дня вернулись еще восемь групп. К общему счету прибавились взорванный железнодорожный мост, три сожженных склада с продовольствием, предназначенным для отправки в Германию. Обстрел пяти колонн, находящихся на марше. Отбитая у конвоя колонна военнопленных, которых немцы использовали на погрузочно-разгрузочных работах. Потери (увы) двух групп, действовавших совместно, составили шесть человек убитыми, причем, что меня особенно огорчило, двое были из моего первого отряда, и восемь ранеными. Оказалось, что во время налета на колонну военнопленных неожиданно к немцам подошло подкрепление. Задним умом мои бойцы потом уже поняли, что налет на колонну был плохо подготовлен, что в нашем отряде не принято. Они не успели как следует осмотреться, а в километре двигался немецкий батальон, который с ходу вмешался. Так что диверсантам пришлось скорым ходом убегать в росший рядом лес и там еще около суток петлять, сбивая преследователей со следа. Из-за этого и военнопленных привели очень мало – всего четырнадцать человек. А в колонне было более ста человек. Командиру этого сводного отряда я высказала все, что о нем думаю, да парень и сам ходил как в воду опущенный. Наверное, на следующие пару рейдов я его командиром не поставлю.
К концу второй недели вернулись все, кроме группы Витальева. О ней не было ни слуху ни духу. От кого-кого, но от Витальева, лучшего нашего разведчика, я этого никак не ожидала. Из трофеев, кроме стрелкового оружия и боеприпасов, которых у нас и так уже было с солидным избытком, в наше хозяйство поступили полевые телефоны с бухтами проводов общей длиной более километра. Я этому очень обрадовалась, так как теперь мы могли даже в условиях плохой видимости координировать наши действия. Обо всем было доложено наверх и получено полное одобрение всех акций, проведенных отрядом «Песец», с обещанием наград для особо отличившихся. Кроме того, мне было дано разрешение на поиск группы Витальева. Мы с Остапенко уже закончили формирование группы поиска и намечали этапы проверки, когда после очередного сеанса связи радист вернулся с хорошими новостями. Оказывается, группа Витальева натолкнулась (или на нее натолкнулся – как это было точно, я из текста радиограммы не поняла) на реальный «самостийный» партизанский отряд «Смерть фашистам», организованный местными жителями из Орши. К сожалению, рации у того отряда не было – вот поэтому сообщение о встрече так задержалось в пути. Но теперь мы успокоились и через Москву стали договариваться о контакте с этим отрядом. Насколько я поняла, партизаны были в таком контакте крайне заинтересованы, потому что у них не только были проблемы с оружием и боеприпасами, но и не было опытных людей, которые могли бы грамотно руководить отрядом. Москва обещала прислать им грамотного командира, а все остальное должны были передать им мы. Единственно, с чем у данного отряда партизан было хорошо, – так это с продовольствием. Ясное дело, когда в отряде все местные, то они хорошо знают, что где лежит и как до этого всего добраться.
 
Как ни было жалко расставаться, но я решила, что лучше Витальева никто с работой в том отряде не справится, поэтому, снаряжая «высокое посольство», просила передать ему приказ остаться в отряде вместе со всей своей группой. Что касается оружия, то мы дружно решили отдавать только стрелковое оружие. Обе «Дашки» [125] и минометы могут эффективно использовать только профессионалы и только при крупных налетах, поэтому их мы никому отдавать не будем. Зато пулеметами, как нашими ДП, так и немецкими MG-34, мы могли поделиться в нужном количестве, присовокупив к ним достаточное количество боеприпасов. И, само собой, винтовки, мины, гранаты и взрывчатка. Этого добра у нас навалом. Поэтому вместо поискового отряда мы организовали отряд, который в одну сторону должен будет доставить оружие, а обратно привезти продукты и кое-какие хозяйственные материалы для изготовления различных сувениров для немцев. Единственно, что напрягало, – это расстояние. Подготовленная группа должна будет преодолеть около сотни километров. Если бы не груз, то дней за пять группа вполне могла пройти это расстояние, не сильно напрягаясь: в темное время суток идем, днем отсыпаемся. Но нужно доставить большой груз, значит, грузовики. Грузовики едут быстро, но ночью на них точно двигаться нельзя: их слышно и, кроме того, по ночам немцы не ездят. Значит, двигаться надо днем. Пришлось Остапенко крепко заняться сопроводительной документацией, причем сразу в обе стороны, то есть туда бумагу на оружие, а обратно – на продовольствие. Что он там соорудил – не знаю, но лейтенант уверил меня, что должно сойти. Мне пришлось поверить ему на слово – в конце концов, он профессиональный разведчик, а не я. Правда, по дороге обратно я разрешила нашим ребятам «пошалить», заявив, что десяток-другой немецких солдатских и офицерских книжек лишними не будут.
Перед отправлением Остапенко составил мне правильные тексты на немецком для гробиков. Эта идея ему так понравилась, что один полностью оформленный гробик он захватил с собой. Сказал, что покажет его в том отряде, а потом употребит по назначению. И вот мы с Ерохиным остались, а наш разведчик снова в пути. Пора планировать новые акции. Численность отряда практически не изменилась. Да, одна группа отдана в другой отряд, зато к нам присоединились бойцы-окруженцы и несколько бывших военнопленных. Сейчас небольшой курс реабилитации, проверка знаний, умений и навыков, небольшой тренаж и в бой. И еще. Мы уже достаточно освоили данное место, теперь можно перебираться к нашей реальной базе, назначенной еще в Москве. А тут оставим небольшой отряд для пощипывания немцев. Вполне возможно, что через некоторое время этот отряд тоже присоединится к нам, оставив здесь базу, на которой в случае чего можно будет отдышаться и подкормиться.