"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

– Так вы и про Ботвинника слышали? Может быть, вы и в шахматы играете?
– Играю немного. Мне ходы показали и научили, как читать шахматные книжки. А дальше я уже сама потихоньку.
– Не хотите сыграть со мной?
– Хочу, только сама стеснялась попросить.
– Ничего, я не страшный. Сейчас попрошу кого-нибудь принести нам шахматы.
Он подозвал мужика помоложе и не попросил, а приказал принести шахматы. Я вдогонку попросила принести листик бумажки и карандаш.
– А зачем вам это? – удивился мужик.
– Так меня учили записывать все партии, которые я буду играть. Сказали, что только так научусь наконец играть.
– Ну-ну. Записывай. Потом будешь разбирать свои проигрыши.
Принесли шахматы. Заодно к нашей лавочке подтянулись еще несколько больных. Кто-то из них сказал другому:
– Ну вот, надоело ему нас обыгрывать, теперь еще и эту девицу решил обыграть.
Ладно, посмотрим, как он меня обыграет. Кинули жребий, мне выпали черные. Я решила не мудрить и для начала просто повторять ходы. Но этот фокус не прошел. Видно, мужик действительно в шахматах понимает. Пришлось уже на третьем ходу свернуть в сторону. Впрочем, играть было не слишком сложно. Он все время старался вскрывать линии и атаковать. Я от вскрытия линий не отказывалась, а от нападений старалась защищаться минимумом средств. Ходов через пятнадцать создалась довольно запутанная позиция, и вдруг я увидела, что он готовит мне ловушку. Подумала, подумала и придумала! Не до конца он все рассчитал! В критический момент я как бы зевнула пешку, но когда он эту пешку взял, то стала шаховать его конем. Получился вечный шах, то есть ничья. Народ загудел, обсуждая партию, а мужик перевернул доску, и мы снова начали играть, только теперь белыми играла я. Снова сложная позиция. Теперь я приготовила ловушку, в которую он попался. Через пару ходов могу дать мат, но так не интересно. Я подумала и в этой позиции тоже нашла вечный шах. Тут нас позвали обедать. Мы разошлись по палатам, а после обеда и мертвого часа тот мужик снова нашел меня и предложил продолжить игру. За неимением ничего лучшего, согласилась. До ужина мы сыграли три партии. Так как зрителей не было, то решила не хохмить, и игра пошла в одни ворота. Мы попрощались перед ужином, и мне показалось, что партнера я потеряла.
На следующее утро снова приняла мумие и не знаю: может, это было самовнушение, но показалось, что ребро болит чуть меньше. А может, просто времени уже прошло достаточно, чтобы оно само начало заживать. Во всяком случае, чувствовала я себя существенно лучше. И оказалось, что очень вовремя пошла на поправку. Потому что приехал Судоплатов. Так как Зои в палате не было, то понятно, что приехал он именно ко мне.
– Ну что, товарищ Северова, как ты себя чувствуешь?
– Спасибо, товарищ старший майор. Чувствую, что поправляюсь.
– Очень хорошо. Вот тебе для улучшения самочувствия записочка. Почитай.
С этими словами он протянул мне сложенный листок бумаги. Я его развернула и увидела Васин почерк.
– Вчера туда летал самолет, и вот тебе привет от супруга. К твоему сведению, группа майора Ипполитова подчиняется мне. Так что со мной нужно дружить.
– Ой, большое спасибо, товарищ старший майор. Постараюсь дружить.
– А вот об этом сейчас и поговорим. Бери свое удостоверение, Анна Петровна, и пошли.
Мы пришли в зал, при входе в который сидел сержант НКВД. Судоплатов предъявил свое удостоверение, я – свое. После этого Судоплатов взял у сержанта ключи, и мы, пройдя через зал, подошли к запертой двери. Судоплатов отпер дверь взятым ключом. Оказалось, что эта дверь вела в небольшую комнатку с письменным столом, стульями и сейфом. Второй ключ на связке, взятой Судоплатовым, оказался от этого сейфа.
Судоплатов уселся в кресло, которое я сразу не заметила, а мне показал взглядом на рабочее кресло за столом. Ой, чувствую, что мне снова придется много писать. Судоплатов понял мои мысли и усмехнулся:
– Ты, Анна Петровна, недавно говорила наркому, что можешь потихоньку работать. Так вот нарком решил пойти тебе навстречу и придумал работу. «А то, – сказал товарищ Берия, – она сама найдет что-нибудь такое, от чего у нас у всех головы кругом пойдут».
 
Хм. Не иначе как товарищ Жуков на меня наркому настучал. Тем временем Судоплатов продолжил:
– Ты рассказала Зое много интересного, и, что в какой-то степени удивительно, не только ничего не приврала, но, как нам удалось выяснить, даже немного приуменьшила результаты своей деятельности. Так вот слушай задание. С максимальной подробностью опиши всю свою работу с самого начала войны. Меня не интересуют твои отношения с генералом Жуковым, с другими командирами и бойцами. Мне важны все твои действия, а главное, подробнейшее обоснование каждого действия в каждой конкретной ситуации. Твои мысли, если хочешь. Дело в том, что в конце концов ты всегда получала положительный результат. Вот мне и нужно знать, что ты при этом думала, какие факты оценивала и почему другие факты, вроде бы тоже относящиеся к делу, не учитывала. Задача понятна?
– Вроде бы понятна. Непонятно только, зачем это все нужно? Ведь я по каждому эпизоду писала отчет.
– Да, писала. И все твои отчеты уже просмотрены. Мной и Зоей. Но там приведены только факты и совсем не отражены мысли. Мы с Зоей сейчас отвечаем за подготовку бригады особого назначения – осназа. И нам очень важен опыт человека, который сумел уцелеть в нескольких, мягко говоря, сложных ситуациях. Пойми. Твой опыт выживания может в ближайшем будущем спасти многие жизни. Все. Работать будешь в этой комнате. Ключи при выходе сдавать дежурному сержанту. Рабочее время для начала: два часа в день. Потом, по мере выздоровления, сама будешь его увеличивать. Телефон для связи со мной есть у дежурного. Если сомневаешься в моих полномочиях, можешь позвонить Трофимову. Счастливо работать. Начинай прямо сейчас.
С этими словами Судоплатов ушел, оставив меня одну в комнате. Строго говоря, на первый взгляд ничего сложного в этом задании не было. Ну, придумала я подстрелить мотоциклистов и прихватить их мотоцикл, ну, опознала диверсантов по биноклям. Что тут мне помогло? Быстрая реакция, хорошая ассоциативная память, нестандартное мышление. Память в разведке умеют тренировать, реакцию тоже. Так что достаточно будет описать последовательность мыслей, приходящих в голову, и образ действий, из этих мыслей вытекающий. Я начала писать, и как раз за пару часов кое-что у меня получилось. Но, сдавая ключи дежурному, я вдруг сообразила, что с этим заданием вляпалась «по самое не балуйся».
Лично я до попадания в прошлое имела ровно нулевой опыт в военных делах. Умение стрелять тут, наверное, можно не учитывать. И у всей моей родни, включая прадеда, опыт ведения боевых действий был примерно таким же. Да, вся моя родня по мужской линии либо служила в армии, либо изучала военное дело во время учебы в институте. Но даже прадед, провоевавший с 1941 по 1943 год, за все время нахождения в действующей армии по немцам ни разу не выстрелил. Как-то не попадались немцы специалисту по ремонту танковых радиостанций. Так что военных знаний, казалось бы, у меня никаких нет. НО! Я просмотрела кучу фильмов про войну. Прочитала множество книг про войну. Насмотрелась передач про войну. Причем не только про ВОВ, но и про Афган, и про Чечню. Кое-что находила в Интернете. А также чуть ли не напрямую сталкивалась с терактами, причем СМИ так расписывали эти теракты, словно старались, чтобы все население страны получило «бесценный опыт» организации подобных ужасов. Откуда у меня идея с чучелами? И почему я привязала гранату на высоте человеческого роста, а не замаскировала на земле, хотя так было проще? Как молодому лейтенанту ГБ приходят в голову эти, строго говоря, простые идеи, про которые не знают опытные кадровые военные? А старший майор Судоплатов, да и его помощница Зоя Рыбкина – это не те люди, которым можно повесить лапшу на уши. Они эту лапшу немедленно сбросят. Остается только один выход: обратиться за помощью к товарищу Берии. Только он сможет либо что-то присоветовать, либо ограничить Судоплатова в его любопытстве. Значит, надо проситься на прием к наркому.