"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Пока все эти мысли мелькали у меня в голове, комбат принял решение и отправился с капитаном на доклад к полковнику. Тем временем один из его сообщников в звании, как я рассмотрела, лейтенанта неожиданно подошел ко мне:
– Товарищ лейтенант госбезопасности, разрешите вас на пару слов.
Вот еще напасть! Что он от меня хочет? Мы отошли немного в сторону, и тут лейтенант злобно зашипел:
– Ты что, дура, нацепила «парабеллум»? Тебя же вот-вот раскроют. Не могла взять табельное оружие красных? Ты бы еще вальтер прихватила!
Понятно, он принял меня за свою. Я благоразумно не стала его информировать, что вальтер у меня тоже есть, а робко так возразила:
– Дело в том, что у девки, которую я вытряхнула из этой формы, было официальное разрешение на «парабеллум». И внешне мы с ней были похожи. Только выглядела она чуть старше меня, но тоже блондинка.
– Все равно. Тебе что вдалбливали на занятиях? Не выделяться, быть как все, не привлекать внимания. Завтра же достань наган, а «парабеллум» спрячь. Да и форму лучше бы иметь армейскую, а не гэбэшную. Ведь говорили же, что в армии чекистов не любят. Сколько у тебя здесь бойцов?
– Никого нет, я одна. Нас ждали в месте прибытия и с ходу стали стрелять. Мне чудом удалось уйти. Потом вот нашла бабу в форме и немного похожую на меня. Втихую ее пристукнула и переоделась. Только так и удалось выкрутиться.
– Так, значит, к нам затесался предатель. Ты в какой группе была?
Единственный вопрос, на который я заранее заготовила ответ.
– Об этом поговорим, когда выполним задание и вернемся в школу.
Слава богу, что такой ответ лейтенанта удовлетворил, и он, наконец, успокоился.
– Ладно, об этом потом, а пока скажи, куда направляется полк?
– Понятия не имею. Из разговоров уяснила, что идет на фронт на замену какой-то части.
– Ясно. Туда полк дойти не должен. Что предполагаешь делать?
– Была бы одна – вообще ничего предпринимать не стала. Ограничилась бы сбором информации, пока не вернулась к нашим. А так… Сколько у вас тут людей?
– Мы с капитаном и еще трое. В полукилометре отсюда еще взвод.
– Тогда подождем, пока вернется капитан. Если они уговорят комполка, то станем во главе колонны и постараемся их запутать. А иначе придется пристрелить полковника. Это я могу взять на себя, так как уже один раз с ним разговаривала и он немного меня знает. А вы, как только услышите выстрелы, попробуйте посеять панику и надавите на оставшихся командиров, чтобы изменили маршрут. В темноте и при неясной ситуации весь полк либо останется на месте, либо послушается вас.
– А как ты выберешься?
– Один раз уцелела и второй раз сумею. Тут от бабы не ждут каких-либо хитростей, а учили меня на самом деле очень даже неплохо. Вывернусь. Да и темнота поможет. Вы с капитаном, главное, не подведите.
Лейтенант кивнул, и мы присоединились к командирам, которые ждали приказа. Наконец вернулись комбат с капитаном. Комбат сказал, что приказано снова выслать разведку, а всем пока оставаться на месте. Я сказала, что у меня тоже есть информация и мне нужно переговорить с комполка. Слегка кивнула лейтенанту и поехала назад. Как только мы отъехали, я объяснила Леше и Косте, что говорила с переодетыми немецкими диверсантами, но не могла их задержать, потому что не была к этому готова. Ребята недовольно заворчали, но я их успокоила, сказав, что те никуда от нас не уйдут.
Как только мы добрались до штабных машин, я сразу же обратилась к полковнику и попросила вызвать начальника особого отдела. Почти тут же около нас возник старший лейтенант-особист.
– Товарищ полковник, в голове колонны находятся переодетые немецкие диверсанты. С одним из них вы тут беседовали. Капитан, лейтенант и три бойца. А дальше в полукилометре еще засада численностью до взвода. Их задача – не допустить дальнейшее продвижение полка. Про танки, полагаю, они врут. Просто хотят запутать.
– Ас чего вы взяли, товарищ Северова, что это диверсанты?
– Это я вам потом объясню, товарищ полковник. А пока нельзя терять ни минуты. Их нужно срочно задержать. Но если вы хотите подтверждения, то можете проверить. Вы их окружите, а я тут несколько раз выстрелю, вроде как хочу вас убить. Мои выстрелы послужат для них сигналом к действию.
Полковник кивнул особисту, и тот скрылся в темноте. Пока ждали, мне пришла в голову мысль, что немцы в чем-то все-таки недорабатывают. По словам лейтенанта, учат всех диверсантов «не выделяться, быть как все», сами при этом снабжают свои группы такими биноклями, которые в РККА днем с огнем не сыщешь. И скрепки необычные для документов используют. Чудики, одним словом. Минут через семь полковник повернулся ко мне и предложил стрелять. Я вытащила «парабеллум» и три раза пальнула в воздух. Почти тут же в голове колонны раздались выстрелы, которые, правда, быстро затихли. Еще через десять минут старлей вернулся:
– Товарищ полковник. Двое задержаны, остальные убиты. У нас легкие ранения получили три бойца.
– Вы уверены, что задержали именно диверсантов?
– Так точно, товарищ полковник. Проверил их документы.
Тут особист наклонился к полковнику и продолжил, заметно понизив голос:
– Признаки, полученные нами по ориентировкам, совпали.
– Хорошо, продолжаем движение. Задержанных доставите в особый отдел армии. Товарищ Северова туда как раз направляется. Составите ей компанию.
Ну, положим, я направлялась не совсем в особый отдел, но все равно это меня полностью устраивало. Я не удержалась и наклонилась к особисту:
– Что, нержавейка?
Старлей слегка дернулся, но потом сообразил, что я вполне могу быть в курсе дела.
– И она тоже.
– Вот и хорошо. Значит, я сделала все правильно. И еще, товарищ старший лейтенант. Обратите внимание на мой бинокль. У обычного армейца такого быть не должно. Это немецкий, цейссовский. – Надо все-таки выяснить, что это означает. – Ими снабжают диверсантов. Мне его выдали со склада НКВД.
– Спасибо, товарищ лейтенант, это я учту на будущее.
Тут я воспользовалась служебным положением и потребовала, чтобы мне передали все бинокли диверсантов – их, мол, следует сдать в НКВД. Старлей оторопел от моего требования, но, заметив кивок полковника, со вздохом согласился, и мой багаж пополнился тремя отличными биноклями. Зато в полку стало на пару мотоциклов и на несколько автоматов больше, что тоже было неплохо. Пистолеты ТТ для меня особого интереса не представляли – их достать не проблема.
Дальше наш полк двигался уже без приключений, если не считать небольшую перестрелку с остававшимися в засаде диверсантами. Но их при поддержке одного танка сопровождения очень быстро привели к виду, удобному для логарифмирования [96]. Пока нам было по дороге, я не удержалась и, договорившись с комполка, попробовала себя на трофейном мотоцикле. Оказалось вполне. И идет хорошо, и мощность больше, чем у наших. При случае надо будет где-нибудь «прихватизировать». Через двадцать километров я в компании команды, конвоирующей диверсантов, свернула к штабу армии, а полк двинулся дальше, на фронт. Удачи вам, бойцы.
Глава 5
Я вручила пакет командарму, ответила, как могла, на его вопросы и уже хотела было двигаться назад, как меня вдруг позвали к телефону, точнее к ВЧ. На другом конце был сам Жуков.
– Товарищ Северова. На обратном пути сначала поезжайте в 13-ю бомбардировочную авиадивизию.
Там завтра будут судить трибуналом замкомдива по техническому обслуживанию подполковника Шостака. Я знал его еще по Халхин-Голу как очень старательного командира. Поэтому хочу лично утвердить или не утвердить решение трибунала. Вам надлежит присутствовать на самом заседании, а потом, взяв решение трибунала, вместе Шостаком и его конвоем выехать в штаб фронта. Вопросы?
– Вопросов нет, товарищ генерал армии.
– Тогда выполняйте.
Вот еще одна головная боль! Интересно, что же такого натворил там этот Шостак, если его решили отдать под трибунал. Наверное, очень крупно накосячил, тем более что у подполковника возможностей накосячить намного больше, чем, скажем, у капитана. Я связалась с командиром 13-й БАД и договорилась, что без меня заседание трибунала они не начнут. Теперь небольшая арифметика. Заседание назначено на девять утра. Дорога туда займет примерно полтора часа. А сейчас час ночи. Значит, пять часов для сна у нас есть. Прекрасно. Мы с Лешей и Костей отъехали немного в сторону от штаба армии, вытащили многострадальный и слегка изрезанный парашют и залегли. Ух, здорово!