"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
— Запасаетесь борзыми щенками? [88]
— Так точно, товарищ младший лейтенант. Да, а где у вас гранаты?
Вот тут Виталий Кузьмич погрустнел.
— Чего нет, того нет. Гранаты НКВД не положены. Это только для диверсионных отрядов, но там их получают из РККА. Зато у нас хороший выбор ножей. Не хотите взглянуть?
Разумеется, я хотела. Выбрала себе хороший нож из золингеновской стали, нашла к нему ножны. Потом не удержалась и прихватила пару финок. Уже собравшись выходить из комнаты, заметила в углу кучку тростей разных фасонов.
— Товарищ младший лейтенант, а что это тут трости для стариков валяются в большом количестве?
— Ошибаетесь, товарищ лейтенант. Это не трости, а оружие. Стилет называется.
Виталий Кузьмич продемонстрировал мне, как из обычной тросточки можно неожиданно получить грозное оружие. Конечно, я в разных книжках читала про стилеты, но воочию увидела в первый раз.
Подумала и прихватила пару тростей. Одну отдам Романову, а вторую — про запас. Может, самой придется прикинуться старушкой с тросточкой. Все отобранное свалила в кучу у стола младшего лейтенанта. Он аккуратно все переписал под копирку. Дал мне расписаться, после чего выдал один комплект документов мне. Подозвал бойца, который помог все загрузить в машину на заднее сиденье. Покачал головой, нырнул куда-то в кладовку и притащил кусок брезента, которым мы с Лешей прикрыли все приобретенное богатство. Я подумала, что надо будет отдариться. Где-нибудь раздобуду пару ящиков гранат и привезу сюда. Пусть у Виталия Кузьмича будут и гранаты.
В штабе я наконец увидела Романова. Аристарх Ксенофонтович с гордостью доложил, что завтра будет готова вся партия арбалетов и что сегодня можно уже опробовать первые два. Сунулась к Жукову, он был занят. Поэтому я с чистой совестью доложила дежурному, что поехала на стрельбище заниматься вооружением для партизан и что буду через два часа. После этого Леша отвез нас на полигон. Там мы все трое опробовали арбалеты. К моему удивлению, лучше всех стрелял Леша. По его словам, в деревне он был лучшим стрелком из лука и самострела. Вот это и пригодилось.
Тут я решила, что настала пора вооружить Романова.
— Аристарх Ксенофонтович, а какой пистолет вы предпочитаете?
— Я, Анечка, по старинке люблю наган.
— Получите и распишитесь.
Я торжественно вручила наганы Леше и Романову. Романов с ходу расстрелял весь барабан с таким мастерством, что можно было и не смотреть на мишень. Но Леша не удержался и сбегал. Все яблочко было выбито. Вот что значит старая школа! После этого Романов дал Леше урок стрельбы из нагана. Одно из достоинств нагана как раз в том, что из него легче всего научиться стрелять. И Леша минут через тридцать смог попадать в корпус мишени на дистанции двадцать пять метров. Уже что-то. После этого я вручила Романову маузер. Его восхищению не было предела.
— Ну, удивили старика, Анечка. Где вы только раздобыли такую ценность? В Гражданскую это был самый популярный пистолет. И самый редкий, между прочим.
Потом все дружно учились стрелять из ППШ. Тут я была вне конкуренции — все-таки занятия у Ипполитова не прошли даром. Романов самокритично признал, что стреляет пока на троечку, а Леша пулял в белый свет как в копеечку. В заключение я преподнесла Романову трость. Надо отдать старику должное — он сразу смекнул, что это за штука, и за пару минут нашел на рукояти кнопочку, нажав на которую можно было выдернуть из трости узкое, почти полуметровое лезвие.
По дороге в штаб Романов еще сказал, что сегодня вечером в ЦК КП Белоруссии по указанию Пономаренко будет проведена закрытая выставка вооружения для партизанских отрядов. Там будут выставлены мины, привезенные Стариновым и Файнбергом. Неплохо бы показать там наши арбалеты и ловушки, часть из которых тоже готова. Договорились, что, пока я буду в штабе, он с Лешей отвезет все имущество на эту выставку. Романов останется там, а Леша вернется за мной и отвезет туда сразу, как только я освобожусь в штабе.
По приезде в штаб я первым делом нашла начальника охраны Жукова, майора Серафимова, и потихоньку выманила его наружу к моей машине. Там, стараясь не привлекать лишнего внимания, вручила ему ППШ с дисками. Майор оценил подарок и спросил, чем может отблагодарить. Я сказала, что нет ничего проще — мне нужно надежное место, где я могу хранить свой арсенал, кроме того — три ящика гранат. Серафимов место для хранения нашел сразу, а гранаты обещал предоставить завтра. Посмотрел на мой арсенал и сказал, что давно хотел раздобыть «парабеллум». Для хорошего человека не жалко, и Серафимов получил еще и «парабеллум». Все остальное мы с Лешей быстро выгрузили в выделенную нам клетушку, которая надежной решеткой была отделена от остального помещения оружейной комнаты. Согласно распоряжению Серафимова доступ к этой комнатке будет только у меня.
После этого я отдала машину Романову, а сама пошла к Жукову, надеясь, что он уже остыл. Оказалось, что Жуков не то чтобы остыл, а просто ему не до подобных пустяков. Он как раз проводил совещание командармов и комкоров. Оно только началось, и я успела просочиться на свое место. К моему удивлению, Жуков зафиксировал мое появление и, как показалось, даже слегка усмехнулся. Услышав его первые слова, я поняла, почему генерал сменил гнев на милость.
— Товарищи генералы. Сегодня в наш округ поступила директива из Генерального штаба, в которой предписано привести все войска пограничных округов в состояние повышенной боевой готовности. Срок исполнения — 21 июня. Сразу могу сказать, что если бы мы не начали подобную работу еще неделю назад, то, учитывая проблемы с транспортом, не сумели бы выполнить эту директиву, даже работая все двадцать четыре часа в сутки. А теперь я надеюсь, что уже завтра могу с чистой совестью рапортовать о выполнении этой директивы. Прошу доложить, как обстоят дела в армиях и корпусах, а также состояние авиации.
После этих слов по порядку отчитались все командующие армиями и корпусами. Они доложили о выводе частей из мест постоянной дислокации, о получении боекомплектов для стрельб, о начале минирования мостов и танкоопасных направлений, а также о подготовке ориентиров для артобстрелов на основных дорогах, ведущих в глубь страны. Отдельно отчитался командующий авиацией генерал Копец. Я думала, что все так и закончится тихо и гладко, но тут взял слово начальник особого отдела округа и заговорил об активизации диверсионной деятельности в нашем округе. Правда, его цифры заметно отличались в меньшую сторону от данных, которые я видела в НКВД. Где-то произошла нестыковка. Жуков заметил, что при этом докладе я заерзала, и вдруг перевел стрелки на меня, предложив заслушать по этому вопросу представителя НКВД. Все уставились на вскочившую меня, и я почувствовала, что уши сами по себе краснеют. Но нужно держать фасон.
Решив, что данные, с которыми я ознакомилась в НКВД, хотя и секретные, но могут быть оглашены на этом не менее секретном совещании, я добросовестно пересказала все цифры. Потом, пустившись во все тяжкие, изложила основные мысли, которые мы с майором Григорьевым написали в аналитическом отчете. Затем, чтобы присутствующим здесь генералам жизнь медом не казалась, заявила, что пока были только цветочки, а ягодки начнутся завтра-послезавтра.
— Дело в том, товарищи, что сейчас количество диверсионных групп и число членов в каждой будет быстро возрастать. И, что самое неприятное, если в ближайшее время начнутся боевые действия, то активность диверсантов еще возрастет. Следовательно, выделять бойцов в помощь НКВД придется и после начала боевых действий.
Этими словами я как будто воткнула всем шило пониже спины. Присутствующие недовольно загудели. Я выждала минуту и максимально спокойным тоном сказала:
— Товарищи, если у вас есть другие варианты, то НКВД Белоруссии с удовольствием их рассмотрит. Но у нас просто не хватает пока сил. Поэтому либо армия поможет НКВД, либо наши войска все время будут получать пули и ножи в спину. — Я позволила себе слегка улыбнуться и добавила: — Поймите, ни одна женщина не в силах дать больше того, что она имеет.