"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Да, вопрос ты задала серьезный. После того разгрома в нашем Генштабе было проведено серьезное изучение этой военной операции, и кое-что из выводов я могу тебе рассказать. Но вот, что интересно, на твой вопрос нельзя ответить только с военной точки зрения. Без политики тут не обойтись. Так что слушай и мотай на ус, которого у тебя нет.
После образования нашего государства у капиталистов всех стран главной целью стало его уничтожение. И когда Гитлер пришел к власти в Германии, все западные страны решили сделать ставку именно на него. Строго говоря, Гитлер и не скрывал, что основной его интерес лежит на Востоке. Германии нужны земли, природные ископаемые и рабы. Поэтому война с СССР для него была предрешена. И Англии, и Франции это было на руку. Они сначала сквозь пальцы смотрели на нарушения Гитлером Версальского договора, потом поощрили его, отдав Чехословакию, в которой, между прочим, прекрасная военная промышленность. Но была одна загвоздка. Не было у Германии общей границы с нами. Польша нас разделяла. Несчастные поляки и не подозревали, что обещания о помощи и даже договоры с Англией и Францией являются липовыми. Не собирались эти страны защищать Польшу при нападении на нее немцев. Наоборот, им нужно было, чтобы Польша исчезла с карты мира. Только в этом случае у Германии появлялась общая граница с СССР. А поляки, со своей стороны, надеясь на союзников, по отношению к Германии вели себя как Моська со слоном. СССР неоднократно пытался заключить договор с англичанами и французами, но те исключительно тянули время. Мы ведь могли помочь Чехословакии, но опять-таки не было у нас с ними общей границы, а Польша наотрез отказалась пропустить наши войска к чехам. Выступала Польша и против союза с нами. И вот только после срыва переговоров с англичанами и французами СССР, как ты знаешь, заключил договор о ненападении с Германией. Не могли мы в одиночку в то время воевать с немцами, тем более что на Востоке у нас «на загривке» висела (да и сейчас висит) Япония.
Далее Германия напала на Польшу. Чтобы выглядеть красиво перед всем миром, Англия и Франция объявили Германии войну. Тут началось самое интересное. Знаешь, сколько дивизий союзников стояло на границе с Германией к моменту начала войны?
— Понятия не имею. Ну, двадцать или тридцать, раз война началась для союзников неожиданно.
— Не угадала! В сентябре 1939 года с началом войны французы и англичане на границе с Германией имели 110 дивизий против 33 немецких. Получилась поразительная ситуация: на Востоке немцы добивают отчаянно сопротивляющихся поляков, а на Западе союзники стоят и практически не рыпаются, хотя могут запросто разгромить немцев. И подобное противостояние длилось до 10 мая 1940 года. За это время французским солдатам разрешили играть в карты, закупили для них 10 000 футбольных мячей. Короче, сделали все, чтобы разложить и деморализовать армию. И спокойно смотрели, как Гитлер сначала дожал Польшу, а потом захватил Скандинавию. Замечу еще, что большинство немецких генералов боялись французов и изо всех сил пытались отговорить Гитлера от перехода в наступление. Но фюрер их продавил, заявив, что французы не вояки. А Гудериан блестяще это подтвердил. Перед началом наступления численность солдат с обеих сторон уже была примерно равной, танков у союзников было заметно больше, и они были более совершенными. Единственно, у немцев было больше самолетов. Но главное, у немцев имелись четко разработанная стратегия и высокий боевой дух. У союзников в решающий момент не оказалось ни того ни другого. Они воевать не хотели и не были к этому готовы морально. Более того, по какой-то необъяснимой случайности к союзникам попал план немецкого наступления на Запад, но и это им не помогло. Ну как, ответил на твой вопрос?
— Ответили. Только теперь появились новые вопросы.
— Хватит на сегодня вопросов, — вмешалась Екатерина Михайловна. — Ты бы, Федя, дал гостье прийти в себя после трудного дня, поесть по-человечески, а вместо этого рассказываешь ей всякие истории.
 
— И правда. Давай, Анюта, отложим другие твои вопросы на завтра. А сегодня уже пора закругляться. Так что к столу, угощайся и отдыхай.
Вернувшись в комнату, я, как обычно, плюхнулась на кровать, уставилась в потолок и задумалась. Конечно, наши генералы считают себя умнее французов и англичан и полагают, что к войне готовы. Технически, может быть, это и верно. Численность войск постоянно наращивается, техника и боеприпасы прибывают, позиции оборудуются. Только вот немцы все наши позиции знают как свои пять пальцев. И главное, наши бойцы совсем необстреляны. Как они себя поведут, когда над их головами понесутся десятки, если не сотни бомбардировщиков? Боюсь, что не намного лучше французов. А как «обстрелять» бойцов, совершенно непонятно. Ведь не устраивать же им настоящие бомбардировки и артобстрелы? Это будут вопросы к генералу на завтра.
А теперь пора подумать о своем, о девичьем. Как я впишусь в эту войну? До начала войны все понятно — ловить шпионов и диверсантов, которых сейчас будет все больше и больше. Тут не соскучишься. Скоро вообще конвейер начнется — только успевай оформлять и отчеты писать. Кстати, здесь могут пригодиться те штучки, которыми я с помощью капитана Трофимова запаслась в Москве. Еще на некоторые мысли меня натолкнула шкура в комнате Ипполитова. Надо бы, чтобы он научил меня волчьему вою — в хозяйстве все пригодится.
А вот после начала военных действий возможны варианты. Конечно, в первую очередь это будет зависеть от того, куда направят Васю, потому что куда иголка — туда и нитка. Но область деятельности начальника горотдела НКГБ четко определена. Наши петлицы (чуть было не сказала погоны) могут привести нас в военную контрразведку. Но этот вариант пока рассматривать не буду. Во-первых, это сфера деятельности армии, а не НКВД или НКГБ (это я уже выучила). А во-вторых, меня не очень тянет в прифронтовую полосу. Не люблю шума, криков типа «танки прорвались» или «воздух». «Ни шагу назад» — это тоже не для меня. Тихо пришли, устроили гадость и тихо ушли. Вот то, что нам с Васей надо. Тогда остается разведка или партизанский отряд. Тут станет вопрос, используя современную мне терминологию, о спецсредствах. То есть о разных штучках, которые не стоят на вооружении в армии, но которые могут заметно облегчить выполнение заданий и нанесение максимального урона врагу. Нужно заранее придумать какие-нибудь нестандартные трюки, которые гитлеровцы никак от местного населения не ожидают. И кому их придумывать, как не мне. Все-таки за моими «плечами» множество голливудских фильмов, кое-какое, пусть и слабое, знание многих войн, прошедших уже после Отечественной, и, в конце концов, полное среднее и незаконченное высшее инженерное образование.
Какие прибамбасы военного применения можно сотворить с минимальными необходимыми ресурсами? Что мне нужно, что вспоминается?
Лук. Бесшумное оружие, убойная дальность до ста метров (на самом деле больше, но ограничимся этим расстоянием). Все замечательно, кроме одного — не умею я стрелять из лука. И мало кто сейчас умеет. Этому нужно учиться с детства. Да и изготовить правильный лук и к нему такие же правильные стрелы — это целая наука. Опять же лежа из лука не выстрелишь. Значит, лук отпадает.
Арбалет. Изготовить его проще. Убойная сила существенно выше, чем у лука. Удар при выстреле из арбалета в тишине слышен, но значительно тише, чем выстрел из винтовки или пистолета. Приемы стрельбы уже ближе к огнестрелу, стрелы, то есть болты, изготовить тоже несложно. Но все равно это не вполне мое. Итак, из ручного оружия остается традиционное стрелковое, а из бесшумного — только нож (и руки, если в контакте).
Теперь гранаты. Просто так кидать гранаты у меня получается плохо. Кажется, что двадцать метров для меня предел. Но на таком расстоянии меня и пристрелить легко могут. Не устраивает. Ага, помнится мне фильм, в котором актриса довольно быстро научилась кидать камни из пращи [43]. Это уже лучше. Научиться владеть пращой можно примерно за месяц. Мне ведь не надо попадать птице в глаз. Главное, чтобы камень — в моем случае граната — летел вперед, а не вбок или назад. Но тоже есть нюанс: для раскручивания пращи нужно свободное пространство радиусом около двух метров. Представляю, как я начинаю раскручивать пращу, а немцы в восторженном изумлении стоят и смотрят — ждут, когда же граната к ним прилетит. Во всяком случае, если кидать в темноте, то что-то может и получиться. Нужно, правда, предусмотреть фиксацию рычага гранаты, пока она раскручивается и летит. Для этого гранату можно засунуть в стеклянный стакан или обмотать промасленной ниткой, которую перед броском нужно будет поджечь. Так что пращу, как запасной вид вооружения, можно подготовить, тем более что нормальный человек при виде обычной веревки и куска кожи ни за что не сообразит, что на самом деле это оружие. Но на сколько я смогу кинуть гранату таким способом — примерно метров на сорок — шестьдесят? Лучше, чем ничего, но маловато. Хорошо бы еще что-то более радикальное.