"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
К тому же, у нас есть путь отступления — мы лишь выполнили свой долг, арестовали предателя. Кто нам сообщал, что он действует в государственных интересах? Правильно — никто. А еще, у нас появляется козырь — после этой операции ни Борман, ни Кальтенбруннер, ни Шелленберг и даже рейхсфюрер не осмелятся нас тронуть. Если, конечно, они усидят в своих креслах. Фюрер страшен в гневе.
— Они не осмелятся публично нас тронуть, — заметил оберштурмбанфюрер. — Но они вполне осмелятся просто приказать нас убить. Хорошо, Алекс, в целом я не против. Но надо многое обдумать. Завтра утром я сообщу свое решение.
— Шелленберг настоятельно требует моего контакта со своими людьми здесь, — напомнил Иван. — Под надуманным предлогом ликвидации несчастного Штирлица. Сам знаешь — просьба уже переросла в немедленный приказ. У меня складывается впечатление, что он просто собрался меня перевербовать. Либо выбить все, а потом ликвидировать. Надо с этим что-то решать и срочно.
— Знаешь, что Штирлиц натворил? — вдруг улыбнулся Скорцени. — Никогда бы не подумал. У парня, наверное, просто мозги вскипели. Я недавно случайно узнал.
— Говори... — Ваня сходил за бутылкой и плеснул в бокалы себе и Отто коньяка.
— Он сбежал, отправился в командировку и исчез. Прозт!
— Прозт. Тогда понятно.
— Но это не все, — оберштурмбанфюрер состроил загадочную физиономию. — Далеко не все.
— Что еще? Нагадил на стол в кабинете Шелленберга? — Ваня улыбнулся, вспомнив анекдоты про Штирлица.
— Примерно. Он разослал служебные записки в запечатанных конвертах Шелленбергу и Мюллеру и устроил так, что их вскрыли в одно время, когда он был уже заграницей. А там... — Скорцени заржал. — Там на листе бумаги был нарисован хер! Представляешь, очень дословно изображенный здоровенный мужской член!
Ваня хмыкнул:
— Действительно сошел с ума парень.
А сам не очень удивился. Штирлиц, что с него возьмешь. Жан Жаныч закончил свою роль очень дословно с анекдотами.
— Ну так что будем делать с людьми Шелленберга?
— Сходи, — посоветовал Отто. — Как раз узнаем, что они от тебя хотят. А я с Вилли вытащу если что.
— Опять мне первому лезь в дерьмо... — преувеличенно огорченно заявил Ваня. — А если меня просто пристрелят?
Скорцени флегматично пожал плечами: мол, от судьбы не уйдешь и добавил:
— Тебе везет, Алекс, надо пользоваться пока везение не закончилось. Мне тоже все это не нравится — меня срочно отзывают в Германию. Я должен был уехать еще вчера, но специально задержался.
Ваня тут же сунул руку в карман и нащупал амулет Петрухи.
В голове зазвучал голос якута:
«Твоя, Ванюска, фалтовый, фалт холосо...»
Иван сразу прогнал наваждение и бросил:
— Хорошо, сделаем это сегодня. У меня есть адрес явки...
Скорцени не возражал.
В назначенное время Ваня прибыл к дому, никаких опознавательных знаков в виде кактусов или фикусов на подоконнике не предусматривалось, он просто стукнул по дверному звонку. Предчувствия подсказывало, что события развернутся по худшему сценарию и они не обманули.
Улыбчивый молодой парень открыл дверь, пропустил его и сразу предложил сдать оружие. А предложение подкрепили еще два мужика с Вальтерами.
— Зачем?
— Это для вашей безопасности, — категорично заявил встречающий. — Не беспокойтесь, мы вам его вернем потом. К чему оружие на дружеской встрече?
Для лучшего понимания очкарик позади ткнул Ивана стволом между лопаток.
Все сразу стало ясно — Шелленберг решил устранить конкурентов. Официально он не мог убрать фаворитов Гитлера и Гиммлера, а неофициальный метод открывал пространство для широкого маневра.
Но Ваня к этому был готов. За время своих приключений он со звериной интуицией научился чувствовать опасность. К тому же, люди Шелленберга не производили впечатление специально подготовленных боевиков. Скорее всего он привлек к операции тех, кто был под рукой — топтунов, шифровальщиков и прочих из обеспечивающего персонала. Внешне опасность представлял лишь один — тот самый очкарик — он просто бугрился мускулами и был в чуть ли не в два раза больше Вани.
А еще, в коридоре сильно пахло какой-то химией. Что тоже наводило на мысли.
— Вы понимаете, кто я?
— Все мы понимаем, — закивал улыбчивый, — вам ничего не грозит, уверяю.
— Хорошо, — спокойно заявил Иван, сунув руку в карман.
— Не утруждайтесь, — парень блокировал руку Вани. — Мы сами...
В этот момент очкарик взял Ивана в мощный захват за шею и приподнял.
— Держите его за руки... — второй выхватил из кармана тряпку и попытался прижать ее к лицу Вани.
Но наткнулся на удар ногой в челюсть, а дальше Ваня выхватил маленький Браунинг и трижды выстрелил: дважды в ногу детине и в лицо третьему.
А потом отпрянул и добил магазин очкарику в голову.
Быстро сориентировался, окончательно отправил в нокаут первого, сунул Браунинг обратно в карман, достал уже Кольт с глушителем. Быстро осмотрел комнаты внизу и стал осторожно подниматься по лестнице.
На втором этаже раздался скрип, кто-то сунулся на лестницу, но сразу отпрянул.
Иван дважды выстрелил в сторону двери и сразу сверху раздался торопливый шепот.
— Не надо, я вас умоляю! Я тут не причем. Я просто врач... меня заставили...
— Покажись...
Из двери показался тучный мужик лет пятидесяти возрастом, перепуганный, потный с дрожащими руками.
— На пол...
Тот торопливо лег. Ваня пошарил взглядом, взял с тумбочки тяжеленный канделябр и от души шарахнул по башке врача.
После чего раздвинул занавески на окне, трижды включил и выключил свет, давая сигнал Отто и Вилли.
Через полчаса оставшийся в живых человек Шелленберга уже сидел связанным на стуле, врача пока просто связали и заперли в одной из комнат.
— Подойдет? — Вилли достал из камина раскаленную докрасна кочергу и помахал ей перед лицом пленного.
Парень испуганно зыркнул на железяку и быстро заявил:
— Я все скажу!
— Правильное решение, — одобрил Скорцени. — Итак, ваши планы?
Как очень скоро выяснились, планы были простыми — взять Ваню, наколоть развязывающей язык дрянью, для чего и пригласили врача, после получить все сведения о работе группы Скорцени в Европе. Подразумевалось, что сам Скорцени уже будет в Германии и никак повлиять на операцию не сможет.
Дальше планировалось изолировать Ивана и ждать приказа от шефа.
Ваня увел оберштурмбанфюрера в другую комнату.
— Теперь ты понимаешь, что визит Вольфа и захват меня с твоим вызовом в Берлин — цепочки одной операции?
Скорцени мрачно кивнул.
— Вольфа надо брать, иначе нас рано или поздно нас самих уберут.
Последовал еще один кивок, потом Скорцени посмотрел на дверь.
— Что с этими? Было бы неплохо одного оставить в живых. Хотя, я взял с собой портативный магнитофон. Можно записать его показания.
— Ты сам ответил на свой вопрос.
Ваня к незадачливым похитителям не испытывал ни жалости, ни ненависти, но они все умерли — так продиктовала обстановка.
Потом в доме стерли все отпечатки пальцев, обставили дело так, словно они сами друг друга перестреляли из-за банальной ссоры и начали готовиться к операции по захвату Вольфа.
В реальности операция только казалась легкой, на самом деле дело обстояло гораздо сложней — приходилось учитывать множество нюансов.
Вольф прибыл из Италии в Лугано, а оттуда поездом в Цюрих, вместе с соратниками: офицером разведотдела штаба СС в Генуе гаптштурмфюрером Гвидо Циммером, штандартенфюрером Ойгеном Дольманом и своим адъютантом штурмбанфюрером Максом Вернером.
Таким же порядком они планировали оправиться назад.
Брать Вольфа решили на следующей остановке после Цюриха.
Для операции привлекли Вилли и еще двоих людей Скорцени — последние должны были ждать на вокзале с машиной, чтобы переправить Вольфа и остальных в съемное шале в горах.
Все осложнялось тем, что американцы могли сопровождать немцев до границы, а в рамках хороших отношений с МакМерфи убивать их категорически не стоило.