"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Инспекторы заявились в том же составе.
— Отлично! Отлично, солдаты все свободное время должны уделять самосовершенствованию! — покивал один из инспекторов, тот самый пожилой оберштурмбанфюрер. — А ну ка заверните что-нибудь по-американски!
Курт браво послал нахрен инспектора, чем привел того в полный восторг.
Ивана и группу опять начали хвалить, но он вновь отметил пристальный взгляд штандартенфюрера из РСХА.
«Какого хрена, тебе, сука, надо? — подумал Ваня. — Вот же блядина...»
Впрочем, инспекция быстро убралась, но после этого Ивана дернули к Скорцени.
— Вы оправдываете мои надежды, штурмшарфюрер Краузе... — сразу заявил оберштурмбанфюрер.
Выглядел он неважно, усталый и чем-то расстроенный, к тому же от него явственно попахивало алкоголем.
— И я уже своим приказом назначил вас кандидатом в офицеры, — продолжил Скорцени. — Обучение здесь зачтем как прохождение офицерских курсов. Теперь... — он скептически ухмыльнулся. — Теперь, для того чтобы стать офицером, вам, Краузе, достаточно будет только выжить.
«А это будет сделать очень и очень трудно...» — закончил предложение за него Иван.
— Не буду скрывать... — Скорцени устало помассировал переносицу. — Задача нам предстоит очень трудная. И задание выполнят только такие как вы, штурмшарфюрер. А таких у нас очень мало. Присматривайтесь к людям, Краузе, присматривайтесь. Надежные люди нам понадобятся очень скоро. Но ладно, как ваше самочувствие? Физические нагрузки переносите нормально? Представьте, ко мне сегодня прибежал унтер-офицер, как там его... и заявил, что вы побили рекорд Германии в беге?..
Он еще немного поговорил с Иваном и отпустил его. Честно говоря, Ваня так и не понял, зачем его вызывали и списал на то, что подвыпившего Скорцени просто потянуло поболтать...
Глава 8
Утром Иван встал сам не свой, внутри мерзко зудело какое-то странное чувство тревоги. Зарядка, завтрак, тактическое поле, ангары техники, учебные классы — все шло своим, привычным чередом, но тревога все не проходила. Командиры молчали, словно набрали в рот воды, но Ваня уже понял, что операция, к которой их готовили, уже совсем рядом. И не ошибся — к вечеру следующего дня рота «Штиллау» прибыла в район Мюнстерайфеля, то есть, уже совсем недалеко от фронта. Личный состав находился в американской форме, с американским оружием, в полной боевой готовности, возле своей техники. Разговаривать по-немецки запретили, а роту изолировали от остальных. Правда, изоляция особенно не действовала — все сразу разбрелись куда попало.
Небо плотно закрывали свинцовые тучи, дул промозглый ветер, с неба срывался дождь пополам с мокрым снегом. Неподалеку у своих «Пантер» с понурыми мордами копошились танкисты из дивизии «Лейбштандарт Адольф Гитлер». Они пытались маскировать свои танки под американские самоходки, но получалось у них не очень.
— Все в порядке, как минимум три сотни километров гарантирую, — Вилли захлопнул капот бронетранспортера и принялся вытирать руки тряпкой. — Хорошая машинка. Прямо как моя «Олимпия», — Нойер опять затянул старую песню о том, как он собрал из дерьма и палок свой «Опель».
Ваня вздохнул, выбросил недокуренную сигарету и взглянул на часы. Он отправил Джексона на поиски дополнительного снаряжения и бензина, так как выдали до обидного мало. Шмеллинг умелся, но очень скоро вернулся, уже с разбитым носом. Как выяснилось, бензин, боеприпасы и снарягу искали все и делиться не собирались. Тогда Иван отрядил в силовую поддержку саперу обоих диверсов из «Бранденбурга» и десантника. Но и усиленная группа что-то задерживалась.
Снова закурив, Иван решил, если бойцы не добудут трофеев, самому пойди к ротному и устроить скандал. Обеспечение роты даже приблизительно нельзя было назвать достаточным. Бензина выделили всего нам один бак, к крупнокалиберному М2 [235] только одну ленту, к пистолетам-пулемётам Томпсона по два магазина, а на Гаранды [236] всего по три пачки патронов. С американской жратвой тоже было довольно скудно, зато жевательной резинки насыпали целый ранец и выдали два десятка бутылок дрянного кукурузного виски. Когда Ваня поинтересовался: нахрена, собственно, столько бухла и жвачки — ему ответили, что американцы всегда таскают с собой выпивку и жевательную резинку. Но, почему-то, остальным командам дали всего по паре бутылок.
К спрятанному в бронетранспортере немецкому вооружению боеприпасов хватало с избытком, но Штурмгеверы при американской форме смотрелись странновато.
К тому же, до сих пор почему-то не раздали документы.
— Тьфу... — собиравший пулемет Хайнц сплюнул и поежился. — Ну и погодка, командир. Когда нас будут расстреливать, хотелось бы солнышка...
— Рот закрыл, — оборвал его Иван. — Иначе я тебя сейчас сам расстреляю.
— Как прикажете... — танцор обиженно надулся и буркнул: — Хоть расстреляйте, но я ничего хорошего от этой затеи не жду.
Хайнц отличался крайне пессимистическим характером, мог своим нытьем довести до бешенства любого, и Ваня даже подумывал турнуть его из группы. Но не турнул, потому что при всех своих недостатках, балерун отлично знал американский вариант английского языка и был великолепным пулеметчиком.
«Сброд нытиков, недоумков и дебилов... — ругнулся Иван про себя по-русски. — Эх, сюда бы парней Селиверстова, да где же там...».
Правда, справедливости ради, боевые способности своей команды он оценивал выше среднего. По счастливой случайности в группу подобрались отличные специалисты в большинстве требуемых воинских специальностей. Нойер, Феллер, Визель и Шольц — настоящие боевые машины со специальными навыками диверсантов, Шмеллинг — сапер-универсал, Полль — пулеметчик и радист.
Правда с английским у половины группы все еще было очень скверно. Сам Иван, Курт, Вилли и Хайнц, с некоторыми натяжками еще могли сойти за американцев, а Руди и Адольф с Максом смогли всего лишь заучить несколько ходовых фраз и слов.
— Идут! — с облегчением воскликнул Вилли.
К бронетранспортеру тяжелой рысцой подбежала трофейная команда. Руди, Адольф и Макс до предела загрузились канистрами, ящиками и мешками, а Курт пер на себе пулемет Браунинг M1919 [237], несколько коробок с лентами к нему и «базуку» [238] с зарядами.
У Шмеллинга к разбитому носу добавился шикарный фингал под правым глазом. Остальные выглядели потрепанными, но целыми.
— Мы Джексона опять вперед пустили, нарываться, значит... — радостно хохотнул Курт. — Он и нарвался. А когда его снова пинать стали, вступились. И вот! — он тряхнул пулеметом. — Принимай, командир...
Оба диверсанта довольно ощерились. Из них только Руди отличался мало-мальски разговорчивостью, а Адольф больше молчал. И вообще, несмотря на свою рожу потенциального маньяка-расчленителя, он производил впечатление глубоко ранимого, романтического парня.
— Что это за хрень творится? — к бронетранспортёру подбежал разъярённый как собака Август Блаукопф — обер-лейтенант цур зее, переведенный в диверсанты из флота за знание английского и по совместительству командир команды «D». — Краузе, я не понял? Твои ребята сперли половину наших припасов! — орал он. — Мне что, подать рапорт ротному?
— А где твои ребята все это взяли? — спокойно возразил Иван. — Сперли у других? Или на складе? Ты же знаешь, Август, я сам могу подать рапорт, и не ротному, а выше, о том, что вы подрываете боеготовность и ставите под срыв выполнение операции. А еще, твои побили моего солдата. Было?
Шмеллинг сразу состроил рожу умирающего от побоев.
Морячок зарычал и затряс кулаками.
— Да он сам нарывался!
Но тон сбавил, так как прекрасно знал, что Иван на короткой ноге с начальством, а при необходимости может просто дать в морду.