"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Чего-чего?
— И, чтобы два раза не вставать, насадку на этот станок чтобы на колонне каннелюры делать. Я тебе сейчас все покажу, у меня где-то тут картинки были… только Вов, давай ты в Луну на самолете больше летать не будешь. На корабле как-то спокойнее…
— Виталик говорил, что плохо самолет рассчитал. Ну не было у него калькулятора, так что у фюзеляжа и крыльев получился десятикратный запас по прочности. А про дизели Сашка говорил, что на испытаниях они проработали по пятьсот часов на форсаже. Потом, правда, под списание… но пятьсот часов, а этот самолет даже с полной загрузкой без форсажа взлетает с пятисот метров.
— На корабле. Мне так спокойнее.
— И еще… Кать, я поглядел: римляне-то колонны из нескольких блоков делают.
— Имеют право. А я вот такого права не имею: я же не какой-то там задрипанный храм строить собираюсь какой-нибудь плюгавой Артемиды, я для бабули… и для всех нас. Чтобы самой стыдно не было, стыдно за то, что могла лучше, а не сделала…
— Солнышко, ты все сделаешь лучше, я знаю. И чем смогу — помогу…
— Ну хоть это радует. Вот, смотри, я тут еще раньше эскизик набросала… Да, кстати… Вот это — это раздвижные такие окна, они вот в эти задние колонны убираться будут, в прямоугольные. Высота — метров, я думаю, двадцать будет, то есть это у колонн, сами окна тоже по восемнадцать, а ширина — по семь с половиной. Можно двустворчатые делать, но лучше чтобы в одну сторону убирались, а то на стыке сквозить будет…
— Умеешь ты мужа порадовать…
— Я стараюсь. А вот это — это крыша стеклянная. Тоже сдвижная, она вот сюда убираться должна. И вот ее точно нужно будет в обе стороны сдвигать, в смысле каждый скат отдельно, так что попроще получается.
— Кать, у меня что-то со зрением? Если высота колонн у тебя восемнадцать метров…
— В порядке у тебя со зрением. Нужно сделать обычную стеклянную крышу. Складную и сдвижную. Длиной в сто десять метров и шириной в семьдесят пять. Времени у тебя дофига, после доставки мраморных блоков наверное с год останется. Успеешь?
— Ну ты это…
— Надо успеть.
— Ну если упереться рогом с землю… только как тогда со Спецкомитетом? Я уже не говорю, во что все это встанет и в ресурсах, и в людях…
— Дурак. Мы. В Спецкомитете. Разрабатываем. Технологии. Чтобы выстроить Парк Мнемозины, потребуется научится делать… где у меня было записано? Ага, вот предварительный список. Прочитай внимательно: есть что-то ненужное?
— Вроде нет…
— Значит, работаем.
— Работаем. Чем дольше я с тобой живу, тем больше люблю. И тем сильнее удивляюсь: почему-то я всегда делаю главным образом то, что ты просишь — и это всегда оказывается нужным для всех.
— Пулеметы я тебя делать не просила.
— Просила, только мимоходом: сказала, что двух автоматов в случае чего нам не хватит. Просто ты раньше просьбы нечетко формулировала и обоснование делала… ну, на интуитивном уровне. А сейчас уже ты научилась и требования четко формулировать, и обосновывать их железно. И ты знаешь, мне это нравится! Хотя раздвижная крыша сто на семьдесят пять… А вот тут можно будет рельсы поставить?
  
Глава 3
 
Катя развлекалась не только сотворением грандиозных сооружений, все же гораздо больше времени она посвящала «улучшению быта простых трудящихся». После довольно длительных разговоров с Катей-младшей и матерью она разработала проекты сразу нескольких новых «серий» жилых домов, причем как сугубо городских, так и совершенно «деревенских». А студенты и преподаватели Архитектурной Академии срочно делали проекты перестройки домов уже выстроенных.
Причиной столь активной деятельности стала пока еще только намечающиеся изменения в «демографической политике» и вполне уже существующие «жилищные проблемы»: все же в «средней семье» количество детей уже несколько превышало десять человек. Не в каждой семье, а в той, где родители уже «закончили личную программу деторождения» — но ведь таких семей с каждым годом становилось все больше…
По новым планам взрослый городской житель, обучающийся в старшей школе или институте, до создания семьи должен был проживать в не самом просторном общежитии, но сразу после свадьбы «молодые» должны были получить собственную (и уютную) двухкомнатную квартиру. Такую же после окончания института получал и каждый несемейный специалист, но это был лишь один из дополнительных стимулов к получению высшего образования.
 
С появлением первого ребенка (а инженер, учитель или врач — в день свадьбы) переселялся в квартиру уже трехкомнатную, с появлением третьего (а специалист — второго) ребенка — в четырехкомнатную. И так далее, так что в новых проектах имелось немного двухкомнатных и трехкомнатных квартир, а большую часть дома занимали квартиры от четырех до семи комнат. Некоторые варианты планировок имели и восьми, и даже десятикомнатные квартиры, причем уже двухэтажные. Это — в городах, а для деревень Катя придумала несколько иной подход к обеспечению жителей требуемой жилплощадью, так как школьники жили с родителями, а институтов в деревнях просто не было. Там молодой семье сразу предлагался довольно просторный дом (уже с хлевом и птичником) о четырех комнатах, а по мере роста семьи постепенно в доме надстраивался второй этаж. Ну а если семья становилась слишком большой для дома в максимальной конфигурации, то в деревне на дворе можно и дополнительный домик выстроить.
Столь «широкий размах» грядущего строительства вполне обеспечивался тем прискорбным фактом, что пока слишком много людей в плане профессиональной подготовки были пригодны лишь с простым строительным работам (то есть к копанию земли и перетаскиванию тяжелых предметов с места на место), а сами стройки, являющиеся наглядным примером «коллективного труда», неплохо стимулировали разнорабочих к получению более высокооплачиваемых профессий. Тоже в основном «строительных», но тем самым они «высвобождали» будущих выпускников школ для профессий более технических.
И, что не уставала повторять Лиза, массовое жилищное строительство обеспечивало будущим детям более комфортные условия существования и тем самым повышало уровень здоровья всего населения. Ну а то, что после ввода этой программы в действие скорее всего снова резко вырастет и рождаемость, было решено считать «мелким побочным бонусом».
А второй причиной — точнее, «техническим обоснованием возможности» разработки этой программы — стало «изобретение» Володей двух новых агрегатов для производства стройматериалов. Первым были шнековые машины для производства глиняного кирпича, а вторым — линии по выпуску кирпича уже силикатного. Еще мелькала было идея организовать производство железобетонных плит перекрытий, но Вова — после долгих и обстоятельных расчетов — ее отверг: отливать бетонные перекрытия «на месте» народ умел очень неплохо, а вот на чем возить и чем поднимать тяжелые плиты, было непонятно. Главным образом все же «на чем возить»: новые дома ведь строились чаще всего очень далеко друг от друга и уж тем более далеко от потенциальных заводов железобетонных изделий (строить которые в каждом новом городе было очевидной глупостью), так что Вова решил на эту тему не заморачиваться и на всякий случай Оскару тоже крайне не рекомендовал об этом думать.
Оскар и не думал о бетонных плитах, ведь «жилищная программа» тянула за собой огромный ворох других проблем. Так как после ее воплощения «плотность населения» в городах изрядно снизится, а население, наоборот, скорее всего вырастет, то города увеличатся в размерах — а это значит, что придется «растягивать» и водопровод с канализацией, и прочие коммуникации. Включая коммуникации транспортные: взяв в качестве «модели» всего лишь Тулу, парень быстро просчитал, что теперь «средний туляк» на дорогу на работу будет тратить не пятнадцать минут, а уже больше получаса. Если, конечно, не «придумать» правильную систему общественного транспорта. Или же транспорта личного…
Последняя мысль Оскару очень понравилась — и результатом стал подготовленный небольшой командой молодых инженеров проект «народного велосипеда». Собственно, в самом велосипеде особых хитростей не было, и «рабочий образец» имелся — а вот сделать машину массовой оказалось непросто. Причем непросто было даже выбрать место для постройки велосипедного завода!