"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

– А при чем здесь Спецкомитет?
– Еще раз говорю: они не спутник изобретают, а те технологии, которые мы внедрить не успели, реализуют. А спутник и АЭС – это лишь предлог. Как Катя этот дом построила: пока строила, почти полсотни новых заводов запустила чтобы сделать то, что для постройки дома требовалось. И новый холодильник – это фактически отход производства центрального кондиционера в твоей квартире. А если на дачу летом соберешься… Витя обещал к лету и домашние кондиционеры начать делать. Лично я парочку заказала: поставлю и в Савельевский дом тоже…
– Понятно. То есть теперь нам на пенсию только и остается, а делами будет Спецкомитет заниматься…
– Дура ты Валька, была дурой и дурой останешься. Но дура ты все же умная, поэтому я тебе одну страшную тайну открою – я ее случайно услышала, когда Катя с Вовкой на кухне ругались.
– Тогда не открывай.
– Открою, но только тебе – потому что без тебя они точно напортачат. АЭС Вовка собирается строить на тяжелой воде…
– Я поняла, ведь не для развлечения они ее в Орле гонят.
– Но эта станция им… ему нужна чтобы быстренько наработать плутония.
– Бомбу делать?
– Нафига бомбу?
– Врагов побеждать.
– В наше время взвод пулеметчиков пострашнее бомбы будет. Нет, он хочет вторую АЭС делать на быстрых нейтронах, бридер на жидком натрии. Потому что, говорит, обогащение урана мы еще очень долго не потянем…
– Логично.
– Так угадай с тех раз: кто у нас единственный специалист по натриевым теплообменникам?
– Ну уж специалист…
– Других-то вообще нет. А без тебя ребята такого наворотить могут…
– Но ведь это не скоро понадобится?
– Не скоро. Но сколько лет потребуется, чтобы все построить, изготовить, отработать… Да если ты им просто расскажешь, как эти теплообменники проверять нужно…
– Рассказать я смогу. Но, похоже, делать все это придется уже не нам.
– Ту не поверишь, но делать даже не Спецкомитету всё придется. Может мы еще успеем поглядеть на результат… ну, я все же еще надеюсь на это. Но делать – и тут ты права на сто процентов – будут уже дети. Наши и, скорее всего, уже их дети.
  
Квинтус Номен
 
Детское время
   
Часть 1. Эстафетное бревно. 
   
Глава 1
 
Ярослав Тимонович в городе своего имени жил давно, практически с момента его основания. Точнее, город основался примерно за два года до появления в нем Ярослава, но за эти два года он обзавелся всего тремя домами, в которых проживало около трех сотен жителей, и небольшой пристанью на Волге. Еще в городе была теплоэлектростанция на двести киловатт, на «главной площади» высилось здание администрации — тоже трехэтажное, как жилые дома, и такое же гнусно-землистое: кирпич для строительства просто прессовали из земли с примесью цемента безо всякого обжига, а как-то украшать дома тогда никому и в голову не приходило. Так что первые два года можно и не считать. Тем более, что и строился тогда не город, а «база Ярославль» — такая же, как базы «Кострома» и «Углич».
Местного населения возле базы вообще не было — чему тетя Лера дала очень парадоксальное объяснение:
— Слишком удобное это место для жизни, поэтому никто здесь и не селится.
А на недоумение услышавших ее дала более развернутый и понятный ответ:
— Все понимают, что когда они тут обоснуются, придется постоянно отбиваться от тех, кто захочет столь удобное и процветающее поселение пограбить. А вокруг места для простой пейзанской жизни тоже подходящие, так зачем же самостоятельно подставляться под набеги?
В общем, не самое вроде хорошее место для города. Да и вообще Владислав Тимонович — старший брат Ярослава — когда «основывал» этот город, считал работу свою не особо перспективной: полезных ископаемых в окрестностях не было, а город изначально строился только как промежуточная топливная база для кораблей, идущих в Тверь. Тем не менее он поставил на базе водоочистную станцию, которая могла и несколько тысяч человек обеспечить питьевой водой, канализацию нормальную выстроил. Но Владик был именно строителем, а когда возникла идея заодно в городе и небольшую ремонтную базу для бегающих по Волге кораблей создать, с радостью спихнул задачу на младшего братца.
 
Мастерскую Ярик выстроил за полгода, а заодно наладил в ней и ремонт мелкой сельскохозяйственной техники — ведь в окрестностях «сами собой» выросли несколько деревень, поставляющих в город продовольствие. Потому что когда «местные» прочувствовали, что грабить их никто не собирается, а вот помочь с выращиванием всякого вкусного и полезного очень даже желают, народ потянулся. И в город пошло зерно, овощи всякие, фрукты, ягоды…
Когда у человека есть лишние знания, а дел особых нет, то со скуки этот человек такого наделать может! Ярослав, осмотрев исключительно бедные полезными ископаемыми окрестности, скатался «на консультацию» к тете Наде в Рязань, та — откомандировала ему четырех специалистов, помогла договориться с тетей Лизой — и в городе появился небольшой стекольный заводик, работающий на местном песке и привозной соде. Стекло на заводе выходило заметно зеленоватое, но это вообще никого не волновало — ведь из него делали не окна, а банки. И стеклянные же крышки к этим банкам, а резиновые колечки в нужных количествах все же привозили из Рязани. Но пружины, которые прижимали крышки с этими колечками к банкам, делались в местной мастерской!
Еще появился небольшой сахарный заводик, и вся продукция его шла на такой же небольшой заводик уже консервный: ягод было много и не делать из них варенье было бы просто расточительно. А топливо для всех этих заводиков… когда вокруг торфяные болота занимают больше места, чем твердая земля, о нехватке топлива говорить просто стыдно.
Стыдно когда есть много бездельничающего народу, которые со скуки этот торф накопают. А когда людей катастрофически не хватает, стыдно инженеру не попробовать заменить слабые рабочие руки мощными моторами. Ярик попробовал — и теперь торф в болотах добывал удивительный агрегат, который сам Ярик назвал «плавающим трактором-канавокопателем». Небольшой экскаватор с удлиненной стрелой просто был поставлен на деревянный понтон, который рабочие тросами перетаскивали с места на место — но этот агрегат торфа вычерпывал из болота тонн по десять в час. Мокрого насквозь, но его и подсушить нетрудно. Трудно столько перевезти туда, где он нужен — и сначала в городе появилось «гужевое хозяйство» с двумя десятками телег (и лошадей), а через год — и гараж с четырьмя грузовиками.
Еще в городе выросла сырная фабрика. В свое время бабуля Марина озаботилась проблемой повышения удоев коров — и скрестила фризских коров сначала с коровами из Пантикапея, а потом — вообще с какими-то горбатыми, купленными в Персии. Персидские коровы молока давали ну очень мало, однако их потомки, ко всеобщему удивлению, оказались более удойными чем лучшие римские скотины, и теперь средняя корова в стаде в день давала не меньше двенадцати литров. А при хорошем уходе иногда и пятнадцать. Ярославу в помощь тетя Лиза тогда прислала девочку, которая знала, как этот хороший уход обеспечить — и теперь в окрестных деревнях мало в какой семье было меньше двух удойных коров. А с позапрошлого года, когда в город прибыли четыре небольших грузовичка, на которых все «лишнее» молоко из деревень привозилось в город, польза сырного завода стала очевидной для всех. Деревенские получали живыми деньгами про гривеннику в день, городские — заметно улучшили свои дневные рационы. А город в целом — отправляя большую часть изготовленного сыра в другие города — получал дополнительные средства на собственное развитие.
Нет, просто развивать город Госплан помогал изрядно: и стройматериалы поставлялись в достатке, и нужные станки, и оборудование. В городе появилась второй, а потом и третий двухсоткиловаттный генератор, на улицах по ночам загорались красивые рыжие фонари. Но вот чтобы для души…