Замуж в туман (СИ)

— Я не знал! — Альс остановился и посмотрел на Авериса. Его ноздри хищно раздувались.
— Вы укрываете беглецов, д’эрр Альс, — голосом советника можно было резать камень, — не кажется ли вам, что это уже слишком? Вы сами вызвались уехать сюда, сами вызвались отгородиться от всего мира, но укрывать предателей Королевства…
Он не договорил. Но я уже чувствовала. Тот призрачный флер угрозы, который опутал комнату, словно паук паутиной. Альс замер на месте, не оборачиваясь. А Аверис тем временем как ни в чем не бывало продолжил:
— Нам удалось установить, что они искали помощи. И ваша жена, — последнее слово он подчеркнул, — и её брат. Мы не установили лиц, у которых они просили прибежище, но, несомненно, они являются приспешниками Культа Арналы. Скажите, мне нужно повторять, что случится, если Культ Арналы будет возрожден?
Я вздрогнула — я знала, что будет. Бесконечные погребальные костры, жертвоприношения, реки крови. Кровавая богиня требует кровавых жертв. Королевство попросту не устоит.
— Не нужно повторений, — Альс по-прежнему не поворачивался, но я видела, как его руки сжались в кулаки, — я знаю.
— Если знаете, — хмыкнул советник, — то не нужно вставать у меня на пути, д’эрр Альс. Это официальное заявление.
Комната предсказуемо поплыла перед глазами, вырисовывая очертания знакомого помещения.
— А наутро их казнили? — тихо спросила я, получив в ответ кивок.
— Я ничего не смог сделать, — ответил он, опустив голову, — меня усыпил Рейн, он был сильнее… тогда. Но сейчас, — он поднял голову и посмотрел на меня, — сильнее я.
— И… что ты хочешь? — последние слова дались мне с огромным трудом. Я не знала почему, но произнести их для меня было практически невозможно.
— Спаси нас с Антеей.
Следующий вопрос застрял у меня в горле. Я сглотнула. Не помогло.
Нас? С Антеей? Признаться, я надеялась, что мне показалось, поэтому еле выжала из себя уточнение:
— Прости, кого?
Он посмотрел на меня с легким раздражением, но снова улыбнулся.
— Нас. С Антеей.
Воздух закончился. Наверное, именно так чувствует себя рыба, выброшенная на берег: бесполезной, разочарованной.
Пустой.
Именно здесь, в этой самой комнате, в это самое мгновение, во мне что-то сломалось. Надломиться надломилось-то оно уже давно, но я этого старательно не замечала.
Не хотела замечать.
Тихо всхлипнув, я осела на пол, не замечая, как юбка собралась вокруг меня подобно облаку. Невидяще посмотрела на Альса и застыла.
Муж встал, обошёл меня и, судя по звукам, подошёл к окну. Побарабанил пальцами по замерзшему стеклу.
— Да, я понимаю, что это сложно осознать, — медленно произнёс он, — и я понимаю, что меня невозможно после этого простить. Но я прошу тебя, Даралея, помочь мне. Времени у нас почти не осталось, ещё немного — и я не смогу отменить Акира Туари, а значит, мы все погибнем.
— Зачем ты это сделал? — машинально провела пальцами по лицу, удивляясь, как это пальцы остались сухими. — Зачем наложил заклинание?
Я помнила, что ледяное заклинание можно снять в двух случаях: или это сделает маг, его наложивший, или же…
Альс, видимо, рассчитывал на первый вариант.
— Это был запасной выход, — глухо объяснил Анталь, — я подвесил матрицу заклинания в старом хранилище — туда никто не ходит, — считают, что оно проклято. Но почему-то ты туда пошла. Зачем-то. Два раза.
Я промолчала. Не могла же я ему сказать, что меня туда пригласили?
— В первый раз я успел вытащить тебя до того, как матрица активировалась. А вот во второй раз…
— Не успел, — глаза оставались сухими. Почему же тогда внутри всё переворачивает и колет иголками?
— Не успел, — подтвердил он, — заклинание начало тянуть у меня силу. Которую не от кого подпитывать. Кроме тебя.
— А как же Ольма? Лойнос?
Супруг хмыкнул.
— Лойнос увешан амулетами, как дерево на Первый День Зимы подарками. Полный набор тех, что носит мой драгоценный братец, — он хмыкнул, — я даже не смог вначале его расколоть. А потом уже не было смысла. А вот ты… — я вновь услышала его шаги и почувствовала, как он остановился за моей спиной, — а вот ты дала мне много энергии. Твои сомнения, мысли, вопросы — мне хватило, чтобы компенсировать утечку силы, — закончил он совсем тихо.
 
Не веря в это ужасное по своей сути перевоплощение, я обернулась и подняла на него глаза, старательно надеясь, что это какая-то чудовищная ложь.
Не ложь. Он стоял прямо за мной, протянув мне руку. Как в каком-то страшном сне, я приняла её и встала.
— Я понимаю, что поступил непоправимо. Что то, что я сделал — бесчеловечно. Я буду казниться за это всю свою жизнь, — он опустил голову.
— Правда? — несмотря на терзавшую меня боль, я улыбнулась: — Так уж всю жизнь?
— Ты мне не веришь? — он поднял голову и посмотрел на меня.
— Странный вопрос, учитывая то, что всё это время ты мне врал, — припечатала. Апатия отступала на второй план, рождая в груди первые, пока ещё робкие волны злости.
— Я не врал, — он отступил на шаг, внимательно меня разглядывая, — я действительно рассчитывал, что ты поможешь. Так… поможешь?
В ответ я пожала плечами и вдруг рассмеялась: открыто, громко.
Нервно.
Я смеялась… нет, я ржала, аки конь на выезде. Почему-то вспомнилась Белка, оглашавшая поутру всю округу своим звонким голосом.
Меня схватили за плечи и ощутимо встряхнули. На удивление, это подействовало. Я икнула и уставилась на Анталя.
— Что с тобой, Дара? — он смотрел на меня будто впервые, со смесью удивления и непонимания.
Истерика закончилась. Теперь меня понесло.
— Что со мной? — я нервно хихикнула. — Я приехала к жениху, который сделал мне предложение, консумировал брак, оказавшийся недействительным, и теперь спрашивает, что со мной? Ты серьёзно?
Он нахмурился.
— Я не знал, что ты девственница!
— Я тебе ведь говорила, — я вскинула голову и вызывающе усмехнулась. На удивление, боль отступила. Меня переполняла смесь злости и… азарта? — Раз уж мы затронули столь щекотливую тему, позволю себе встречный вопрос: тебе же не в новинку трахать целомудренных девиц, ведь так?
Его глаза вспыхнули. Внезапная пощечина обожгла щёку яростным поцелуем.
— Не смей. Так. Говорить. Обо мне, — Анталь вдруг оказался рядом и до боли сжал мои запястья.
Вот уж как изменился в считанные мгновения! А ведь я его провоцирую… чего не должна делать. Надо остановиться!
Но уж нет. Остановить меня могла разве что каменная стена. И то — не факт.
— А как о тебе говорить, Анталь? — я скривила губы. — Как ты хочешь, чтобы о тебе говорили? Антея, я… кто следующий?
Вторая пощёчина обожгла меньше. Голова мотнулась в сторону, во рту поселился металлический привкус, — кажется, я прикусила щеку. Но, на удивление, на мир после этого я взглянула более… трезво.
— Не смей сравнивать себя с Антеей, — он по-прежнему буравил меня взглядом, — да кто ты такая, девчонка, рядом с ней?
— Я? — я отвела было взгляд, но внезапно передумала и посмотрела на него. — Я человек, Альс. Обычный здравомыслящий человек.
— Здесь нет людей, — его перекосило, — вы с Лойносом думаете, сможете переиграть меня? Глупая девчонка, возомнившая, что она вправе вставлять мне палки в колеса, и королевский дознаватель, думающий, что он умнее всех! Да что вы знаете обо мне?..
Не выдержав такого натиска, я отступила назад, внимательно наблюдая за оппонентом. Что-то не нравилось мне в его поведении. Что-то такое… на грани.
На грани.
— Анталь, — тихо позвала я, — Анталь! — повторила громче.
Он замолк и посмотрел на меня.
— Ответь мне на один вопрос, — я вновь понизила голос, — всего на один. А я… подумаю, что можно сделать.
 
— Спрашивай, — в тон мне ответил д’эрр.
— Как давно ты сошёл с ума?..
Пауза, последовавшая за этим, была немой. Мы стояли друг напротив друга — глаза в глаза. Я не отпускала его взгляд, надеясь увидеть… отклик?