Ошибка опального генерала (СИ)

– А-а-а!
Из-за пронзительного крика Сиоры понял, что голова прикатилась прямехонько к ней под стол.
Потерпи, девочка, еще четверо на очереди! Скоро все закончится.
Взмахнул горящим мечом и ранил второго, рассекая его туманные доспехи. Сражаться с ними меня учили лучшие воины Ратана. Я знал, что на стыках металла их слабость. Даже вслепую всегда бил, куда надо. Ох, мне бы сейчас облачиться в огненные доспехи! Но они покоились в сундуке в дальней комнате. Напали твари слишком неожиданно! Я совсем не защищен и это пугало не зря. Уже успел поймать две легкие раны плечом.
– Спасите! Я в плену! – продолжала верещать из-под стола Сиора, чем бесила, гребаная сучка! Не понимала, что во время нападения лучше молчать и ждать развязки.
Уж не знаю, что именно меня сподвигло крушить всех вокруг в мясо, но в итоге уже не разбирал, кого и куда бью. Заляпал некогда чистую кухню брызгами вражеской крови. А когда все стихло и казалось, что враг повержен, опустил меч и наклонился, чтобы проверить девчонку.
Развеял рукой туман и увидел испуганный взгляд Сиоры. Она смотрела сквозь меня с отрытым ртом.
– Берегись! – крикнула за секунду до того, как я почувствовал острую боль в ребре и невольно повалился на бок.
– Зарежь ратановскую шлюху и пошли, – раздался у меня над ухом голос туманника.
– Нет, молю! Я – ингха! – ощутил на себе тяжесть ее тела. Кто-то грубо за руки вытаскивал Сиору из-под стола.
– Убей! – эхом отозвалось в висках.
Я увидел блеск клинка и из последних сил поднял с пола меч. О! Он зажегся таким диким пламенем, что ослепил обоих даже в тумане!
Поднялся на ноги из последних сил, полоснул одного по горлу, а в другого воткнул сталь до рукояти.
– Твари поганые! – успел выкрикнуть перед тем, как осесть на пол в лужу теплой крови. Посмотрел на живот и понял, что это из меня выливался кровавый поток. Бок пронизан смертельной раной. И часы моей жизни сочтены.
– Прости, что такой беспорядок устроили, – по-идиотски улыбнулся, прижимая ладонь к ране. Посмотрел в серые глаза Сиоры и мотнул головой, прощаясь. Кто бы мог подумать, что перед смертью буду переживать за то, что дикарка трудилась зря, вычищая кухню до блеска. Как-то искренне жаль. Она явно очень старалась.
– Ничего, – уложила мою голову на свои хрупкие колени и погладила по волосам. Ее каштановые пряди упали на мое лицо покрывалом. Они пахли выпечкой и кровью. Приятно. – Ничего, – коснулась кончиками мягких пальцев моих губ. – Ты умираешь, огненный генерал, – опустила горячую ладонь мне на веки.
  
Глава 9
 
Вокруг все грохотало, бахало, взрывалось. Воняло гарью и копотью. Со всех щелей доносились крики и звуки сражения, а я смотрела на бесчувственного Ладрейна, из которого по капле уходила жизнь и никак не могла решиться добить гада. Уже и меч подтянула к себе и за рукоять ухватилась. Осталось вогнать в его сердце острый клинок и месть свершится. Я о ней мечтала, грезила, ненавистью жила эти проклятые сутки. Я окажу ему милость, если облегчу страдания одним ударом. Но что потом? Туманники дали понять, что спасать девушку своей расы они не собираются. Считают меня подстилкой пустынников. А сбежать в разгар боя не получится, пока мою ногу опоясывает магическая цепь.
– Сиора, – шепнул он в полубреду. – Беги.
Куда бежать, идиот?! Привязал меня к этому гиблому месту и подыхать собрался!
Руки, сжимающие рукоять, задрожали. Я никогда и мухи не обидела, а тут надо целого мужика зарезать! Но нужно скорее что-то решать. Из коридора продолжали доноситься звуки сражения, и кто победит в этой схватке, неизвестно. Если туманники, то мои дни сочтены.
– Вот же псина сутулая! – психанула и отбросила меч в сторону. Окутала нас с генералом густым туманом и склонилась, порвала на нем рубашку. Ужаснулась виду глубокой раны, из которой толчками вытекала кровь. – Это за то, что защитил меня от туманников. Жест милосердия, скотина, – выплюнула со злостью на саму себя за проявленную слабость и жалость. Приложила ладони к изрезанной плоти и набрала полную воздуха грудь.
 
Я родилась с редким для туманников даром. О нем знали только родные. Я с детства скрывала, что способна лечить прикосновением, иначе меня бы забрали из семьи и отправили в приют при столичном госпитале. Так бы до конца своих дней и работала на государство без права вернуться домой. Судьбе лекарей не позавидуешь. Постоянно под контролем на особом учете. Уж лучше в пансионе воинов хоронить и плакать над могилами.
Но лечение высасывало из меня много сил. После магического акта точно не смогу никуда сбежать, даже если найду способ перерубить цепь. Так что рисковала с Ладрейном тут и полечь.
– И откуда ты только взялся, дурацкий генерал? – сокрушалась, сетуя на горькую судьбу. Руки похолодели. Магия потекла по венам и нашла выход в ладонях. Кровь остановилась в тот же миг, а у меня из легких вышел весь воздух. Смотрела на перепачканное лицо Ладрейна, позорно любуясь длинными черными ресницами его закрытых глаз. Совсем уже свихнулась! Уродился же таким красивым, вражина! – Фу! – глотнула воздуха вперемешку с магическим туманом. Рана затягивалась медленно, туго, требуя от меня больше сил. И я ее отдавала, хотя уже ощущала слабость в мышцах.
Снова что-то грохнуло в стороне окна, и сердце ухнуло в пятки. Возможно, долечить Ладрейна не успею и сдохну от рук своих же! А ведь говорила, что певун не просто так в саду поселился. Предупреждал этих придурков, что беда на пятки наступает. Нет же! Продолжали сидеть в грязных руинах и хлестать свое пойло! Обидно, что таким недалеким уродам мы проигрываем войну. Прежде чем соваться на чужие земли, могли бы изучить традиции и поверья вражеской расы.
Где-то рядом просвистел горящий меч, разрезающий воздух. Раздался мужской вскрик и генерал распахнул свои голубые глаза. Рана затянулась, высосав из меня львиную долю силы. Наши взгляды столкнулись в стремительно рассеивающемся тумане.
– Рейн! – узнала я голос Старкада и увидела, как он стоит посреди кухни, окруженный трупами поверженных туманников.
Генерал живенько вскочил на ноги, а я повалилась на пол, ощущая, как меня мутит от невыносимой тошноты. Встала на четвереньки и содрогнулась в спазме. Откат пошел. Я слишком редко пользовалась даром, не развивала его, вот и результат.
Стоило вернуть обратно завтрак, как меня подхватили сильные руки.
– Всех положили? – раздался грузный голос над моей головой.
– Да. Надо уходить! Скоро еще набегут.
– Наши потери? – вздрогнул Ладрейн и прижал меня к груди так тесно, что дышать было трудно. Пришлось обхватить его шею, чтобы приподняться.
– Пятеро мертвы. Трое серьезно ранены, – отрапортовал Старкад, пока я извивалась червем в руках генерала, чтобы найти для себя удобную позу.
– Выводи всех в сад! Снаряжайте повозки с вещами, запрягайте коней. Пойдем на юг, – потащил меня Ладрейн черед коридор к выходу.
Повсюду пахло смертью. Ее запах я хорошо знала, но привыкнуть к нему невозможно. И лучше не смотреть на порубленные тела, поэтому уткнулась в голую грудь ратана, стараясь восстановить дыхание.
– Как ты? – шепнул на ухо, усаживая меня под деревом на мягкую траву.
– Тебе ли не все равно? – прорычала в ответ, насупившись. Обняла себя за плечи руками и посмотрела ему в лицо.
– У тебя мощный дар, Сиора, что ты делала в долине Скорби? – опустился напротив меня на корточки, поигрывая крепкими мышцами. Содрал с себя остатки окровавленной рубахи и вытер тканью лицо. Взъерошил волосы и застыл в ожидании моей реакции на вопрос.
– Я там вот таких, – указала я на труп туманника, что распластался поодаль в траве, – омывала и закапывала. К нам свозили тех, у кого нет родных. Кто-то же должен оплакивать ингхов, которых вы убили.
– Ингхи с целительским даром работают на Игвион и разъезжают по полевым госпиталям, – на его лице читалось недоумение, не сходилось что-то в тупой башке вояки.