Ошибка опального генерала (СИ)

Ответ нашелся быстро. Изрядно захмелевший Ёрунд курил трубку и нашептывал девице что-то на ухо. Не трудно догадаться, о ком именно велась беседа. Это возмутило меня настолько, что мысли спутались и думать о предстоящем пути уже не мог.
Отчитывать глупца Ёрунда через весь стол, чтобы каждый услышал, не стал. Поговорю с ним наедине, поставлю на место, а то сильно проникся к пленнице. Смотрит на нее, как на дочь родную. Понять его не сложно. Меньше года прошло после страшной вести о том, что его единственную дочь после свадьбы муж придушил за измену. На месяц старик ушел в жуткий запой, из которого мы всем отрядом его вытаскивали. Контролировать он себя мог, но иногда расслаблялся и позволял лишнего. А как выпьет больше чарки, несет его так, что любую тайну первому встречному выдаст. По-хорошему, избавиться от него надо, да рука не поднимается. Жалость не позволяет. Знаю я, что такое потеря близкого.
– Старкад, проводи Сиору в покои! Поздно уже. Пусть отдохнет с дороги, – сделал вид, что проявил заботу, а сам хотел отослать ее подальше от болтливого Ёрунда.
Друг сразу все понял и поднялся из-за стола.
– Ой! А как же полуночные гадания? – встрепенулась Несса, вильнув аппетитным бедром перед Старком. – Мы девочками уже у костра собираемся. Будет весело, – и глянула на Сиору с надеждой.
– Я совсем не устала, дорогой, – оскалилась гадина, выдав подобие нежной улыбки. Прямо лютик полевой при всех. Но до чего же быстро наедине из трепетного существа она обратно в фурию превращается!
Я глянул на высокий костер у кромки леса и заволновался. Сбежать надумала? Признаться, еще во время танца подумал, что слиняет. Не доверял совсем этим лукавым глазницам. Чувствовал кожей, что она что-то задумала. Не смирится, не прогнется, все равно отомстит рано или поздно. И ничего я с этим поделать не могу. Время вспять не повернуть. Я совершил тот акт возмездия из злости и жажды мести и вышел он мне боком. Сам себя в тупик загнал. И отпустить не могу, и приручить не получается.
– Хорошо, иди, – заскрежетал зубами, сжимая под столом кулаки.
Она радостная подскочила с места, а я подал Старку знак, чтобы следил за этим мракобесием со стороны. Благодарно кивнул бургомистру и свернул карту в трубочку. Вернулся к своей тарелке и распластанному в хмельном угаре Ёрунду. Шатаясь, он сжимал в руке чарку и смотрел в потемневшие небеса.
– Разве я не предупреждал, чтобы ты держал язык за зубами? – гаркнул на него, пока все отвлеклись на дурацкие хороводы у костра.
Ёрунд вяло перевел на меня туманный взгляд и ухмыльнулся.
– Я рассказал ей о Фрейе, – словом сказал, а будто кинжал в спину воткнул и прокрутил, перерубая позвонки. Такая ярость опалила лицо, что вскипели ладони. Еще секунда в этом бешеном состоянии и я сожгу его поганый рот!
– Как ты посмел?! – мне было уже плевать, что кто-то услышит. Он тронул святое! Знал, как важна для меня Фрейя, видел, как я убивался и чуть не сдох от тоски и все равно о ней заговорил! И с кем?! С поганой туманницей! С бесправной пленницей!
– Это поможет вам сблизиться. Она поймет, что ты не камень и тоже умеешь чувствовать, – шумно выдохнул и сделал большой глоток.
Я не выдержал, выбил чарку из его руки, и вино расплескалось по столу. Схватил Ёрунда за грудки и притянул к себе, чтобы зашипеть ему в лицо:
– Не лезь в это!
Он обмяк, никак не сопротивляясь, расхохотался и протянул:
– Идиот ты Рейн. Хорошая девочка. Только она и способна излечить твое сердце, раны на нем подлатать. Ты смотришь на нее так же, как на Фрейю. Я не слепой. А ершится она потому, что ты жестоко с ней обошелся и даже прощения не попросил. Раскайся. Искренне. Никогда не поздно вымолить прощение и…
– Что ты несешь, старый дурак?! Какое в пекло покаяние!? Не нужна она мне! – отпустил его, отшвырнув в спинку лавки, и присосался к фляжке, чтобы немного успокоиться. Нельзя позволять Ёрунду пить! Совсем уже ума лишился. Жизни учить меня вздумал!
– А-ха-ха! – снова залился покатистым смехом. – Так оставь Сиору в Авке, если не нужна. Здесь она не пропадет. Зачем тащить с собой и подвергать опасности? Прояви благородство. Помоги девчонке все забыть и пропади из ее жизни!
 
– Закрой рот, пока я к демонам его не сжег! – пламя вспыхнуло на ладони. Еще одно слово и затолкаю огонь в его глотку!
– Вот и ответ, Рейн, вот и ответ, – прошелестел еле слышно и перевалился через лавку. Поднялся в земли, отряхнулся и потопал в сторону костра. Скотина такая! Ну, ничего! Когда проспится, его будет ждать жестокая расправа за каждое по-пьяни брошенное слово!
  
Глава 17
 
СИОРА
Песни и пляски у костра – замечательная традиция нашего народа. Это очень весело, когда нет войны. И, похоже, только меня и заботило нынешнее положение вещей, жители же Авки веселились от души. Казалось, что на этом островке мира нет места горю. Я подражала им, смеялась, пела, танцевала, а сердце ныло от боли. Зря осталась! Надо было уйти, как того хотел Ладрейн, зарыться в подушку и постараться уснуть. Но гордость не позволила подчиниться. Внутри разгорался постоянный протест. Я уже валилась с ног, и голова гудела от громкой музыки, но все равно упорно участвовала в действах у костра. Когда же, наконец, туманники расселись по бревнам вокруг огня, сумела выровнять дыхание и немного передохнуть.
– Бабка Торра отливает на воске! Кто первый хочет узнать свою судьбу? – хлопнула в ладоши раскрасневшаяся от ритмичных танцев Несса.
Я мельком взглянула на старушку, что сидела по правую руку от меня с ритуальной чашей в руках. А потом посмотрела сквозь нее, наблюдая за тем, как неровной походкой к костру приближается Ёрунд.
Генерал остался за общим столом в полном одиночестве. Смотрел в одну точку где-то над графином и хлестал безбожно свое пойло из фляжки. Напряженный весь, злющий, как демон из преисподней. Только рогов и копыт не хватало! Скоро пар из ушей повалит. Из-за моего неповиновения разгневался? Что ж, пусть! Его агония радовала меня больше торжества.
– Госпожа Сиора! С вас и начнем! – слова Нессы хлестко оторвали мой взгляд от «женишка».
Ёрунд опустился рядом на бревно с шальной улыбкой. Положил руку на мое плечо и одобрительно похлопал. Несса хотела было что-то сказать, выгнать незваного гостя из женской компании, но не стала, побоялась перечить ратану. Посмотрела на шайку вояк, что собрались у другого костра, на котором в котелке варился суп. Лизнула восторженным взглядом по каменному Старкаду и вздохнула.
Я кивнула ведунье, позволяя ей начать гадание. Мне вручили свечу, которую следовало окутать туманом и передать воску частичку магии, чтобы ритуал настроился именно на мою судьбу. Тут же вспомнила, как мы с девчонками в Дахале гадали на будущее. До меня тогда дело так и не дошло. Примчалась местная повитуха и погнала нас веником. Все орала вслед, что мы дуры и с магией пророчества не шутят. Мало кто владел даром предсказания, но вот бабка Торра им точно обладала. Не зря ее глаза заволокло сизой дымкой, когда я передала ингхе свечу. Она ловко ее подожгла и принялась капать воском в красноватую водицу.
Из той кляксы, что застывала на поверхности воды, мало что можно было понять, но на то бабка здесь и сидела, чтобы расшифровать значение фигуры. Свеча коптила и искрила, а рука Торры тряслась над чашей. Все застыли в ожидании, а я натянулась стрелой от волнения. Даже Ёрунд дыхание хмельное затаил.
– Огонь, – проскрипела бабка и замотала головой. Подняла на меня взгляд наполненный слезами, и стало дико страшно. Прорицатели никогда не ошибались в видениях. Что же такого она увидела в моем будущем, что слезы навернулись? – Вокруг тебя огонь будет всегда, – она потянулась корявой рукой к моему животу и прижала к нему ладонь. – И в тебе огонь, – я забыла, как дышать и дар речи потеряла. – Посмотри, – указала она пальцем на расплавленный воск. – Видишь ее? – мой взгляд сначала затянуло пеленой, а потом он резко прояснился, и в очертаниях воска я четко увидела колыбель. – Береги его. В нем твое спасение. Отрекаться нельзя. Умрешь, – мир поплыл перед глазами, и почва ушла из-под ног. Я отбросила от себя руку Торры и она выловила воск из чаши, швырнула его в костер, что с радостью сожрал предсказание.