"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Мы сильно устали, мудрец, – сказала Джейн. – Позволь нам посвятить остаток дня и весь следующий день отдыху, если можно.
Задрал Дейкстра антенну к небу, посмотрел на ярко-красный огонек разлома и сказал:
– Пусть будет по-твоему, Джейн. Сдается мне, торопиться нам некуда.
И вот полтора дня женщины отдыхали, а затем снова взялись за работу и изготовили новый парус, четвертый по счету, и был он склеен из двух слоев пленки, и в центре его было отверстие. Кроме того, он был не квадратным, а круглым, потому что пока женщины отдыхали, Дейкстра размышлял о том, как сделать парус еще лучше, и решил, что круглым парусом будет легче управлять.
И настало время очередных испытаний, и внесли Росинант и Зорька в восходящий поток новый круглый парус, и висело под ним седло, и сидел в этом седле Роланд. И подхватило его течение и унесло наверх, да так быстро, что промелькнул Роланд перед антеннами зрителей и тут же скрылся из вида.
И сказал Дуайт Дейкстре:
– Сдается мне, испытание прошло успешно.
И ответил Дейкстра:
– Странно, что мы не подумали, как Роланд будет возвращаться назад.
Роланд вернулся обратно только к концу дня, он выглядел уставшим, а паруса при нем не было. Он сказал:
– Быстрая, однако, штука. Пока все веревки отвязал, чуть в страну мертвых не приплыл. Надо прикрепить к седлу большой камень, чтобы с его помощью потом можно было быстро опуститься обратно к земле. Ты, Дейкстра, иначе не доплывешь, помрешь от усталости.
Дейкстра хлопнул себя рукой по голове и воскликнул:
– Как же я раньше об этом не подумал!
А Джейн печально прочистила жабры и сказала:
– Сдается мне, нам, женщинам придется делать еще один парус.
– Еще два, – уточнил Роланд. – Сегодняшнее испытание было последним, правда, Дейкстра?
– Правда, – согласился Дейкстра. – Теперь я почти не сомневаюсь, что путешествие пройдет успешно.
  
5
 
– Поехали! – закричал Роланд.
– Влево, – сказал Росинант. – Вправо. Влево. Вправо.
Обтекаемые тела акул сдвинулись с места и поплыли вперед, поначалу медленно, но с каждой секундой набирая скорость. Парус натянулся, накренился и сместился вперед, закрывая поле зрение Роланда. Веревки, которыми крепилось седло, натянулись, и Роланд почувствовал на своей коже ветер встречного течения.
Он скосил взгляд и увидел, что второй парус, под которым висел на веревках мудрец Дейкстра, тоже пришел в движение.
Рыцарская скала осталась позади, а впереди и внизу раскинулись сады травоедов. Разрушения, причиненные небесным разломом, стали уже почти не заметны. На месте сломанных деревьев кустилась молодая поросль, некоторые из развороченных нор уже были восстановлены травоедами, а другие, непригодные к дальнейшему человеческому проживанию, успели заселить ползуны и прочая донная живность.
По мере приближения к жерлу вулкан постепенно менял цвет. Вот он уже не багровый, а просто красный, а вот стали различимы оранжевые вихри в восходящем столбе теплых вод.
Скорость нарастала, внизу проносились плоские камни горячей пустоши. Вода становилась все более неспокойной, начало трясти, запахло огнем и сопутствующей ему гнилью. Роланд стал глубоко дышать, насыщая кровь живительной силой из относительно чистой воды. В восходящем столбе дышать очень трудно, жабры перехватывает от жуткой вони, на первую минуту лучше вообще задержать дыхание. Надо было, кстати, сказать об этом Дейкстре, но теперь уже поздно, его сейчас нельзя отвлекать, он и так напряжен и напуган, это даже издали видно.
Стало жарко. Роланд почувствовал, как кровь помаленьку отливает от кожи и сосредотачивается в глубинах тела. Он стал быстро шевелить кончиками рук – нельзя позволить им онеметь от жары. Скоро от них потребуется вся их сила.
Вот уже столб восходящей воды занял почти все поле видимости. С этой точки зрения он прекрасен, и красота его невероятна, непредставима и пугающа. Никто из ныне живущих людей не видел большой восходящий поток так близко. Надо быть или дураком, или героем, чтобы забраться в него по доброй воле. Они с Дейкстрой – герои. Впрочем, разница между дураком и героем не так уж и велика.
 
Внезапно Роланда потащило вверх, боковым зрением он увидел, как Росинант и Зорька расходятся в стороны, бросив буксирные веревки, трепещущие в течении. Жар воды стал обжигающим, вода бурлила и клокотала со всех сторон, жабры горели, а запах был неописуемо отвратителен. Роланд заметил, что цепочка мелких вихрей выносит парус к краю столба. Сейчас надо будет потянуть веревки и выровнять парус… как же быстро он вращается, зря Дейкстра настоял, чтобы он был круглым… дышать стало легче… теперь немного передохнуть и снова направить движение к центру потока…
Роланд начал напрягать мышцы, чтобы натянуть нужные веревки и изменить угол подъема должным образом, но резкий порыв течения швырнул его в горячую сердцевину столба. Роланд успел заметить, как мимо него промчался Дейкстра, было видно, как за его парусом создается разрежение, в которое устремляются окружающие воды. Забавный эффект – если по столбу поднимается не один парус, а два, то когда первый парус отклоняется от вертикали, стремясь вырваться из течения, второй обгоняет его и увлекает обратно в главную струю. Пожалуй, можно расслабиться и не бояться, что их с Дейкстрой выбросит из восходящего потока раньше, чем они достигнут цели путешествия. А цель эта, кстати, заметно приблизилась, теперь она видна уже не как красная точка, а как диск, и начинает угадываться характерный рисунок течения под разломом, где теплые воды смешиваются с холодными. Жаль, что столб так сильно затуманивает зрение.
В какой-то момент Роланд понял, что ему больше не жарко. Могучий водный поток постепенно растрачивал силу и жар, Роланд взглянул вниз и увидел, что огромный вулкан выглядит отсюда маленькой точкой, а рыцарской скалы совсем не видно. Они преодолели около половины пути и находились выскоко в верхних водах, в прошлом сюда забирались только Эдвард и Бенджамин, но их путь занял несколько дней, и потребовал колоссальных усилий, а Роланд и Дейкстра проплыли половину пути меньше, чем за час, и почти не устали. Вот только появилось неприятное ощущение, как будто голову распирает изнутри – точь-в-точь, как говорится в преданиях.
Вода постепенно становилась прозрачной, стало видно происходящее за пределами восходящего потока. Внешние воды были пустынны, Роланд стал считать огоньки антенн живых существ в поле зрения и насчитал только пять. Похоже, это были мелкие рыбки. По идее, в этих местах должны обитать протосфирены, но, наверное, они встречаются очень редко, и это хорошо. Один раз Роланд победил протосфирену, и этого более чем достаточно, второй раз встречаться с этой рыбой ему не хочется. Хотя, если иметь под рукой меч неимоверной остроты…
Течение замедляется. Как бы не вышло так, что оно полностью рассеется до того, как путешественники достигнут крыши вселенной. Хотя нет, вот уже видно небо, да, точно, теплый восходящий поток доходит прямо до него. Гм… Оказывается, небо не ровное и плоское, в нем есть свои горы и впадины, и точечный разлом располагается точно в центре самой большой впадины, как будто вокруг него небесная твердь разрушается, как панцирь устрицы, заболевшей грибной гнилью. Интересно, что скажет Дейкстра по этому поводу?
Роланд натянул две веревки, парус сместился вбок и замедлил скорость. Парус Дейкстры стал постепенно приближаться. Пожалуй, скорость течения здесь уже не настолько велика, чтобы двигаться в нем можно было только строго друг за другом. Сейчас Дейкстра догонит Роланда, и тогда можно будет с ним поговорить.
Дейкстра догнал Роланда, и Роланд увидел, что тело мудреца безвольно висит на веревках и не подает признаков жизни. Антенна мудреца не подавала никаких сигналов, руки были расслаблены, и непонятно было, жив он или мертв.
– Дейкстра! – крикнул Роланд. – Дейкстра, проснись!
Мудрец не отреагировал на слова рыцаря. Роланд задумался и понял, что ничем не сможет помочь товарищу до тех пор, пока течение не внесет их под самую крышу вселенной, и путь их не завершится. Значит, придется ждать. Хорошо, что здесь не так холодно, как опасался Роланд. То ли Бенджамин преувеличил холод верхних вод, то ли небесный разлом распространяет тепло далеко вокруг себя. Скорее второе, чем первое, рисунок течений подтверждает это предположение. Интересная мысль, кстати – не тепло ли разрушает небесную твердь? Может, небо – это просто вода, затвердевшая от сильного холода?